Глава 35. Разрыв

Богдан

Я сижу на краю кровати, не в силах отвести взгляд от спящей Алёны. Во сне она кажется особенно беззащитной: ресницы едва заметно подрагивают, губы беззвучно шевелятся. Маркиз, свернувшись у её ног, охраняет покой хозяйки.

Эх, Маркиз! Если бы я мог доверить её тебе.

На столе лежит флешка. На ней всё, что мы нашли на складе. В том числе папка «Майоровы»: документы, фотографии и чёртовы письма. Доказательства того, что человек, которого я всю жизнь считал семьёй, виновен в гибели моих родителей.

Я смотрю на спящую мою девушку и понимаю, что я не могу допустить, чтобы она оказалась втянута в мои разборки с дядей. Но и оставить всё как есть тоже не могу.

Всё зашло слишком далеко. Она не просто девушка, с которой мне приятно проводить время, не просто случайная связь. Мне надо защитить её. Ради нашего будущего.

Я должен поступить правильно. Пора уже поставить точку в этой истории.

Со вздохом поднимаюсь с постели и тихо одеваюсь, стараясь не разбудить её. Но когда я уже направляюсь к выходу из комнаты, слышу её сонный голос:

– Бо, ты куда?

Алёна садится на кровати, растрёпанная, не пришедшая в себя после сна. Я смотрю на неё и читаю в её глазах тревогу. Ещё толком не пришла в себя, а уже переживает за меня. Никто никогда так не пёкся о моём благополучии.

– Всё в порядке, Алён. Мне нужно ненадолго отъехать. Решить один вопрос.

– Богдан... – шепчет она и сжимает одеяло. – Не делай глупостей. Пожалуйста.

– Не буду, – обещаю я.

И вру. Потому что то, что я задумал сделать, – это самая большая глупость в моей жизни. Но другого выхода нет.

– Просто вернись ко мне, – просит она, и я киваю.

Ухожу быстро, чтобы не было шанса отказаться от задуманного. Я сделаю это. Даже если этот шаг перевернёт всю мою жизнь с ног на голову. К чёрту! Я не готов играть роли. Я не хочу делать вид, будто ничего не изменилось.

Солнце только поднимается, когда я подъезжаю к особняку дяди. Охрана пропускает меня без слов. Я здесь свой. Всегда был. Инструмент для грязных дел, пешка в чужой игре. Я смотрю на знакомые ворота и чувствую, как внутри всё сжимается от горечи и злости.

Дядя Олег уже не спит. Сидит в кабинете с чашкой кофе, просматривает бумаги. При виде меня его лицо озаряет знакомая, родная улыбка. И меня внутренне передёргивает от осознания насколько она лживая.

А я не замечал. Я, чёрт побери, ничего не замечал столько лет.

– Богдан? Что-то стряслось? – удивлённо тянет дядя, вскидывая брови.

Видимо, у меня на лице написано, что я не в духе. Я закрываю дверь, сажусь напротив него в кресло и кладу на стол флешку.

– Что это? – дядя хмурится.

– Откройте. Сами всё увидите.

Он вставляет флешку в ноутбук. Несколько мгновений он просто смотрит, а потом до него доходит. Я вижу, как его лицо меняется прямо за считанные секунды.

– Где ты это взял? – хрипло спрашивает он.

– Неважно, где. Главное – я знаю правду. О родителях. О том, что вы сделали.

Он молчит. Медленно переводит взгляд с экрана на меня. Я смотрю в его лицо, пытаясь понять, что он будет делать. Оправдываться, умолять не верить в это? Или просто жёстко заявит, что всё это хрень собачья, и я всё равно должен оставаться его марионеткой, которую так удобно дёргать, когда нужно.

– Богдан...

– Не надо, – перебиваю я. – Не надо врать. Я хочу услышать правду. Как всё было на самом деле.

Он откидывается в кресле, долго смотрит в потолок, словно собираясь с мыслями. И я терпеливо жду. Потому что уходить без ответов я не собираюсь.

– Твои родители хотели уехать. Им опостылел бизнес, мечтали о спокойной жизни. Ты ведь знаешь, что твой отец работал вместе со мной? Так вот. Он думал уйти. Забрать тебя и скрыться за границей. Но они слишком много знали. О моих делах, о связях с Тихим. Их побег означал бы для меня крах.

– И вы их убили.

– Я не убивал их, – он смотрит мне в глаза. – Это был несчастный случай.

– Хватит! – произношу я и резко поднимаюсь с места. Кресло скрипит и отъезжает назад. – Несчастный случай, который вы подстроили.

– Богдан... Я не хотел...

– Не хотели их смерти? Или не хотели, чтобы вас поймали?

Он молчит, опустив голову.

– Вы использовали меня, – продолжаю я. – Все эти годы. Сделали из меня послушную марионетку. Заставили прикрывать ваши преступления. А я жил с чувством, что обязан вам всем.

– Я заботился о тебе, – тихо говорит он. – Дал образование, бизнес, связи. Ты стал тем, кто ты есть, благодаря мне.

– Я стал тем, кто я есть, вопреки вам, – отвечаю я, устраивая руки на его столе и нависая сверху. – И я больше не ваш инструмент. Я забираю свою жизнь обратно.

Дядя поднимает на меня глаза. Я вижу, как он напрягается. Он чувствует, что теряет нити управления мной. И, конечно, его это совершенно не устраивает. Но меня это дерьмо достало. Я ни дня больше не проведу, работая на него.

– Богдан, не будь дураком, – рычит он. – Тихий не простит. Если ты сдашь его...

– Сядет и Тихий. И вы тоже. Если я передам это куда следует.

Он качает головой.

– Ты не сделаешь этого. Я твой дядя, твоя семья. У тебя больше никого нет.

Я чувствую, как внутри мгновенно вспыхивает ярость, закручиваясь кольцами вокруг сердца. С трудом выпрямляюсь, заставляя взять себя под контроль. Руки чешутся от желания вцепиться ему в горло и закончить всё именно так.

Но я не сделаю этого. Я хочу, чтобы у меня был шанс с Алёной. Для этого нужно быть спокойным и рассудительным, а не человеком, решающим всё кулаками.

– Вы убили мою семью, – произношу ровно. – Вы не семья. Вы – убийца.

Его взгляд становится холодным.

– Что ж, играй в героя. Но запомни: ты пожалеешь. И она пожалеет. Красивая девочка... Будет жаль, если с ней что-то случится.

У меня внутри всё сжимается.

– Если с ней что-то случится, – произношу хладнокровно, – я уничтожу всё, что вам дорого: фирму, деньги, репутацию... и вас самого. Вы знаете – я держу слово.

Он бледнеет.

– Ты блефуешь.

– Может хотите проверить? Дядя, – выдыхаю я и несколько мгновений гипнотизирую его взглядом.

Он молчит. Тогда я просто разворачиваюсь и выхожу из кабинета.

Иду на улицу.

Дядя не отрицал свою вину. Даже если авария случилась не его руками, это не значит, что он не причастен. Он оправдывал себя так легко, будто убийство брата и его жены ради денег и власти – это нормально.

И Алёна. Он понимает, куда следует давить. Понимает, что она уже не просто интрижка. И теперь мне придётся внимательней приглядывать за ней. Потому что она – единственное, что у меня осталось. Единственное, ради чего стоит бороться. И я буду бороться, даже если придётся уничтожить дядю и весь этот грязный мир вместе с Тихим.