ГЛАВА 12

Ирина

Доверившись мини-клубу «очумелые ручки» в лице двух закадычных подруг, я была готова к любой подставе.

Маникюр и педикюр с полным обдиранием пяток? Терпимо! Масочки и массаж расфигаченного в суповой набор фейса? Даже по кайфу. Заверните два! Эпиляция? Фигня! Первый раз всегда больно, а, учитывая мой длительный перерыв в вопросе глобального наведения красоты, я вполне приравнивалась к классической бьюти-девственнице.

Шаркнуть пару раз затупившейся бритвой по зарастающим телесам в расчёт не берём. Аккуратно обкусанные ногти, патчи раз в неделю и маски раз в месяц тоже не считается.

Во-первых, я всегда брала их из складских запасов, стремящихся к дате просрочки. А, во-вторых… Да блин, какая тут красота, если мальчишки не давали мне толком ни пожрать, ни поср… Упихать что-то съестное за щеку и помчаться разнимать двух дерущихся чертенят, – это и был мой максимум по поддержанию себя в форме.

Свернула отвисшие сиськи в рулончики, упаковала в удобный и не всегда красивый бюстгальтер, волосы убрала в гульку, натянула спортивные брюки до подмышек, чтоб трусы-парашюты не спадали и вперёд!

При этом я всегда старалась быть примерной женой и образцовой мамой, готовя еду и убирая разгромленную до руин квартиру по тридцать три раза на дню.

Илюша, приходя домой, ужинал и запирался в спальне, чаще уделяя внимание телевизору, чем мне. Куда уж ему до собственных детей, которых… о, ужас!.. ещё и воспитывать надо. Подавать пример, развлекать, гулять с ними. Не-а, Илюша не такой. Не дай Бог, харизма потускнеет.

Так во-о-от!.. От подруг я ожидала чего угодно, но не ЭТО! Когда смыла краску со своих трёх волосинок, порядком охренела. Рыжая?! Я-я рыжая! Вашу ж мать! Мало того что Катя обкромсала мои потускневшие, но драгоценные косы, больше напоминающие мышиные хвостики, так ещё и мой любимый соломенный цвет закрасила.

Мама в обморок упадёт, но непременно от счастья. А вот я к такому повороту не была готова.

Поспешно просушив этот разврат, я замоталась в полотенце и, вздёрнув бесславно подбитый нос, продефилировала походкой в раскоряку в комнату, выделенную мне Верой. Демонстративно хлобыстнула дверью и, не включая свет, рухнула на кровать.

За дверью раздалось дружный хохот, а потом эти предательницы спокойно удалились на кухню и шубуршали там ещё не менее часа. Хлопали дверцей холодильника, чем-то бренчали, включали чайник и мило болтали.

Спустя несколько минут мне стало стыдно. Девчонки старались, тратили на меня своё время и силы, а я засранка такая даже не поблагодарила. В желудке нещадно урчало, но, помня Катины наставления, выползать из укрытия я не стала. Немного успокоившись, свернулась калачиком и вскоре уснула.

Утром сквозь сон я слышала, как Вера металась по квартире, собираясь на просватанную мной подработку. Судя по звукам и приглушённому мату, она сильно опаздывала, но сил встать и помочь ей со сборами у меня не нашлось.

Когда за ней закрылась входная дверь, я перевернулась на другой бок и снова отрубилась, а проснулась, страшно сказать, почти в полдень.

Разбудил меня не голодный желудок, и не горящий после эпиляции пирог, и не полный мочевой, а настойчивая трель входящего звонка, на который я ответила, почти не глядя. Просто выцарапала мобильник из-под подушки и, не открывая глаз, хрипло алёкнула в трубку.

– Где моя массажистка?! – мужским голосом возмутилась трубка, а я с превеликим трудом продрала все ещё опухшие глаза и криво усмехнулась.

– Чего? Это шутка? Вы, кажется, номером ошиблись? Ну или в своих непристойных фантазиях заблудились, – промямлила я ворчливо и, приняв сидячее положение, громко зевнула.

– Да ладно? – пустив петуха, передразнил собеседник и, посопев в трубку, рявкнул: – Я Владимир Князев, и вчера я оформил заявку на выезд массажистки! Где вашу мать её черти носят?!

– Ой, – резко встрепенувшись, мявкнула я и, ещё раз сверившись с часами, охнула: – Здравствуйте, Владимир. Неужели Вера ещё не добралась? Время полдень, а она уехала рано утром.

– А то я не в курсе, – огрызнулся Князев и, прицыкнув языком, добавил: – Отписалась утром, что доберётся своим ходом. Видимо, на оленях мчится.

– На каких оленях? – похлопав слипшимися ресницами, переспросила я, а собеседник окончательно вышел из себя.

– Рождественских, млять! Я за что деньги плачу?!

– Ещё не заплатили, – фыркнула я и, подскочив с кровати, заметалась по комнате, не зная, за что хвататься.

– Что за сервис?! – продолжил орать Князев и, прерывисто выдохнув, потребовал: – Значит так!.. Или вы оперативно решаете этот вопрос, или!..

– Сейчас я всё выясню, – залебезила я и, не попрощавшись, завершила звонок.

Впрочем, вышеупомянутый объект обсуждений на мой звонок не ответила. Ни на первый, ни на сто первый. Робот раз за разом сообщал мне, что абонент не абонент, его номер отключён или находится вне зоны доступа.

Князев названивал каждые полчаса и с каждым последующим звонком становился всё злее. Сыпал угрозами, давил на жалость, психовал и возмущался, грязно манипулировал, обещая прикрыть мой бизнес. Хах, напугал жопу веником.

Представляя грандиозные разборки, чуть не дала ему адрес офиса или номер Ильи, но вовремя себя осадила. Мне ещё свой бизнес отвоёвывать, так зачем лишние проблемы в виде богатого, влиятельного и жутко вредного клиента.

Самое страшное, что Князев жил в элитном посёлке далеко за городом, и в какую бы переделку ни попала Вера, я чувствовала свою вину. К вечеру я уже изгрызла свой новый маникюр под корень и чуть не выщипала остатки волос, рыжий цвет которых уже не так уж и раздражал.

– Ну и? – пропустив ненужный этап приветствия, пророкотал Князев.

Звонил он уже в чёрт знает какой раз. За окном давно стемнело, и валил снег, а я уже собиралась звонить в полицию.

– Что и? – огрызнулась я и, прицыкнув языком, заорала: – У меня подруга пропала, а вы лишь о своём массаже беспокоитесь! Могли бы отправить за ней машину, а не истерить полдня! Учтите, если я пойду в полицию, об анонимности речи быть не может! Куда и к кому она поехала, я расскажу первым делом!

– Но-но, полегче, – проблеял Князев и, громко посопев, проворчал: – Мой водитель до сих пор от особняка до города и обратно катается. Не было там ни аварий, ни странных девиц, гуляющих или прикопанных вдоль обочин.

– А откуда мне знать, не маньяк ли ваш водитель? – фыркнула я, а собеседник совсем растерялся.

– Да вы… У меня… Да я вас… Совсем уже, что ли?! – прокрякал он и, протяжно вздохнув, намекнул: – А мне откуда знать, может, ваша хвалёная Верочка к любовнику умотала, а вам сказала, что на работу поехала.

– Она не такая! – возмутилась я, но в ответ получила лишь издевательский смех.

– Ага, знаем мы таких «не таких», – с усмешкой передразнил Князев и, не дав мне вставить и слова, добавил: – Ладно, пусть гульнёт, а завтра жду в…

Матюгнувшись, я завершила вызов и, отшвырнув телефон, умчалась на кухню. Стресс нужно было срочно заесть, но, открыв холодильник, я выругалась ещё более сложной конструкцией матов. На чистых полочках красовались йогурты, зелень, овощи и многообещающая записка.

«Будешь много жрать, Катя приедет с баночкой мёда!»

Это означало лишь одно, – подружки сговорились держать меня в узде, а в качестве мотивации припугнули антицеллюлитным массажем, который в Катином исполнении был смерти подобен.

Пришлось жевать безвкусную куриную грудку, отваренную без соли и специй, несколько перепелиных яиц, чистя которые, я достигла высшей степени раздражения. Заедать всё это овощным салатом, а на десерт долька горького шоколада и травяной чай. Садизм, честное слово!

В полицию я идти не рискнула. Ещё неизвестно, как меня приняли бы в отделении с разноцветным фингалом. Поселилась к подруге, а через день её «потеряла», отправив на вызов к особому клиенту. Я бы тоже не поверила в такую сказочку.

К тому же родственницей я не являлась, а контакты Вериного сына не знала. Ночь прошла в переживаниях, и дозвониться до Верки удалось только на следующее утро. Вот только ответила она не сразу.

– Верка, твою мать! – рявкнула я, дозвонившись с черт знает какой попытки. Набрала в грудь побольше воздуха и, выплёскивая скопившееся напряжение, начала её отчитывать: – Ты куда пропала?! Твою мать! Я тут чуть не поседела! Хотя, может, и поседела, но из-за краски это не видно! Совсем охренела?!

– Ну прАШти, Ириш, – исказив голос, протянула Вера и, вздохнув, виновато добавила: – Тут столько всего произошло. Сначала меня сбила машина, потом меня похитили, а телефон разрядился. А теперь я…

– Авария? Похитили? – заохала я и, пытаясь раскопать остатки Веркиной совести, соврала: – Вот как знала, что не всё в порядке. Ну и зараза же ты, Верка. Не зря я, значит, в полицию звонила.

– Ир, да всё в порядке, – поспешила успокоить Вера и, тихо рассмеявшись, начала делиться подробностями своих приключений.

Выслушав её рассказ, я совсем растерялась. Желание позвонить в полицию только укрепилось, а вместе с ним появилась мысль вызвать ещё и дурку. Не себе, если что…

– Верунь, ты головой там не сильно ударилась? – немного помолчав, проворчала я и, наматывая круги по кухне, настороженно уточнила: – Кто этот козёл и почему он тебя удерживает в своём доме? Подозрительно всё это, не находишь?

– Да нормально всё, – отозвалась Вера и, помявшись, всё же поделилась: – Это сосед твоего крутого заказчика. Сумятин Виктор Макарович.

– Так, подожди, я запишу, – засуетилась я и, подбежав к холодильнику, нацарапала на стикере для заметок полное имя Веркиного Деда Мороза.

Сразу же после разговора с подругой, я отзвонилась Князеву и, коротко обрисовав ему историю скитаний нашей потеряшки, продиктовала имя его соседа.

– Ах вот откуда ноги растут, – проурчал заказчик и, хмыкнув, добавил: – Спасибо за информацию. Сейчас пойду вызволять свою массажистку.

– Просто спасибо? – с укором переспросила я и, прицыкнув языком, заворчала: – А извиниться не хотите?

– Я вам тортик пришлю. Идёт? Диктуйте точный адрес и…

– Тортик?! – возмутилась я и, вспомнив, что Князев не в курсе моей диеты, заговорила спокойнее: – Не надо тортик. Я это… Аллергия у меня на сладкое.

– Тогда букет вам отправлю, – невозмутимо произнёс Князев и, забыв уточнить адрес, отключился.

Ну и чёрт с тобой! Без цветов обойдусь. А вот тортик… Эх, тортик мне бы сейчас не помешал.

К вечеру я почти забыла о нашей затянувшейся перепалке. Не ждала благодарности или извинений, но вовсе не удивилась, когда в дверь настойчиво позвонили, а за порогом оказался курьер с огромным букетом роз и… ТОРТИКОМ!

– А вы ещё и курьером подрабатываете? – принимая увесистый букет, удивилась я и, узнав в курьере странно расфуфыренного таксиста, усмехнулась: – Как тесен мир. Спасибо за доставку и… это… Передайте, что извинения приняты.

– Извинения? – переспросил мужчина, а его брови поползли вверх.

Качнувшись с пятки на носок, он протяжно вздохнул и, нагло оттеснив меня, зашёл в прихожую и захлопнул дверь, провернув все замки. Не удивилась бы, если бы он ещё и шваброй её подпёр. Наблюдая за его действиями, я даже приличные слова подобрать не успела.

А потом этот наглец поставил коробку с тортом на тумбу и, сграбастав меня в объятия, проурчал:

– Готов приносить извинения во всех возможных форматах.

Князев, козлина! Это что за?..