Глава 27

Неверный – Расскажи о себе, – прошу, глядя в глаза мужчины, сидящего в камере напротив меня. Чистоплюй, Игорь Рузанов, постелил себе под зад скрученный пиджак, согнав бомжа со скамьи на пол, я же просто присел на корточки у стены, наплевав на чистоту костюма. Все равно выброшу его, как только выйду отсюда. – А ты? – спрашивает настороженно. Не доверяет. Действительно, с чего бы ему доверять мне – своей полноразмерной копии. Или он – моя копия! Черт разбери! В теорию с двойниками верится слабо. Всегда есть отличия. Мы же будто зеркальное отражение друг друга, и еще я замечаю, что Игорь имеет такую же привычку поправлять волосы, когда его что-то нервирует. Жест неспешный, сразу так и не скажешь, что за ним скрывается сильное нервное напряжение. Откуда я это знаю? Делаю точь-в-точь так же. Сам. – Исаак Бессонов. Тридцать два года, день рождения седьмого ноября, – представляюсь. – Твоя очередь. – Игорь Рузанов. Тридцать два года, день рождения седьмого ноября, – говорит со знакомой ухмылкой. – Воспитанник из сиротского приюта, а ты? – Родился и вырос в довольно состоятельной семье. Единственный ребенок. Так я считал. Теперь уже не уверен. – Думаешь, что мы – близнецы? – Возможно. Это самое логичное объяснение тому, что происходит! – вздыхаю. – Надо поговорить с родителями. Они вернутся с курорта через недельки две. По телефону говорить не стану. Я поговорю с ними, глаза в глаза. Поговорю с ними. О, как я с ними поговорю! – похрустываю кулаками. – И ты тоже будешь присутствовать! – Обсудим, – кивает Игорь. – Долго ли нас здесь продержат? – интересуется он и морщится, потерев ладонью живот в области желудка. Я цепляюсь за этот жест. – Изжога? – Да. Страшная… Посадил желудок на дерьмовом кофе. Обострилась за последнее время. – И у меня изжога. Желудок – слабое место с самого детства! Игорь понимающе кивает. Замолкает. Но я не угомонюсь, пока все не выясню, мы начинаем разговаривать, узнавая друг друга. Чем дольше говорю с Игорем, тем больше убеждаюсь во мнении, что он – мой брат близнец. Наши жизни сложились по-разному, но самые основные события идут в параллель. Игорь, например, рассказывает, что он не любит плавать: в семь лет едва не утонул и целый год не говорил. А я в семь лет пострадал от собаки – напугал до полусмерти взрослый кавказец, сорвавшийся с цепи. После этого я, можно сказать, целый год тоже молчал, потому что заикался со страшной силой. Мы даже руки ломали примерно в одно и то же время. Только он – левую, после наезда колесом велосипеда на кочку во время отдыха за городом, а я – правую, после того как перевернулся на мопеде в Тае. – Дела-а-а! – качаю головой недоверчиво. – Знаешь, наши жизни так похожи. Из этого спектакля многое стало ясно. Я женат, но собираюсь разводиться. И ты женат… – забрасываю удочку. – Женат. Подбираюсь ближе, потому что сейчас мы приблизились к теме, которая интересует меня жутко. Мне хочется узнать побольше о моей Нимфе, ночной прелестнице, утренней разбойнице, дневной фурии. Как она звезданула мне по щеке, до сих пор ушибленное место ноет. По сути, я отхватил вместо Игоря! Ведь зла Лиза была на него. А я… Даже после всего открывшегося не могу перестать думать о Нимфе. Казалось бы, разговариваю, удивляюсь, но это все на поверхности. Глубинно я снова и снова переживаю и каждый миг сладкой ночи, и то, что случилось сегодня. – Как у тебя обстоят дела с женой? Я весь пылаю от мыслей о Лизе и хочу узнать о ней как можно побольше. – Тебе зачем? – интересуется Игорь, с подозрением уставившись на меня. Зачем мне это? Все просто… Хочу твою жену! Я та еще сволочь. Только что у меня появился брат-близнец, о котором я ничего до сегодняшнего дня не знал. Я убежден, что Игорь – не просто мой двойник, но брат-близнец. Может быть, мы как Гита и Зита – рашн эдишн. Но, даже несмотря на такие глобальные потрясения и глубинные родственные связи между мной и Игорем, я не отступлюсь от мысли увести его жену. Брат, сват, просто друг… Плевать, кто ты. Я все равно хочу твою жену. Сволочь? Однозначно… Но я в своих желаниях честен. – Просто будет забавно, если ты женат и тоже, как и я, собираешься разводиться, – иду на небольшую хитрость. – Что тут сказать, – вздыхает Игорь. – Я никогда не верил в чушь про связь между близнецами, но, похоже, она существует. Да, я тоже собираюсь разводиться. – Моя изменила, залетела. Сделала аборт… – усмехаюсь. – После этого у меня к ней как отрезало. А ты… У тебя причина какая? – и замираю в ожидании ответа.