Глава 31

Джин

Мне хотелось поскорее убежать отсюда, хотелось, чтобы Ретт перестал находиться там, где я была так счастлива с другим. Я в буквальном смысле вскочила на ноги и помчалась по направлению к лагерю. Я не оборачивалась, не пыталась посмотреть в лицо своему мужу. Что-то подсказывало мне, что сейчас он мягко говоря не в восторге. Грейсон никогда не был наивным или глупым, думаю, он прекрасно понял, почему я так себя повела. Уж если не осознал все полностью, так догадался об изначальной причине моего нервозного поведения.

Когда мы вернулись к друзьям, Ретт не говоря ни слова пошел обратно в палатку. Я же прекрасно понимала, что мне делать там нечего. Во-первых, я уже не усну, а во-вторых, обстановка там между нами явно будет напряженной. Я попыталась включиться в разговор с ребятами, стараясь как можно больше абстрагироваться от произошедшего. Потихоньку все больше людей просыпались и вот уже девушки стали вовсю хлопотать над завтраком. Сначала я даже не заметила, что мой муж вылез из палатки. Он даже не подошел ко мне. Ретт стоял поодаль, общаясь со своими новыми знакомыми и даже не смотрел в мою сторону. Я задумчиво и чуть нахмурившись, окинула его взглядом.

— Что-то случилось? — спросила меня Кер.

— Пока еще не знаю, — протянула я.

Ко мне уже пришла одна безумная догадка, но она была именно безумной. В какой-то момент я всерьез подумала, что Ретт обиделся на меня за поведение там. Но ведь это бы означало, что ему не все равно на то, что я не захотела делиться той атмосферой с ним. Неужели он и правда обиделся? До этого он никогда еще не вел себя так. Для меня тот факт, что Ретт Грейсон может всерьез обидеться на кого-то был настолько удивителен, словно рядом со мной человеческим голосом заговорила собака. Обида — это слабость, а Ретт никогда не показывал своих слабостей и порой мне даже стало казаться, что их у него нет и вовсе. Раньше он бы ни за что не повел себя так, да и ему не на кого было вот так вот обижаться, а сейчас... верно говорят, мы обижаемся на тех, кто нам не безразличен, кого мы любим. Неужели, это доказывает, что я и правда стала для этого мужчины кем-то важным. По правде говоря, я даже не знала, как относиться к этому открытию. С одной стороны, все это было мне на руку, с другой все же я по натуре своей никогда не была подлой, а сейчас мне приходилось водить за нос другого человека и где-то в глубине души мне было совестно из-за этого.

Пока я с удивлением прокручивала в голове это внезапное открытие, мы все сели за стол. Ретт как обычно ухаживал за мной, но теперь делал это как-то механически. Да он и правда обижен! Я с удивлением покосилась на него, но не стала что-либо говорить. Вскоре не только я заметила его испортившееся настроение. Макс стал подшучивать над нами и мне оставалось лишь одно — сменить тему разговора, что я сделала весьма искусно, так что почти никто этого не заметил.

Как только люди набили животы, все стали разбредаться кто куда. Ретт же в свою очередь примкнул к группе во главе с Максом, о чем-то с увлечением разговаривая. Судя по всему, эти двое прониклись к друг другу уважением. Покусывая ноготь, я поглядывала на своего мужа, прекрасно понимая, что если хочу, чтобы эта поездка не пошла коту под хвост, я должна как-то поправить все. В любой другой ситуации я никогда бы в жизни не сделала того, что сделала в данный момент, но игра стоила свеч. Решив, что раз гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе, я встала из-за стола и пошла туда, где стоял мой муж.

Раньше бы Грейсон ни за что на свете не сдался бы так быстро! И что я вижу сейчас? Стоило мне самой подойти к нему и сделать попытку к примирению, как тон его голоса тут же смягчился, а руки волшебным образом обвили меня. Как только наши взгляды встретились, я, закусив губу, взяла его руку в свою и потянула на себя, ведя его к воде. Он хотел от меня хитрости, коварства, сейчас он получает это с лихвой. Ретт Грейсон желал, чтобы я научилась пользоваться им в своих целях, и я вняла его советам.

В последнее время меня многое удивляет в Ретте и сейчас его искренний, заразительный и громкий смех был не исключением. Я думала этот мужчина для меня навсегда останется в воспоминаниях хмурым и суровым, но, видимо, этому не суждено сбыться. Я запомню Ретта в эти два дня искренним (настолько, насколько мне казалось), человечным, а значит подверженным слабостям мужчина. Кто бы мог подумать, что его слабостью окажусь я...

Если бы несколько лет назад кто-то сказал бы мне что я буду замужем за сенатором, которому далеко за тридцать, я бы громко рассмеялась этому человеку в лицо. Я никогда особенно не задумывалась о своем идеале мужчины, но мне казалось, что это должен быть человек искусства. Если подумать, Дэвид был идеальным кандидатом. Он был бы прекрасным мужем и уверена мы были бы счастливы. Мерфи очень талантливый и упорный. Со временем у него бы получилось пробиться в этом мире. Но все получилось не так, как должно было. Иногда мне хочется сказать отцу в лицо о том, что он испортил жизнь своей собственной дочери, но я практически сразу же понимаю, что даже если я скажу ему такое — это ничего не изменит. Я все так же останусь женой Ретта и буду отрабатывать родительский долг. Тем более я прекрасно вижу, как отец мучается из-за всей этой возникшей ситуации. Он чувствует себя виноватым, и я не хочу добивать его. Когда-нибудь пройдут годы, и мы будем вспоминать все это как страшный сон. Я буду свободна и смогу делать, что захочу. Странно, но из-за того, что я вечно находилась в ограничениях, я даже перестала думать о будущем и о собственных желаниях. Будь я сейчас не связанна с Реттом контрактом, какой бы была моя жизнь? Стала бы я предпринимать попытки снова сойтись с Дэвидом, принял бы он меня? Я не знаю. Слишком многое произошло, слишком много прошло времени. По моей вине Мерфи испытал столько боли, что иногда мне кажется, даже стань я сейчас свободной, я не стала бы больше появляться в его жизни. Мне совестно за все, что произошло с ним, с нами. С того момента, как его избили люди Грейсона, я так и не виделась с ним. Он не появлялся на учебе, а я теперь не могла взять и поехать к нему домой как раньше. Единственные новости мне передавала Кер, но и она знала не так много.

Стоило подумать о всем произошедшем, как мне тут же захотелось отстраниться от своего мужа. Конечно я не сделала этого, ведь мне все еще нужно было играть роль, но вспомнив о его поступке, мне вдруг резко расхотелось улыбаться ему в ответ. Впрочем, Ретт не заметил всего этого. Он вообще часто стал витать в своих облаках и не замечать самого главного, что безусловно было мне только на руку.

Я, как и до этого продолжала играть роль и под руку вышла из воды с Реттом. Не могу сказать, что все это время я была полностью не искренна и наигранна, но я не задумывалась об этом.

Тем временем ребята вновь захотели сыграть в волейбол. Вся моя жизнь с Реттом Грейсоном – это игра. Именно она стала нашей реальностью, и мы оба играем по ее правилам. Мне бы хотелось, чтобы моя жизнь сложилась иначе, чтобы мне не пришлось бороться, не пришлось жертвовать, но такая счастливая Джин, наверное, находится лишь в параллельной вселенной. Тогда как сейчас мы с моим мужем вновь включились в эту самую игру. Выиграть в ней было, делом чести для нас обоих. Ретт старался выложиться на все сто процентов, я же была сосредоточена как никогда. Казалось бы, что получал победитель? Но для нас двоих проигрыш был смерти подобен. Когда Грейсон понял мои слабости, он стал специально подавать так, чтобы у меня не получалось взять подачу. Причем в эти моменты он так самодовольно ухмылялся, что мне хотелось начистить ему морду. Я старалась поддерживать командный дух, подбадривала ребят, давала советы. Но когда Грейсон в очередной раз сыграл не честно, я решила, что раз дела обстоят именно так, то к чему и мне быть зайкой. Попросив перерыв, я словно невзначай подошла ближе к своему мужу. Выражение лица Ретта после мои слов было бесценно. Легонько улыбнувшись, я отошла от мужа, который, казалось, пребывал в состоянии шока. Да-да, дорогой, я научилась быть хитрой. Если уж моя жизнь продолжает идти своим чередом только потому что я зарабатываю на это одним местом, то пусть это место сыграет мне на руку в конкретной ситуации.

Признаюсь, я наслаждалась тем, как смачно мы разгромили их. Итогом моего шантажа стала наша победа. Наверное, больше всех радовалась именно я, потому что эта победа значила для меня нечто большее, чем просто выигрыш у друзей в игру в волейбол. Как только ребята разошлись кто куда, я подошла к Ретту с сияя победной улыбкой.

— А я так и знала, что ты променяешь победу на секс! Предсказуемо, Грейсон.

— Оно того стоило, даже не из-за секса, а из-за вот этой твоей довольной улыбки.

Далее мы все снова уселись за стол. Деть протекал достаточно быстро, и я и моргнуть не успела, как солнце стало клониться к закату. С каждым часом употребление алкоголя становилось в нашей компании все более интенсивным. В этот вечер я и правда расслабилась. Опьяненная победой, а также вином, я искренне смеялась над шутками ребят, а также спокойно воспринимала прилюдные подкаты Ретта. В какой-то момент мне стало настолько хорошо, что я сделала звучавшую музыку погромче, взяла за руку Кер и пошла танцевать.

— Воу-воу-воу!!! – раздались одобрительные улюлюканья мужского пола.

Так хорошо и расслабленно я давно себя не чувствовала! Я двигала бедрами в такт ритму, касаясь пальцами волос, шеи. Затем мои руки переместились на тело. Уверена со стороны это выглядело весьма сексуально. Изначально я не старалась никого впечатлить, я просто делала то, что хотела. Такая честь мне редко, когда выпадала. Но в какой-то момент я глянула на Грейсона и увидев его взгляд, задумчиво закусила губу. Он смотрел на меня с таким неприкрытым обожанием, что не включить все это в свой коварный план было бы преступлением.

Словно не понимая какой эффект я произвожу на своего мужа, я стала двигаться еще более плавно и сексуально. Периодически я поглядывала на него, коварно улыбаясь. Ретт откинулся на спинку стула, жадно пожирая меня взглядом. Впрочем, надолго его не хватило, уже через некоторое время он встал со своего места и пошел ко мне. Он стал танцевать рядом со мной, а его руки тут же легли на мою талию. Я же в свою очередь обняла его за шею, притягивая его чуть ближе к себе. Я откровенно соблазняла его не только движениями, но и взглядом. Не долго думая Грейсон стал мацать меня за задницу, тогда как я не растерялась и принялась целовать его в шею.

Этой ночью мой муж должен в буквальном смысле потерять голову от близости со мной. Безусловно алкоголь придал мне смелости и когда я дошла до нужной кондиции все пошло словно по маслу. Благо мы не одни хорошенько так набрались, потому на наши вольности никто не обращал внимания. Мы танцевали так откровенно, что у нас обоих захватывало дух. Поцелуи становились все более жаркими, лихорадочными, а движения рук все более интимными. Будь я трезвой не факт, что я бы смогла вести себя настолько пошло. Я прекрасно понимала, что в случае с Реттом, секс играет немаловажную роль. Если я хочу, чтобы со мной он стал пушистым котенком, я должна использовать все средства для усмирения его буйного нрава. Приручить Грейсона — вот моя задача номер один. Он хотел хитрую жену — он ее получил. Я готова пойти на что угодно лишь бы в итоге получить свободу. Да я даже подставлю ему все дырки, лишь бы он подумал, что все это искренне. Хотя, не скажу, что желание было не искренним. Все же я женщина и достаточно темпераментная. А он мужчина и очень даже привлекательный. К тому же, я не первый раз попаду к нему в постель.

Через какое-то время, когда я поняла, что еще чуть-чуть, и муж сам поведет меня в палатку, я взяла Ретта за руку и увела подальше от возможных любопытных глаз. На мне были короткие шорты и завязанная рубашка. Ретт же был в майке и шортах. Стоило нам попасть в палатку, как я резко опрокинула этого брюнета на спину. Он явно не ожидал такого развития событий, потому что иначе сразу же уложил бы меня под себя. В палатке было темно, и я не долго думая, оседлала Ретта и принялась целовать его в шею. Я выгибалась на нем, оттопыривая задницу, позволяя ему лапать меня, где ему вздумается. Я издавала сексуальные звуки, которые должны были показать Грейсону, что то, что я делаю доставляет мне удовольствие не меньшее, чем ему. Я действовала быстро и напористо. Первое время он еще пытался как-то доминировать, но я тут же пресекала все его движения.

— Сегодня все будет по-моему, — промурлыкала я ему на ухо.

Мы слились в сочном поцелуе, а затем я сняла с себя рубашку и лифчик, откидывая их куда-то в угол палатки. Избавлять Грейсона от майки не пришлось. он сделал это сам. После нехитрых манипуляций, я улеглась на него так, что мои соски стали тереться о волоски на его грудной клетке.

— Ммм... Я хочу тебя, — я откровенно давила на самое больное его место.

Я давно заметила, что ему очень нравится инициатива от женщины, как в действиях, так и в словах и сегодня ночью он получит ее с лихвой. Я принялась избавлять его от остатков одежды, а когда это таки произошло, я сняла с себя шорты, оставшись в одних миниатюрных трусиках. после этого я опустилась ниже и взяла уже почти вставший член своего мужа в руку, а затем и в рот. Конечно же реакция Грейсона не заставила себя ждать.

— Какой у тебя шикарный член, — выпалила я, когда мой рот не был занят.

После этого я вновь приступила к увлекательному занятию. Я облизывала его ствол, сосала головку, двигала рукой вверх-вниз, а затем и вовсе стала брать его член максимально глубоко. В этот момент мне даже нравилось это ощущение превосходства. Никогда еще Ретт не был таким уязвимым со мной. Его удовольствие зависело целиком и полностью только от меня. Я сосала ему с таким остервенением, что сама диву давалась. Через какое-то время я остановилась и произнесла:

— Сегодня будет ночь чудес.

С этими словами я сняла трусики и поменяла позу. Раз уж я решила быть развратной, так надо было быть такой на полную катушку. Я насильно приняла позу 69, хотя надо сказать Ретт и не сопротивлялся вовсе. Я вновь принялась отсасывать ему, тогда как мой муж тоже теперь был занят делом. Он включился в игру сразу же, как только мы продолжили. Теперь приятно было не только ему. Раздвигая мои половинки, он с упоением лизал мне клитор, делая это то более нежно, то более жестко. Как я уже сказала алкоголь заглушил все мои угрызения совести, поэтому я полностью отдалась во власть ощущениям. Когда возбуждение было на максимальном пике, я вновь оседлала Ретта, повернувшись к нему уже лицом. Я взяла его член в руку, а затем направила прямо в себя. Я медленно села на него до самого упора, буквально впиваясь ногтями в грудь мужа. Сегодня в моих планах было выебать его так, чтобы он забыл всех женщин, которые когда-либо у него были. Уже минуты через три я с таким остервенением скакала на нем, легонько постанывая, что многие порно актрисы позавидовали бы мне. Стоило Ретту только предпринять попытку подмять меня под себя, как я тут же прижала его руки к земле.

— Этой ночью мои правила.

— О да, детка…

Я принялась умопомрачительно медленно трахать его. Удивительно насколько человек может быть изобретательным ради достижения цели. Когда-то я занималась таким страстным сексом в похожей палатке именно с Дэвидом, а теперь подо мной лежит совершенно другой мужчина. Если бы не мой план, я определенно бы не стала вести себя настолько пошло и развратно. Но так как я знала насколько это нравится Грейсону, я делала все именно так как нравилось ему. Мы трахались словно обезумевшие от долгой разлуки любовники. Благодаря алкоголю я полностью расслабилась и смогла показать на что могу быть способна. Я прекрасно видела какой эффект все мои действия произвели на Ретта. Оказалось, что им не так-то сложно управлять. На деле этот суровый мужчина оказался ласковым тигренком, стоило лишь приласкать его.

— Я. Люблю тебя… — прерывисто прошептал Ретт.

Безусловно я ожидала многого, но то, что он сказал привело меня в замешательство. Эти слова, обращенные ко мне, я слышала в жизни лишь один раз. Они были от Дэвида. Я была невероятно счастлива. И вот, спустя время, уже другой мужчина говорит мне те же самые три слова.

Я не успела что-либо сказать, Ретт сразу же стал целовать меня. Пока мы с упоением сосались, я судорожно пыталась осмыслить сказанное им. Не смотря на алкоголь, после его слов, мой организм словно сам собой очистился, настолько я была удивлена и поражена услышанным. Да, мой план был нацелен именно на такой результат, но я совершенно была не готова к тому, что все случится настолько быстро. Мне казалось, Грейсон будет намного более не пробиваемым. Я просто не ожидала от него настолько быстрой капитуляции. И хоть он сказал это под влиянием алкоголя, это говорило лишь о том, что он не смог сдержать свои мысли в себе. Я могла отстраниться и начать обсуждать услышанное и это было бы моей роковой ошибкой. Вместо такой глупости, я лишь сделала вид, что вообще не слышала его слов. Теперь, когда я знаю, что у него на уме, я буду продолжать двигаться в этом направлении, все больше въедаясь в его мозг и сердце, словно ржавчина. Пусть он думает, что я не вспомню на утро его слов. Жертва не должна догадываться до последнего, что именно она пойдет под раздачу в конце. Я принялась быстрее двигаться на нем, вскрикивая от фрикций.

— Боже, как ты хорош! — приговаривала я, все больше поощряя его эго.

После этой поездки, Ретт Грейсон будет желать именно такую жену. Мы трахались сочно, страстно. Я видела, как этот мужчина с каждой минутой все больше терял остатки разума. Конечно же, и я сама не могла остаться равнодушной. Мое тело было словно в агонии и с каждой секундой я все больше приближалась к точке не возврата. Когда же я стала бурно кончать, я не сдерживала эмоции и стоны. Оргазм был сильным ровно настолько, что я практически впилась ногтями в кожу на его плечах. Когда же я опустила взгляд и встретилась им со своим мужем, стало ясно, что не долог тот час, когда он присоединится ко мне. Не долго думая, я выпустила его член из себя, а затем спустилась ниже и с упоением заглотила его член по самые яйца. Сжав, его в кулак, я стала быстро и резко двигать рукой и сосать его головку, приближая его удовольствие. Все произошло именно так, как я того хотела. Его оргазм был резким и достаточно долгим. Как только эмоции стали утихать, сглотнув его сперму, я плюхнулась рядом с ним, медленно накидывая на свое обнаженное тело простынь. Не исключено, что наш страстный секс слышали другие люди, но лишь одна я знала, что этот акт был не совсем то, что подумают все остальные. Я должна добиться своего, и я готова идти по головам. Этой тактике меня научил мой муж и не моя вина, что именно он стал моей тренировочной площадкой.