Глава 5. Выход на свет

Сон прервался резко, как, до недавнего времени, в армии — по команде «подъём». Яр открыла глаза и первым делом увидела над собой чужое лицо. Мужское, усатое, с выражением «я здесь начальник».— Вставай, преступница, — сказал он равнодушно. — Приказ императора. Тебя переводят во дворец под домашний арест. Вещи собирать не дают, всё равно нет ничего.Яр моргнула. Приказ? Император? Она хотела спросить, что случилось, но язык не слушался со сна.Стражник — тот самый, усатый — щёлкнул ключом, отомкнул кандалы. Цепи упали на солому с противным лязгом. Яр потёрла запястья — кожа была красной, но не стёртой, слава богам, этого тела.— Поднимайся давай, — поторопил он. — И без фокусов. Тебя всего лишь переводят, не на свободу.— А куда? — выдавила Яр хрипло.— Во дворец. Комнату дали. Под охраной будешь жить, пока император не решит, что с тобой делать.Яр кое-как встала на ноги. Тело всё ещё было слабым, но уже не таким дохлым, как в первый день. Похоже, баланда давала хоть какие-то силы.— Идти могу? — спросила она.— Ну хочешь, можешь и тут остаться, – вопросительно произнёс мужик. – Пошли.Её повели по каменному коридору. Вверх по лестнице, потом по второму коридору, потом через двор — и Яр впервые за долгое время увидела небо. Солнце. Оно было ярким, почти ослепительным, и она зажмурилась, как крот, вылезший из норы.— Света не видела? — усмехнулся усатый.— Месяц в подвале, знаешь ли, — буркнула Яр. — Привыкаешь к темноте.Она не стала уточнять, что «месяц» — это фигурально, на самом деле она потеряла счёт дням. Но солнце, чёрт возьми, было настоящим.Дворец оказался огромным — белокаменным, с золотыми шпилями, колоннами и лепниной. Яр мысленно присвистнула. В её прошлой жизни такие здания она видела только на открытках.Её привели в небольшое помещение при бане — или купальне, так здесь называли подобные комнаты. Там уже ждали три женщины в белых передниках.— Надо её отмыть, — сказала старшая, оглядывая Яр с брезгливостью. — Волосы вычесать, грязь смыть. Срамно глядеть на неё.— О, спасибо за комплимент, — хмыкнула Яр. — Давно не мылась, ценю заботу.Женщины переглянулись. Похоже, от Джулии они привыкли к капризам, а не к иронии.— Раздевайся, — приказала старшая.Яр вздохнула. Стыдливость была не про неё — в армии общие душевые, всё такое. Но когда она скинула грязную рвань и увидела своё тело впервые, чуть не охнула. Тело было красивым — стройным, с тонкой талией и бледной кожей. Но мышц — ноль. Никакого рельефа. «Доходяга аристократическая», — подумала она с тоской.Её посадили в деревянную бадью с тёплой водой, начали тереть мочалками, мыть душистым мылом. Волосы — длинные, рыжие, спутанные — распутывали гребнями с таким усердием, что Яр несколько раз вскрикивала.— Терпи, — сказала одна из женщин. — Сама виновата, не следила.— Я в тюрьме была, между прочим, — огрызнулась Яр.— Тем более.В итоге после часа водных процедур, вычёсывания и вытирания, Яр предстала перед зеркалом. Настоящим, в полный рост, с медной рамой.И она увидела не себя.Из зеркала смотрела молодая девушка лет двадцати с лишним. Рыжие волосы, теперь чистые и блестящие, падали на плечи. Зелёные глаза — красивые, но с острым, надменным выражением, которое Яр пообещала себе исправить. Лицо было тоньше, изящнее, чем у Яр в прошлой жизни. И в целом она была... ну, симпатичной. Даже очень.— Так вот ты какая, Джулия Столбина, — прошептала Яр. — Ничего так мордашка. Жаль, характер был дрянь. Наверное, мужики шиабелями стелились перед тобой?Женщины принесли одежду. Не платье — странный наряд: свободные штаны из мягкой ткани, длинная рубаха, и сверху что-то вроде халата без застёжек. И туфли на плоской подошве.— А это что? — спросила Яр.— Герцогиня Каспиева приказала, — ответила старшая. — Сказала, что в корсете и юбках ты сбежишь или околеешь. Велела передать: «Носи пока это, а там сошьём нормальное».— Герцогиня? — Яр нахмурилась, но тут же вспомнила. София. Та самая, которой она писала письмо. — Молодец баба, — одобрила она.— Герцогиню так не называют, — возмутилась женщина.— Я её и не называла. Я про себя.Она натянула одежду. Штаны сидели свободно, рубаха не сковывала движений. Халат был почти как кимоно — можно и в нём зарядку делать.— Божественно, — выдохнула Яр, сделав пару приседаний. — Это костюм для заключённых?— Это милость герцогини, — сухо ответила старшая. — Император разрешил, но ты под домашним арестом. Из комнаты не выходить.— Да хоть из клетки, — Яр пожала плечами. — Главное, что чисто и светло.Её проводили в выделенную комнату. Та оказалась небольшой, но уютной: кровать с балдахином, стол, стул, шкаф, окно с видом на внутренний двор. У двери стоял стражник.— Входи, — сказал он, пропуская Яр. — Еду будут приносить. Если что-то нужно — стучи.— Туалет где? — спросила Яр.— За ширмой, — он кивнул в угол.— Цивилизация, — улыбнулась она. — Уже прогресс.Стражник закрыл дверь. Щёлкнул замок.Яр осталась одна. Она подошла к окну, посмотрела на двор — там гвардейцы тренировались с мечами. Её пальцы зачесались.— Ладно, — сказала она себе. — Ты жива, ты не в цепях, ты чистая и в штанах. Пока победа.Она присела на кровать, пружины скрипнули.— Осталось понять, чего от меня хотят. И кто эта герцогиня, которая прислала штаны.В дверь постучали.— Войдите, — сказала Яр.Дверь открылась, и на пороге появилась молодая девушка в красивом, но неброском платье. Каштановые волнистые волосы, умные голубые глаза, на лице — любопытство пополам с улыбкой.— Ярослава? — спросила она.— Яр, — машинально поправила та. — А вы?— Софья Алексеевна Каспиева. Герцогиня. Та, которой ты написала «секир башка».Яр вскочила.— Вы... вы та самая?— Та самая, — Софья вошла, прикрыла за собой дверь. — Рада, что ты жива. Скажи спасибо кодовому слову.— Какому слову?—Ну так секир башка. — спокойно ответила Софья. — Местные им не пользуются. Это только мы можем его знать.—В каком смысле мы? Почему местные не знают?— Потому что я такая же как и ты - попаданка,— улыбнулась Софья.— Я, если честно, не думала, что оно сработает, — честно сказала Яр. — Оно просто вырвалось. От отчаяния.— Знаю. Я тоже иногда выражаюсь. — София села на стул, жестом приглашая Яр тоже сесть. — Рассказывай, кто ты, откуда, как здесь оказалась.— А вы не боитесь, что я всё это выдумала?— Нет. — уверенно проговорила графиня.Что ж, если Яр поверили, то какой смысл переубеждать?

— Рассказывай, — повторила София, устраиваясь поудобнее на стуле. — У нас есть время. Охране я сказала, что мы обсуждаем меню для моего ресторана. Вряд ли они поймут, о чём мы говорим на самом деле.Яр усмехнулась.— Меню? Серьёзно?— А что? Я действительно владелица лучшего ресторана в столице. И если кто-то спросит, мы обсуждали рецепт борща. Кстати, борщ ты любишь?— Обожаю, — призналась Яр. — Особенно с чесноком и сметаной.— Тогда мы точно поладим. — София пододвинулась ближе. — Давай, выкладывай. Кто ты? Откуда? Как тебя занесло в тело этой дуры?Яр откинулась на подушку, сложила руки на груди. Воспоминания о прошлой жизни нахлынули, но она научилась не плакать.— Ярослава. Друзья звали Яр. Была — чёрт, уже «была» — военным инструктором по рукопашному бою. Контракт, служба, нормативы. Родных нет — мать умерла, отца не знала. Сослуживцы — да, почти семья. Но по сути — одна.София кивнула, не перебивая.— В тот вечер я сидела дома, пила пиво, смотрела «Джона Уика» в четвёртый раз. — Яр усмехнулась. — Знаешь такого?— Киану Ривза? Конечно. В моём мире он жив и здоров.— Ну вот. И вдруг — темнота, потеря сознания. Очнулась в темнице, в этом теле, с кандалами. И все вокруг называют меня Джулией и ненавидят за то, чего я не делала.— А что ты помнишь о самой Джулии? — спросила София.— Ничего. Её память ко мне не пришла. Я понятия не имею, что она творила. Знаю только со слов стражников: подстава с отравленным блюдом, похищение тебя из темницы... В общем, та ещё сволочь.— Ещё какая, — вздохнула София. — Но ты не она. Я это поняла по письму.— Спасибо, что поверила. Я сама себе не верила.— А как же «секир башка»?— Это просто вырвалось. — Яр пожала плечами. — Было страшно, я написала от безысходности. Думала, никто не поймёт. А ты поняла.— Поняла, потому что сама попаданка, — кивнула София. — И потому что Многоликий предсказал.— О, этот... — Яр махнула рукой. — Я его уже видела. Во сне. Приходил в образе моего бывшего командира. Сказал, что я теперь здесь навсегда.— Навсегда, — подтвердила София. — Возврата нет. Я тоже пыталась искать путь домой по началу. Бесполезно. Но привыкнуть можно.— А ты привыкла?— У меня муж — красивый, богатый, любящий. Ресторан, деньги, уважение. Близкие и друзья приняли меня такой, какая я есть. Так что да, привыкла.— А император... он что за человек? — спросила Яр осторожно. — Я его только мельком видела, когда вели мимо тронного зала.— А ты уже к нему присматриваешься? — София хитро прищурилась. — Не торопись, боец. Он красивый, но ранимый. И всё ещё будто бы не отошёл от того, что я выбрала Эрмана.— Я не присматриваюсь. — Яр покраснела. — Просто интересно, кого мне охранять.— Охранять?— Ну да. Во сне Многоликий сказал, что я должна стать его телохранителем. Что вокруг плетётся заговор, и если я не вмешаюсь, император погибнет.София нахмурилась.— Заговор? Какой?— Он не назвал имён, — Яр понизила голос. — Сказал только: кто-то из приближённых императора. Очень высокопоставленный. И что родители Джулии… то есть мои теперь… что-то знают, но не участвуют. Или притворяются.София нахмурилась.— Значит, мы не знаем, кто враг. Это усложняет задачу.— Именно. Сказал: «Вы должны найти сами».— Вот чёрт, — выдохнула София. — И как нам искать?— А у тебя нет никаких связей, кто мог бы помочь?, — Яр кивнула в сторону двери, — тут есть что то типа тайной канцелярии?— Есть такое. Эрман, мой муж... — София задумалась. — Да! Он глава сыскного ведомства. И если кто и может раскопать заговор, то это он. Но надо действовать тихо. Если враг высокопоставленный, он сразу узнает, что на него охотятся.— Значит, будем тихо, — согласилась Яр.— Отличный план, — улыбнулась Софья. — Кстати, одежда тебе удобна?— Штаны — божественно. Корсета не хватает для полного счастья.— Корсет мы тебе не выдадим. Задохнёшься от возмущения. А вот нормальную форму охраны закажем. Пока походи в этом халате.— Слушай, София, — Яр подалась вперёд. — А почему ты вообще мне помогаешь? Мы не знакомы, я в теле твоей врагини. Ты могла бы просто проигнорировать письмо и жить дальше.— Потому что я помню, каково это — проснуться в чужом теле, в чужом мире, не зная, кому верить. — София положила руку Яр на плечо. — И потому что без тебя Авелий может не выжить. А он хороший человек и правитель. И заслуживает счастья.— Счастья? — Яр подняла бровь.— Ну, может, не сразу. — София улыбнулась. — Я, знаешь ли, в попаданках разбираюсь.— Я его даже не видела толком! — возмутилась Яр.— Увидишь. Он тебя тоже скоро захочет увидеть. Приказ о твоём переводе он подписал, между прочим, после того, как я ему про «секир башка» рассказала. И про Многоликого. Так что будь наготове.— Наготове к чему?— К тому, что тебя вызовут на аудиенцию. И он будет смотреть на тебя своими грустными глазами, а ты не растаешь.— Я вообще не таю, я ж не мороженное — фыркнула Яр.— Вот и отлично. — София встала. — Ладно, мне пора. У меня второй день свадьбы, между прочим. Эрман, наверное, уже обыскался.— А он не будет против, что ты проводишь время с Джулией?— Он умный. Он знает, что ты не Джулия. И он — глава сыскного ведомства. Без него нам заговор не раскрыть. Так что мы все будем работать в команде. Ты, я, Эрман и, возможно, сам император.— Команда, — повторила Яр. — Звучит почти по-военному.— Потому что мы на войне, Яр. Может, не с пулями, но с интригами и предательством. И тебе, как бойцу, придётся научиться не только драться, но и думать.— Я умею думать.— Тогда докажи. Не наделай глупостей, не лезь на рожон. Завтра тебя, скорее всего, позовут к императору. Будь вежливой, но не подлизывайся. Говори правду, но не всю сразу.— Поняла, — кивнула Яр. — Инструктаж прошла.София направилась к двери, но на пороге обернулась.— И ещё, Яр.— М?— Ты очень красивая в этом теле. Император это заметит. Так что держи себя в руках.Она подмигнула и вышла.Яр осталась одна. Она посмотрела в окно, где гвардейцы продолжали тренировку, и вздохнула.— Красивая, значит, — проворчала она. — А мне бы мышцы нарастить и заговор раскрыть. А не красотой блистать.Она легла на кровать, подложив руки под голову.— Ну что ж, Яр. Принимаем вызов. Империя Асведиан, держись.