Глава 22

Я добралась до выхода из комнаты, когда услышала:

– Даже не рассчитывай на то, что я так просто дам тебе возможность уйти к твоему соседу!

Реагировать на это не стала. Пусть думает и делает, что хочет. Мне на Матвея плевать.

Женя и Илья были напряжены до предела. Между ними ощущалась такая стена отчуждения, что на душе моей от этого разлилось лишь чувство острой горечи.

– Итак, на повестке дня то, что сын мне озвучил, когда сделал свое предложение века, – сказала я, стоило нам рассесться за столом.

Голиков и Илья держались вместе, это я отметила про себя как данность, которая, впрочем, особо ни на что не влияла.

– Если коротко, то Илья хочет эту квартиру себе. Он готов подарить мне свою студию, а Жене компенсировать долю деньгами, – проговорила я ровно и спокойно.

Сын нахмурился и переглянулся с Матвеем. Интересно, что они обсуждали за нашими спинами? Как оставить Женьку ни с чем, ведь у нее есть муж и жилье?

– Для меня вообще шок, что Илья планирует жить с женщиной нашего отца, – сложив руки на внушительном животе, заявила дочь. – Папа, ты хоть как-то это можешь объяснить?

То, что Женя зря об этом заговорила, да ещё и в таком тоне, я поняла сразу, как только увидела недовольство, написанное на лице Матвея.

– Это только наше дело, – отрезал он. – От тебя требуется лишь сказать, согласна ли ты на то, что озвучила твоя мать.

Илья качнул головой и прежде, чем Женя бы ответила, добавил:

– Я уже говорил, что у сестры отличные условия проживания. А у меня не так много накоплений…

Теперь уже настала очередь дочки возмущаться, причём весьма справедливо:

– Отличные условия мне обеспечил муж! А ты сейчас на голубом глазу говоришь, что и мою долю в этой квартире хочешь прибрать к рукам без компенсации!

Она раздухарилась, что было на Женю не особо похоже. Я нахмурилась, не понимая, что к чему, ведь дочь обычно так себя не вела. А тут вцепилась в край стола и сжала челюсти, глядя на брата…

– Я отдам маме студию, пусть она напишет завещание только на тебя, я не против! – заявил Илья.

Глаза дочери сверкнули недобрым огнём.

– Ей нет и пятидесяти лет! Ты что, уже готовишься к маминой смерти?

Мои дети на глазах превращались в кровных врагов, чего я допустить не могла. При этом Голиков предпочитал не вмешиваться. Сидел, смотрел за разворачивающейся картиной, а на лице его была безмятежность. Будто он думал: ну-ну, взрослые уже, как-нибудь разберутся.

– Не говори глупостей, Женя. Я смотрю вперёд, как меня и учила мама. И наш с отцом план кажется мне идеальным. Мы с Настей и ребёнком будем жить здесь, папа уже подыскал себе квартиру. Мама переедет в студию, а ты останешься с мужем.

Илья проговорил это заученным тоном, как по заранее написанной роли в сценарии. Которую, видимо, они придумали заранее с Голиковым.

А я уже не обращала внимание на то, что произносит сын, потому что с Женей было что-то не так.

– Больно… – прошептала она, вцепившись в моё лицо взглядом. – Мама… мне надо к врачу.

Что тут началось! Матвей вскочил и произнёс какой-то нечленораздельный звук. Илья побежал в недра квартиры, дочь застонала и прикрыла глаза.

Я схватила телефон и первым делом набрала номер платной скорой. Он на всякий случай находился в списке контактов – и вот пригодился. Затем позвонила Вадиму, который собирался присутствовать на родах. Это ведь были они, верно?

И не просто роды, а нечто стремительное, учитывая, что Жене становилось всё больнее с каждым мгновением. Да и воды у дочери отошли слишком быстро…

Пока мужчины бегали по квартире, как умалишённые, я мысленно приказала себе держаться в границах разума.

– Вадик привезёт твою сумку прямо в роддом, он ждёт отмашки, куда тебя направит скорая. Я останусь рядом, сколько будет нужно, – заверила я дочь, которая держалась за мою руку с такой силой, что едва её не ломала в суставах.

И словно не было ничего того, что едва не отбросило нас в разные стороны. Как-то измены Голикова отошли на сотый план, когда их нивелировали волнения за дочь. Очень многое меняется в расстановках кругом, когда понимаешь, что на самом деле важно и ценно.

Наконец, скорая приехала и мы с Женей отправились в роддом. Я была рядом со своей девочкой, готовая на всё, лишь бы хоть отчасти забрать себе её боль и страдания…

А через пару часов на свет появилась моя внученька…

Правда, прошло всё, связанное с процессом её рождения, не идеально и не гладко… Но об этом позже.