Глава 23

— Пока отъезд откладывается, — уклончиво отвечаю я и отхлебываю кофе, заедая сэндвичем.

С сожалением думаю о домашней еде, которую сейчас уплетает Славка. Хотя каша — такое себе. Не для меня. Я больше по мясу, как любой здоровый мужик.

— А ты не хочешь посвятить меня в свои резко изменившиеся планы?

Кир достает телефон, что-то быстро набивает и начинает нервно крутить между пальцами.

— У тебя вон свои дела. Так что потом объясню. Что будем делать с заводом?

— Я думаю пока. С одной стороны, вряд ли такое предложение упадет в ближайшее время, а с другой, сам подумай, надо ли тебе бодаться с Медведевым.

У меня как раз таки и предстоит бодалово то еще. За сына и за любимую женщину. И я все должен сделать, чтобы победа была на моей стороне.

— Слушай, Кир, а у нас, вообще, что есть на этого Медведева?

Иногда информация лучше всяких угроз, да и, владея информацией, можешь тоньше действовать и быстрее добиваться результата.

Этому меня успел научить отец.

— У меня в телефоне только. Могу распечатать, — приободряется гаденыш, потому что распечатать может только Сабина, а это лишний повод отсветить перед ней.

— Давай, ненавижу читать на телефоне.

Кира словно сдувает из кабинета, а я только усмехаюсь. Вот что творят вроде бы с непрошибаемыми мужиками слабые девушки.

Пока выдается свободная минутка между звонками от бригадиров, администраторов и бухгалтеров, решаю написать Мире, а потом созвониться с Леной, вдовой отца.

Набираю сообщение Мире: «Прости, на обед никак не удастся вырваться. Как вы там?»

В ответ прилетает короткое: «Нормально».

Лена берет сразу.

— Привет, Лен.

Как-то с самого начала у нас сложились приятельские отношения, и я стараюсь их поддерживать, даже несмотря на то, что отец оставил Лене и Тине двадцать пять процентов своего состояния.

— О, Влад, привет. Давно не объявлялся. Ты опять, небось, в разъездах? — голос мачехи звучит как-то устало, и я сразу напрягаюсь.

— Что-то с Тиной? — на всякий случай сразу уточняю про сестру.

Лена тяжело вздыхает, и я предвкушаю очередной веселый рассказ. Потому что после каждого вот такого вздоха следует душещипательная история о том, как Тинка в очередной раз вляпалась во что-то и выляпываться оттуда не желает. Ну или желает только после вереницы скандалов с матерью.

— Да все то же. «Не хочу поступать, мне это не надо. Я в спорт пойду, мне универ ни к чему, только время тратить». И все в этом духе. Никак не получается убедить ее, что спорт, увы, не навсегда.

— Она сейчас рядом? — не знаю, как я буду убеждать, но меня она всегда слушалась охотнее.

— Нет, побежала на тренировку.

— Пусть мне позвонит тогда, когда вернется. Я сам попробую поговорить. Лен, я что звоню.

— Да уж поняла, что не просто так, — хмыкает и замолкает, предоставляя мне возможность рассказать, с чем я пожаловал.

— Лен, а у отца не осталось связей в опеке?

— Насколько серьезных? — с нескрываемым интересом в голосе уточняет мачеха.

— Желательно кого-то серьезного и надежного. Мне нужно узнать, как вернуть права на ребенка.

— На твоего? — шокированно выдыхает Лена, а я только потираю лицо от усталости. — У тебя есть ребенок, Влад?

— Лен, не сейчас. Давай по делу, пожалуйста, потому что через пять минут у меня очередное собрание с инвесторами и спонсорами. А я уже хочу упасть и отрубиться.

— Извини, просто такая щекотливая тема, я и решила уточнить. Слушай, — она задумывается, а я не выдерживаю напряга и хватаю со стола ручку и начинаю крутить ее между пальцами, — вроде был кто-то в министерстве. Надо глянуть в его записях, ты же не все забрал. А Леня же помогал одному дому малютки, ну и познакомился с тем мужиком. Пару раз упоминал, что шишка прям.

Эта информация повергает меня в небольшой шок. Не знал, что отец занимался благотворительностью. Вот уж сюрприз, надо будет уточнить детали и продолжить это.

— Если тебе не составит труда. Это очень важно.

— Ну конечно, Влад, я прям сейчас и займусь. Набери мне, когда закончишь со встречей.

— Спасибо, я перезвоню. Давай.

Она отключается, а я погружаюсь в дела, которые запланированы на этот день.

— Сабин, — после очередной выволочки работяг, вызываю помощницу.

Она тут же материализуется на пороге, с ежедневником и ручкой.

— Слушаю вас, Владислав Леонидович.

— На завтра там что по планам и встречам?

Сабина листает блокнот, что-то шепчет под нос. Поднимает на меня взгляд.

— Вроде ничего важного. Должен был приехать владелец завода и встретиться с вами, но, как я понимаю, обстоятельства изменились.

— Что по домам?

— У вас на почте пять вариантов домов. Сдаются на длительные сроки.

— Спасибо, посмотрю. Можешь идти, на сегодня все.

Кивает и испаряется, а я захожу на почту.

Из пяти вариантов идеально подходит только один. Надеюсь, Мира за такое решение на меня не взъестся, ноя думаю, переезд за город, пока мы все тут будем решать, — это лучший вариант. Про эту квартиру в городе может узнать любой, а Виктор скоро пронюхает, что Мира ни в каком не санатории.

Набираю, чтобы узнать все подробности аренды. Задаю несколько вопросов, ответы на которые меня устраивают полностью. Договариваюсь о встрече, чтобы посмотреть на сам дом.

Вызываю Кира, а он словно под дверью стоит. Хотя чему я удивляюсь, конечно, в приемной торчит, вымаливает прошение.

— Я думал ты уже смотался, — хмыкаю при виде его злой рожи. — Садись, есть разговор.

Кидает взгляд за спину, я замечаю, как там уже одевается Сабина.

— Мне ее задержать? — на всякий случай уточняю.

Но Кир только мотает головой. Ну и ладно, сами разберутся.

Друг садится и устремляет на меня внимательный взгляд.

— Что-то случилось?

Обдумываю, насколько можно доверить ему нашу с Мирой тайну, и решаю сначала спросить у Миры.

— Нужно, чтобы ты оформил на себя аренду одного дома.

Брови Кира настолько стремительно взлетают, что я бы в иной ситуации поржал, но сейчас не до того совершенно. На кону безопасность моей семьи.

— Какого дома?

Поворачиваю экран ноутбука, чтобы он увидел, о чем я толкую.

— Мне не нужен дом, Влад. Мне и в городе норм.

— Дом нужен мне и Мире. Но он мне нужен так, чтобы никто об этом не пронюхал. Если ты понимаешь, о чем я? Медведев вернется и будет искать дочь. В первую очередь у меня, а про квартиру знают многие.

Кир быстро понимает мои мотивы и кивает.

— И когда надо это провернуть?

— Сегодня. Встреча через два часа.

Кир снова бросает взгляд в приемную, в которой уже пусто. Мне даже его немного жаль. Сабина, по всей видимости, сильно надулась, что даже его не дождалась.

— А завтра никак?

Развожу руками, мол, увы и ах. Но мне нельзя медлить. Виктор может сорваться в любой момент.

— Поехали, че ж с тобой делать? Потом премию выпишешь, чтоб на Мальдивы хватило.

— А борзометр не выписать? Бесплатно.

Кир усмехается. Спускаемся на парковку и грузимся по машинам. Кирилл сразу начинает разговаривать по телефону. А мне звонит Лена.

— Ждала, ждала, но ты, как всегда, наверное, в делах.

— Блин, прости, я что-то замотался реально.

— Да я уж поняла. В общем, — Лена становится серьезной, и я непроизвольно сжимаю руку на руле: нервничаю, — я нашла визитку министра образования. Думаю, он тоже может помочь по вопросам опеки.

Шумно выдыхаю, только сейчас замечая, что не дышал все это время. Вот это меня накрывает. Но я не могу потерять Миру и сына.

— Я так понимаю, ты с ним не знакома?

Лена фыркает, и это служит непосредственным ответом. Я трогаюсь с места и бросаю взгляд в зеркало заднего вида. За мной пристраивается «танк» Кира, и я направляюсь на выезд из города.

— Леонид старался не посвящать меня в свои рабочие вопросы. Так, несколько раз брал меня на встречи, но я не запомнила и половины тусовки, — грустно смеется, и мне кажется, что я даже слышу всхлип. — Я скину тебе фотографию, это все, что я могу сделать, Влад.

Она снова собранная, и голос звучит твердо. Меня же переполняет благодарность за то, что не отказала. Потому что знаю: она до сих пор справляется с утратой отца и старается не заходить в его кабинет, а уж смотреть его вещи вообще для нее табу. Но она переступила через себя и даже не потребовала подробностей. Потому что я вообще редко прошу кого-либо о чем-то. Стараюсь сам, но сейчас на кону время и безопасность. Поэтому я готов наступить себе на глотку и пойти просить.

Только бы мне вернули сына и ничего ему не угрожало.

— Спасибо, Лен. Ты очень помогла. Тинка не нарисовалась?

— Не-а, звонила, сказала, что очередная задержка на тренировке.

Губы растягиваются в улыбке. Почему-то мне кажется, что не в тренировке дело. Мелочь просто бегает от серьезного разговора с Леной, но от меня ей не убежать.

— Я буду ждать звонка. Еще раз спасибо. Пока.

— Удачи.

Через минуту на телефон приходит то самое фото с именем все еще действующего министра образования. Даже удивительно, что мужик держится в кресле больше пяти лет, обычно, их меняют часто и не всегда продуктивно.

Время почти семь вечера, и я обдумываю, не поздно ли звонить сейчас, но, зная распорядок госслужащих, решаю все же рискнуть.

Низкий голос отвечает после трех гудков, во время которых у меня сердце застывает в груди. Да я сам словно застываю, только глаза прикованы к дороге.

— Слушаю, — раздражение прям нутром чую. — С кем имею честь?

А мужик не любит долгие расшаркивания.

— Добрый вечер. Прошу прощения за поздний звонок. Меня зовут Влад, я сын Рогозина Леонида.

— Сын? Да ладно? — голос значительно теплеет, и мне становится немного полегче, даже могу вдохнуть, наконец ослабить хватку на руле. — Нашел все же.

— Нашел, — непонятно зачем решаю уточнить очевидную вещь.

— Ну, здорово, приятно познакомиться. Много ж мы народа в свое время подняли, чтобы тебя отыскать. Надежно тебя запрятали.

Ухмыляюсь. Как сказал в свое время отец, он и не знал, что я вообще существую в природе. А тут черт его дернул про мать пробить. Влюблен в нее был когда-то безумно, а она резко оборвала связь. И вот так и узнал, что есть я. Я как раз тогда в больницу и загремел, ну и отец проверил по тесту ДНК. Оказалось, его — до мозга и костей.

Просто вот так сложились обстоятельства. И мне становится дурно от одной только мысли, что я мог не узнать про сына, потому что сам всю жизнь хотел познакомиться с отцом и общаться. Для пацана отец — это как идол, а меня этого идола лишили. Намеренно.

Стряхиваю ненужные мысли и возвращаю внимание к собеседнику.

— Евгений Викторович, мне помощь ваша нужна. Но желательно бы встретиться.

Мужчина усмехается, но не посылает. Это уже вселяет надежду, что он не откажет. Иначе я окажусь в полной заднице.

— Ну давай встретимся. Давно хотел познакомиться с неуловимым сыном Рогозина. Завтра в обед давай в столовую при министерстве подгребай. Мы там кушать изволим в двенадцать.

— Хорошо, понял.

— Ну бывай.

И отключается, а я выдыхаю. Временно, но все-таки уже что-то сдвинулось с мертвой точки.

Бросаю взгляд на навигатор, в который забит адрес дома, к которому мы едем. Убеждаюсь, что правильно запомнил дорогу.

Паркуюсь на площадке, выложенной тротуарной плиткой, и запускаю трясущуюся руку в волосы. Ощущаю облегчение в каждой клеточке тела.

Кирилл встает рядом. Я же окидываю взглядом одноэтажный дом в сто пятьдесят квадратов. Никаких лестниц — никаких угроз.

Выгружаемся, и я звоню риелтору.

— Вы уже на месте? — уточняет паренек.

После моего ответа калитка открывается, и навстречу выходит парень ненамного моложе меня. Здоровается и приглашает на территорию. Внутри все как на фото. Чисто, никакой разрухи. Быстро обходим дом.

— Нас устраивает.

Паренек окидывает нас подозрительным взглядом, но быстро цепляет на лицо каменное выражение и кивает.

— Аренда в месяц составляет девяносто тысяч. Вам на какой срок?

— Месяца на три, не больше.

Снова кивок. А я неожиданно начинаю ржать. Видимо, накопившееся напряжение решило сыграть со мной такую вот шутку в неподходящий момент. Кир кидает на меня опасливый взгляд.

— Нас, по ходу, посчитали семейной парой.

Глаза паренька расширяются и грозятся выскочить из орбит.

— Нет-нет, что вы. И в мыслях не было, — смешно размахивает руками и мотает головой.

— Вот и отлично, — резко обрываю смех. — Аренду оформляешь на него, — указываю на все еще прибалдевшего Кира.

Панек возвращается в коридор за договором.

— Ты реально подумал, что он нас записал, ну?..

— Ну мне так показалось. Двое мужиков приезжают вечером на осмотр дома. Говорят, что их все устраивает. Ты взгляд его видел?

— Не имею привычки рассматривать парней, — сухо произносит друг, а я снова ржу.

— А я и не его рассматривал, а его реакцию. Он же…

Прерываю разговор, увидев, как в гостиную семенит риелтор.

— Если я правильно помню, в условиях не было ограничения по наличию детей, — решаю на всякий случай уточнить, потому что в голове такая каша, что запросто мог забыть или пропустить.

— Все верно, можете проживать с детьми.

Удивление Кира становится почти ощутимым. Ну еще бы, откуда у меня ребенку-то взяться! Я же не посвящал никого. Да и смысл?

Но при аренде жилья лучше переспросить, чем потом вываливать неустойку за нарушение условий.

Пробегаюсь глазами по договору. Никаких подводных камней. Вношу сумму за один месяц. В договоре появляются данные Кирилла, и нам передают ключи.

Парнишка настолько быстро сматывается, что поднимает за собой сквозняк.

— Ничего не хочешь мне сказать? — укоризненно бурчит Кирилл.

— Потом лучше покажу. Поехали, домой хочется, капец.

Устало выдыхаю и тру переносицу. Ноги гудят, в башке хаос, и единственное желание — это оказаться в компании Миры и Славы. Все. Ничего больше не хочу.

— Ну поехали. Загадошный ты наш.

Разъезжаемся с Кириллом каждый в свою сторону, и я вдавливаю педаль газа, чтобы побыстрее оказаться в своей квартире.

Переступаю порог и слышу детский визг. И на сердце становится горячо от прилива любви и нежности. До сих пор чувствую вину за нарушенное обещание, что вырвусь в обед. Но так и не вышло со всей этой беготней. Зато завтра свободен, как птица в полете.

— Я дома! — на всякий случай кричу, хотя хлопок двери не услышать было сложно.

Меня напрягает, что навстречу никто не выходит. Хотя чего я хотел? Мира первые сутки тут, а я уже нарушаю свое же слово.

И вот в коридор вылетает взъерошенная Мира с пылающими щеками. Глаза вспыхивают при виде меня, а у меня внутри все как-то замирает.

Я замираю, только успев скинуть ботинки и выгибаю бровь. Мира переступает с ноги на ногу, закусывает губу, о чем-то размышляя. Мне становится еще интереснее от такой ее стеснительности.

Я ждал упреков. Реально ждал, а получил покрасневшую принцессу, которая мнется, что-то прикидывая в уме.

Потом Мира морщит носик и срывается с места, буквально влетая в меня. Я только успеваю раскинуть руки и поймать ее стройное тело, прижав к своей груди. Ноздри тут же наполняются ее умопомрачительным запахом.

— Извини, принцесса, что не смог приехать на обед, — шепчу на ушко и вижу, как по шее пробегают мурашки.

С трудом сдерживаю победную улыбку. Неужели ледяная принцесса оттаяла?