Глава 71. Тайком

В комнате для гостей оказалось намного комфортнее, чем можно было подумать, глядя на дом снаружи.

Персональные душ и туалет. Правда, напор воды совсем слабенький и вместо горячей текла едва теплая, как будто нагретая солнцем за день.

Пахло уютом: старой сосной, из которой сложены стены, маминой выпечкой и сушеной лавандой. Аромат деревенского дома ни с чем несравним.

Шкаф, стол с двумя стульями, тумбочки – все было самодельное, без изысков. Полочки уставлены книгами.

Добротная двуспальная кровать словно намекала на мой неправильный выбор, но я так устала от впечатлений, что думала лишь о сне. Хотелось упасть лицом в подушку и вырубиться…

Я распаковала сумку и приготовила пижаму. Закрепив полотенце на груди, расчесывала волосы, задумчиво пялясь в окно. Человеческим зрением в черноте ночи ничего не разглядеть, а звериным я видела лишь сад и забор, к которому вплотную примыкал лес.

По моей талии скользнули горячие ладони и прижали меня к такой же горячей груди. Цитрусово-бергамотовый аромат окружил родным сладковатым облаком.

На секунду я от неожиданности задержала дыхание, а потом закатила глаза. Мысли были противоречивыми: то ли я злилась, то ли обрадовалась, что Азавель меня не послушал. Потому что в его объятиях было так хорошо…

- Так и знала, что ты не удержишься, - ухмыльнулась я, разворачиваясь в надежных руках.

Надо же, два сапога пара: на Азавеле тоже одно полотенце, но обернутое вокруг бедер.

Он был прекрасен. Капельки воды блестят на загорелой коже и капают с темных кудрей. Глаза таинственно светятся – так, будто восхищением.

Посередине груди – мужественная полоска волос, спускающаяся до пупка и теряющаяся под махровой тканью. Царапины и мой укус зажили, от них не осталось и следа.

- Если знала, зачем было ломать комедию, - вопреки словам, демон тоже не злился, а улыбался.

Ну прямо как шкодливый подросток, тайком проникший в спальню к однокласснице. И я-то недалеко от него ушла: чувствовала себя, как та самая одноклассница.

- Тебе это нравится, - уперлась я ладонями ему в грудь, но Виктор прижал к себе, давая почувствовать эрекцию.

Я выпустила непроизвольный вздох желания, промежность потяжелела от предвкушения.

- Романтика, - улыбнулся демон снова, - никогда ничего подобного не испытывал. Действительно, нравится.

- Опасная игра, еще влюбишься, - подначила я и тут же словила неловкость.

- Как будто до сих пор я шутил, - поднял он бровь, нагло усмехаясь.

Постой-ка, это признание? Но он не дал мне обдумать это, ни минуточки. В следующее мгновение горячие губы смяли мои, подчиняя себе и заставляя забыть вопрос.

Черррт, и правда, слишком много романтики. Жаться по углам, пытаясь сохранить наше «свидание» в тайне от хозяйки дома, оказалось страшно возбуждающе. Я поплыла от одной только мысли о том, что мы нарушаем правила и делаем нечто запретное.

- Стой, подожди! – задохнулась я от электрических токов, дергающих каждый чувствительный нерв. - Я не стану с тобой спать здесь, в этом доме! Прекрати!

Виктор либо не услышал, либо нагло проигнорировал: мое полотенце слетело к ногам, губы обхватили сосок, тут же благодарно напрягшийся, и я едва не застонала.

- Ладно, только если тихонечко… - стала кусать губу, сдерживая звуки удовольствия от прикосновения пальцев к клитору и чувственного скольжения вокруг него.

А-а-ах, до чего хорошо и горячо. Умираю, как хочу большего. От того, что нельзя, хочется только больше!

- Ты не сможешь тихонечко, - голосом, полным глубокого удовлетворения, прошептал Викто́р мне в шею, когда я начала попискивать от его умелых ласк, сдерживая стоны изо всех сил.

- Тогда уходи, - сделала я последнюю отчаянную попытку прогнать искусителя.

- Я хочу тебя, - контрольным выстрелом сдернул он собственное полотенце, и твердый, бархатистый член уперся в мой живот.

Ну разве же перед ним устоишь. Я буквально горела. Льнула к мужчине, позволяя ему абсолютно все.

- Как тебе удается всякий раз добиваться своего, - схватилась я за напряженную шею демона, когда он поднял меня за ягодицы и начал отступать к кровати.

- Опыт, моя дорогая, - его губы оставляли вдоль шеи пылающий след.

Зубы прикусывали кожу, и от этого у меня между ног все сжималось в сладчайшем спазме, сбивалось дыхание.

- Ни одна женщина тебе никогда не отказывала, да? – едко произнесла я, некстати найдя причину для ревности.

- Ни одна, да, - хрипло рассмеялся Викто́р и замер, дожидаясь, когда я взгляну ему в глаза. Они пылали. – Но тащишься от меня так сильно и так искренне только ты…

И вот, я уже чувствую себя особенной. Королевой среди всех его женщин.

Викто́р сел на кровать, и она заскрипела на весь дом.

Упс. Мы оба замерли, боясь пошевелиться.

Усмехнувшись, мужчина сполз на пол и помог его оседлать. Тяжело дыша, качнул меня туда-сюда, смазывая член моими соками, а затем приподнял и направил головку в лоно.

- Давай, - прохрипел он, насаживая меня на ствол медленно и смакуя каждый сантиметр проникновения.

- Аарх… - не удержалась я от возгласа наслаждения, извиваясь и стремясь двигаться быстрее, но Викто́р не позволял, удерживая за бедра.

- Ты собиралась быть тихой, - напомнил он, неспешно скользя внутри и буквально сводя с ума.

Он подпер мою спину коленями, потому что я чуть не теряла сознание от нарастающего огня. В этом положении толчки стали резкими и глубокими, принося исключительное удовольствие.

Слишком быстро, слишком горячо. С каждым толчком внутри разгоралось пламя. Все сильнее и сильнее, невыносимо на грани.

Голова кружилась, в венах вскипала кровь и вся устремлялась в промежность, готовясь к взрыву. А ведь мы только начали!

- Божеее, Ви-и-ик… - мое тяжелое и частое дыхание заполнило комнату так, что казалось, его услышит весь дом.

- Мне тоже с тобой хорошо, - сексуально прохрипел Виктор, привлекая меня к себе и впиваясь голодным ртом.

Мы стали единым целым, приближаясь к развязке. Устав подчиняться, я схватилась за влажные плечи и начала насаживаться сама, двигаясь как обезумевшая наездница.

Викто́р зарычал от моей неожиданной инициативы, опустил ладони на мою задницу и тут же перехватил ритм. Я превратилась в сгусток подступающего оргазма и буквально начала отлетать куда-то в другую вселенную.

- Я не смогу быть тихой, - жалко простонала, упуская контроль.

- Понял, - отозвался Викто́р и вмиг поменял нас местами.

Я оказалась спиной на полу, застеленном мягким ковролином, и на мой рот и нос плотно опустилась ладонь.

Теперь я могла лишь приглушенно мычать. Если бы кто-то решил подслушать, то решил бы, что меня насилуют.

Несколько глубоких толчков бросили меня за край. Пальцы ног поджались, икры напряглись, и лоно послушно взорвалось сладкой пульсацией.

Викто́р не остановился, не дал мне прийти в себя. Лишь сместил ладонь на затылок и сжал волосы. Прижал плечами к полу и начал вбиваться с такой силой, что не оставил моему покорному телу никакого выбора, кроме как снова сдаться на его милость.

На этот раз я сама спрятала рот в горячей шее, чтобы не кричать. Впилась ногтями в плечи, оставляя свежие царапины. Широко распахнула глаза в преддверии второго оргазма, и уставилась на крылья демона, дрожащие за его спиной.

Острая пика хвоста моталась туда-сюда в яростном танце, как будто потеряла берега. Страшное и завораживающее зрелище, особенно когда понимаешь, что на кончике блестит яд.

Я непроизвольно дернула ногой, когда пика качнулась слишком близко, и хвост будто поймал сигнал: хищно метнулся вперед и обвился вокруг лодыжки. Дернув ногу в сторону и раскрыв меня полностью, прочно прижал колено к полу.

И это острое чувство опасности и беспомощности выбросило меня за пределы вселенной. Оргазм ударил наотмашь, и разум раскрошился на мелкие кусочки.

Кричала ли я, кричал ли он? Когда пришла в себя, Викто́р тяжело дышал мне в висок, а его член сокращался внутри меня, даря очередную, бессмысленную порцию мертвого семени…

И я вдруг осознала, как же мне жаль, что у демонов не бывает детей.