Глава 24

Елизавета По территории раздалась звонкая трель, и к калитке сначала заспешила собака, потом сынишка, и потом – она, еще одна женщина моего мужа! Увидев меня, она застыла, изменилась в лице. Явно узнала. Потом перевела взгляд за мою спину и побледнела. – И-и-игорь? Что здесь происходит?! – Какой Игорь?! Что вы все талдычите? Раскудахтались… Ко-ко-ко! ИСААК я! Исаак Бессонов, мать вашу! Снимите с меня наручники… – Привет, откроешь? – попросила я. – Меня ты явно узнала, да? Девушка за калиткой кивнула, собака крупной породы заливалась лаем. – Да, но не открою! – проговорила скороговоркой. – Открывайте, гражданочка. Расследуем дело о крупном мошенничестве! – потребовал Григорий. – О, ты все-таки понял! – не осталась в стороне Ната, решив уколоть. – И кто из нас теперь глупый? Девушка открыла, отступила назад. Собака лаяла истошно, мальчишка разревелся. – Иди ко мне, Тоша! – обняла его. На шум из дома выглянула женщина в переднике. – Любовь Владимировна, будьте так добры, присмотрите за Антошей, пока я с людьми разговариваю! – попросила девушка. – Иди, мой золотой, иди. Мамочка скоро придет. – Представьтесь, гражданочка! – потребовал Григорий. – Оксана Меньшикова. – Кем вам приходится этот мужчина? – ткнул в сторону мужа Юрий. Собака залилась лаем. – Я эту женщину впервые вижу! – подал голос лжец, пытаясь перекричать лающую собаку. – Угомоните пса для начала, – попросил Юрий. – Рэй, тише… Тише, Рэй… Собака улеглась у ног, но продолжала недовольно скалиться. – Ну, что ты, малыш? Папа приехал… Рэй, не рычи, папа дома… – напевно произнесла Оксана. – Я впервые вижу эту женщину, эту собаку, этот дом. Хватит устраивать цирк. Здесь произошла чудовищная ошибка! – Мужчина, подойдите к собаке! – потребовал Юрий. – Зачем? – побледнел лгун. – Боится быть раскрытым, – фыркнула я. – Я просто не выношу крупных собак, – процедил сквозь зубы. – С детства. – Гриша, подведи товарища. Внутри меня гремели фанфары от чувства, что обман раскрылся. Григорий подтолкнул моего обманщика мужа к собаке, та залаяла, как ненормальная. Муж удержался на месте, но было видно, что ему сильно не по себе. – Что за бред, – пробормотала я. – Ты же играл с этой собакой! Я сама видела… – Рэй его не узнал! Это не Игорь, – ахнула Оксана. – Он выглядит, как мой Игорь, но это точно не мой Игорь! – Твой Игорь, – фыркнула я. – Ага, твой. Как же! – поддакнула Ната. – В очередь, дамочка. И, если что, мы тут наглых с детьми вперед не пропускаем! – Конечно, я не Игорь! Я, блять, ИСААК! – Как я не люблю это имя, пипец какое дурацкое! – шепнула Ната. – Сейчас я позвоню моему Игорю, – снова подала голос Оксана и достала телефон. Собака лаяла, Григорий задавал вопросы. Лжец в наручниках бранился и грозился, что с плеч ментов погоны полетят, как фантики! – Тише! Сейчас, как в кино, телефон зазвонит у него в кармане! – замахала руками Ната. Все замерли, застыли, посмотрели на Игоря. Ирина меланхолично жевала жвачку, явно пребывая на том самом хваленом вайбе спокойствия, о котором говорила! Мне кажется, даже Юрий прислушивался заинтересованно. Но телефон не зазвонил, зато Оксана произнесла в динамик: – Игореша, алло. Да, это я. Приезжай. Срочно… Она все знает, – посмотрела на меня в упор. – Знает о нас. И… Еще кое-что. Даже не могу описать, но тут полиция. – Никто не приедет. Наверняка она просто для отвода глаз позвонила! – заявила я. – Подождем. * * *Я не верила, что кто-то приедет. Вот только через пятнадцать минут возле дома по адресу Севастопольская, 17 притормозила до боли знакомая машина, и из нее появился… – Охренеть… Нет-нет, мои глаза меня подводят! Зрение обманывает. Не может быть, чтобы Игорь был одновременно здесь и в другом месте. Он не может и стоять в наручниках, чуть-чуть задрав вверх красивое лицо, с уверенной улыбкой, и одновременно вышагивать быстро-быстро по направлению к дому. Шок. Ужас. Я схожу с ума… Едва не падаю, споткнувшись на ровном месте. Точно покачиваюсь, меня ведет в сторону. На поддержку бросается Игорь… Тот, который утверждает, что он – Исаак. Бросается и подпирает меня крепкой грудью, подставившись. Почему-то именно сейчас в ноздри отчетливо вбивается его запах – мужской, пряный. Запах мужчины, с которым я провела ночь! Боже, я злилась, почему Игорь со мной – другой?! Все оказалось проще не бывает. Это реально был другой мужчина. – Кажется, теперь я понял, кому была адресована надпись «развод, козел!» – успевает хрипло шепнуть мужчина, прежде чем Григорий, пришедший в себя, оттаскивает его немного назад. Я все еще в шоке. Звуки доносятся до меня будто сквозь толстый слой ваты. Мне хочется понять и рассортировать вопросы и ответы, найденные мной. Неужели я все-все свалила в одну кучу? И грешки Игоря, и грешки не-Игоря! Свалила, перемешала и спутала все, что только можно перепутать! Но боже мой, как же они похожи – и мой Игорь, и тот, другой! Как две капли воды… Даже прически – одинаковые, но только мужчины пробор носят на разные стороны. Плюс их точно можно легко различить, если снять брюки с трусами. Не-Игорь побрит мной ниже пупка… Какие глупости приходят в голову. Не кричать же мне: «Снимите трусы»! Из отличий, бросающихся в глаза сейчас, когда мужчины стоят рядом, я отмечаю, что не-Игорь держится все-таки намного более уверенно и расслабленно, чем мой законный супруг. Лицо моего мужа полно тревоги. Вот только его тревога направлена не на меня. Игорь сердится: – Что за балаган? Полиция? Ещё бы с собаками приехали! – Мы хотели собак, да! – кивает Ната. Игорь отмахивается сердито от неё, словно от мухи, смотрит на любовницу с заботой. Голос мягкий, каким со мной не был давным-давно. – Оксана, как ты? Где Тошка? – интересуется Игорь в первую же очередь, отыскивая взглядом свою любовницу. – Тошенька с уборщицей, попросила присмотреть, пока разбираемся. – Испугались? – С нами в порядке, со всем остальным… – Оксана качает головой. – Не уверена. – Так, что здесь происходит? – интересуется Игорь строго, обводя всех собравшихся. Первым после Оксаны его взгляд останавливается на мне – хмурый, чуть раздраженный, с искорками сожаления. Ах, жаль ему… немного! После тревоги о сыне и любовнице ему немножко жаль. Жаль, что все открылось так рано. Ведь он все-таки просил подписать какие-то бумаги. Это может означать только одно – ему есть, что скрывать!