Глава 41

Джин

Я увидела неподдельный страх в глазах Грейсона, когда я сказала, что брошу его. Когда мы только познакомились, этот мужчина не зависел ни от кого и тем более от женщины. Теперь же новость о том, что его жена может быть не с ним, действительно пугала его. Все эти перемены были настолько видны, что у Ретта даже не получалось скрыть их. Я видела, как напряженно он думает, как его волнуют мои слова. Он не хотел меня потерять. Боже, Ретт Грейсон боится остаться один. Вот это новости! Я думала он не боится ничего и уж тем более одиночества.

Он был готов убрать контракт. Он так спокойно сказал об этом, словно и правда был готов от него отказаться. Неужели я и правда воплотила в жизнь свой план? Ретт уже готов отказаться от этих бумажек. Теперь проблема была лишь в нашем браке. Мне нужно было мягко намекнуть ему, что я хочу не этого. Тем временем, Ретт Грейсон учил меня семейным ценностям. Он хотел все решать разговорами, компромиссом между мужем и женой. Слышать от него такие слова было правда удивительно.

— Ретт, дело не только в контракте. Я вышла за тебя замуж насильно. У нас не было конфетно-букетного периода, свиданий, ты не сделал мне предложение на берегу океана, у нас не было помолвки, подготовки к свадьбе, в которой бы я участвовала. С самого начала у нас все было совсем не так, как я мечтала. Я понимаю, что тебе удобно, что я твоя жена и ты даже готов разорвать контракт, выплатив оставшиеся деньги. Но ведь все сложнее. Я хочу, чтобы все было по-настоящему. С чистого листа, как должно быть у нормальных людей. Я хочу когда-нибудь сказать «да» не потому что мне надо спасти семью, а потому что я хочу быть миссис Грейсон. Но я знаю, что ты побоишься пойти мне на встречу. Выплата долга не означает, что ты считаешься с моим мнением.

Я вздохнула, а затем сказала:

— О чем говорить, если ты до сих пор прослушиваешь мои телефонные звонки и за мной по пятам ходят охранники.

Мои руки мягко легли на его плечи.

— Я люблю тебя, но хочу быть с тем, кто не держит меня в ежовых рукавицах, словно пленницу, которой нельзя доверять.

— Знаешь, как сейчас это звучит если другими словами и вкратце: «я тебя люблю, но я хочу для себя другого». Джин, конфетно-букетный период в паре для того, чтобы оба потеряли бдительность и попали в водоворот чувств, который приводит к свадьбе. Это так глупо разводиться для того что бы это, якобы, пережить. Это будет наиграно, а чувства, если они и правда есть можно поддерживать по-другому, и в браке можно пережить тот самый период романтики и сердечек, разве сейчас я этого не делаю для тебя?

Конечно он был прав на все сто процентов, но ведь я не могла сейчас ему это сказать. Я хотела от него развода, а потому прибегала к всяким ухищрениям. Если до этого мой взгляд был мягким, теперь я постаралась посмотреть на него разочарованно.

— Может я и глупая, как ты говоришь, но не настолько, чтобы думать, что ты и правда разрушишь то, что создавалось на костях, ради того, что хочу я.

Я посмотрела в сторону и медленно убрала свои руки от его плеч.

— Ты прав, здесь все очень романтично.

Это он сделал меня такой. Манипулирующей, хитрой, безжалостной... раньше я и подумать не могла, что могу так играть.

— Не переворачивай мои слова, я не считаю тебя глупой. Я хочу забыть то, что было до этого, я хочу чтобы мы вместе создавали наше будущее так как мы хотим, в браке, который мне казалось стал искренним.

— Я не хочу ругаться. Давай сменим тему.

Я попыталась отойти от него, прекрасно понимая, что с первого раза ждать от него согласия просто глупо. Ретт удержал меня на месте.

— Давай оставим все серьезные разговоры на потом и не будем портить отдых, но я услышал тебя.

— Не думаю, что от того, что ты услышал мои слова, что-то изменится, но ты прав, я тоже не хочу портить наш отдых.

Я помедлила, а затем поцеловала его. Я обвила Ретта руками за шею, прижалась к нему ближе, давая ему возможность понять, что когда-нибудь он лишится всего этого.