Глава двадцатая. Новые открытия

После исчезновения Грина наступила неловкая тишина.

Ни я, ни Родион совершенно не знали, о чем разговаривать с неожиданно объявившимся дедом. Мы понимали, что Герасимов теперь вроде как наш родственник, очень любил ба и совсем не виноват в том, что не принимал участие в нашей жизни. И сейчас очень хочет узнать нас лучше.

Но всё равно этот колдун, представитель древнейшей фамилии и миллионер оставался для нас совершенно чужим человеком. И мы не представляли, как с ним общаться и о чём.

– Чай, кофе? – предложил Герасимов, первым нарушив тишину.

– Воды, если можно. Без газа, – попросила я, возвращаясь на диванчик.

Здесь, конечно, было прохладно и сплит-системы работали хорошо. Об удушливой жаре на улице напоминало лишь солнце, лучи которого проникали в окно. Но в горле всё равно пересохло, и страшно хотелось пить. Может, причиной тому нервное потрясение. Или тревога за исчезнувшего демона. Что ему угрожает и кто? А вдруг это из-за меня? Конечно, именно так, других вариантов не было.

– И я буду воду, – поддержал меня мелкий.

– Может быть, вы желаете перекусить чем-нибудь? – не успокаивался мужчина, продолжая сжимать шкатулку в руках. – Бутерброды? Или, возможно, что-нибудь сладкое?

– Нет, спасибо. Мы не голодны. Как вы думаете, куда Грин отправился? – поинтересовалась я, глядя, как Герасимов медленно поднялся и направился к рабочему столу.

– Инесса Павловна, организуйте нам две бутылки воды без газа, мне кофе. И бутерброды, – распорядился он, нажав кнопку селектора, после чего повернулся ко мне. – Судя по всему, его кто-то вызвал. Возможно, очередной заказ.

Я вспомнила, как Ульяна его вызывала при мне. Мешочек с травами и огонь. Да, наверное, так и было, но всё равно тревожно. Я не хотела, чтобы Грин пострадал из-за меня.

– А почему он Грин? – вдруг спросил Родион.

– Что? – Я непонимающе взглянула на брата.

– Грин – это же зелёный по-английски. Причина в зелёном цвете? Или в чём-то другом?

– Его магия зелёная, – кивнул колдун. – Это очень большая редкость среди демонов. Обычно они все огненные и красные.

Я вспомнила демоническую внешность друга и понимающе кивнула:

– И ещё у него цвет глаз меняется. С карего на зелёный.

– Вы ведь знаете, чем этот демон занимается? – продолжил Герасимов, тяжело присаживаясь в кресло.

Родька промолчал, бросив на меня любопытный взгляд.

– Знаю, – спокойно ответила я, мысленно подбираясь, готовая встать за защиту Грина. Сама не зная, почему. – Мы как раз познакомились на одном из его… заданий.

– И тебя это не смущает?

– Нет. А вы хотите меня предостеречь?

– Грин неплохой парень. Своеобразный, резкий, не любящий вмешиваться в магические распри. Но вот его деятельность…

– Какая есть, – прервала я его недовольно. Надо же, без пяти минут родственник, а уже пытается меня воспитывать и защищать. – Скажите вот что. Ритуал должен был убить ба. Забрать силы и убить. Но этого не случилось. Почему?

– Скорее всего, из-за беременности, – ответил Герасимов. – Вместо того чтобы взять её жизнь, ритуал забрал силу вашего отца.

– Так отец полностью лишен сил? – поинтересовался Родион. – Подчистую?

– Совершенно верно. И вернуть её не выйдет. По крайней мере, Марианна пыталась. Она пишет, что водила его к северным шаманам, общалась с духами тайги. Но ничего не вышло.

В этот момент дверь открылась и уже знакомая секретарша внесла поднос. Молча поставила перед нами и тут же удалилась.

Я тут же схватилась за бутылку с водой. Дорогая, я такую только в фильмах видела. И сделала пару глотков. Прохладная, вкусная, без неприятных оттенков. Но за что такая сумма за бутылочку, не понимала.

– Вы двое, – продолжил дед, не спеша притрагиваться к кофе. – Вы двое — это настоящее чудо. Сила не должна была проснуться в вас. После того ритуала и Марианна, и ваш отец были искалечены магически. Такое не даёт сильного потомства.

Надо же, как он сказал. Потомства.

– И что из этого следует? – настороженно поинтересовался Родион, теребя браслет.

– Как зовут вашу мать?

Вот такого поворота я точно не ожидала.

– А в чём дело? Мама обычный человек и не имеет к магии никакого отношения, – произнесла я.

– Это она вам сказала? – вдруг улыбнулся колдун.

– Нет, но…

– Браслет и кулон – всё это, несомненно, скрывает ваши силы и способности, блокирует и не дает отыскать вас. На тебе, кстати, еще демоническая защита высшего порядка, – добавил колдун, взглянув на меня.

– Ого, – протянул Родька и внимательно осмотрел, словно мог что-то увидеть.

– Защита? Откуда?

Глупый вопрос. Конечно, от Грина. Но когда и как?

– Обычно такое получаешь, заключив соглашение с демоном. Они крайне неохотно идут на это, так что тебе повезло.

– Угу, – пробормотала растерянно.

Надо же, а я и не знала, что Грин дал мне защиту. Да, он обещал, что защитит, но я искренне считала, что это просто слова.

– Но кроме этого на вас есть еще родительский оберег.

– Родительский? – переспросил Родион. – Это тоже ба сделала?

– Нет. Современные маги не придают такого большого значения данному оберегу. А зря. Это древняя магия. Сил от заклинателя не требует. Надо просто безумно любить своего ребёнка и направить все силы на его защиту. И в случае опасности это сработает. Не спасёт, но даст отсрочку. А иногда этого достаточно, чтобы выжить.

– Но если не бабушка, то кто это мог сделать? – спросила я, ставя полупустую бутылку на столик.

– Ваша мать, например.

– Ну, нет!

– Это невозможно! – воскликнули мы с братом одновременно и натянуто рассмеялись.

– Понимаю, в это сложно поверить, но, скорее всего, так и есть. Ваша мать не ведьма, иначе её отголосок я бы почувствовал. Скорее, магическое существо. Младшая, забытая всеми ветвь.

– Невозможно, – повторила я, не зная, кого хочу больше убедить – его или себя. – Грин бы почувствовал.

– А с чего ты взяла, что не почувствовал? И ваша мать тоже должна была его ощутить и изменить поведение.

Я вспомнила тревожность и страх мамы. А ведь уже тогда отметила её неожиданную настороженность. А вдруг Герасимов прав?

– У меня несколько вариантов, – продолжил колдун, словно не замечая напряжения. – Но я больше всего склоняюсь к муэри.

– Что? – подавшись вперёд, спросил брат, а я пожала плечами.

Впервые слышала такое название.

– Муэри – это разновидность домашних эльфов. Высшая ступень.

– Вы хотите сказать, что наша мама – домашний эльф? – скептически уточнила я, вспомнив фильмы о Гарри Поттере.

Нет, наша любимая мамочка точно не такая. Где она и где Добби?!

– Я же сказал, что кровь была очень сильно разбавлена людской. Но да, я считаю, что ваша мать относится у муэри. Именно эти создания могут служить катализатором для магии и увеличивать силу детей. Если, конечно, всем сердцем полюбят своего избранника и тот ответит тем же.

В последнем пункте я нисколько не сомневалась. Родители действительно сильно любили друг друга.

– Надо же, как интересно, – пробормотал Родион. – Бабка ведьма, дед колдун, мать муэри, сестра тоже стала ведьмой. Один отец нормальный. А я?

– Тоже колдун, хотя твоя сила и запечатана, – заметил Герасимов. – А еще мой наследник.

– А вы так больше и не женились? – поинтересовалась я.

– Нет, не смог. У меня была невеста. Как раз та, что выбрала мать, на которой она так настаивала. Мы даже назначили дату свадьбы. Но я не смог. Закрывал глаза и видел Марианну. Я посчитал, что это нечестно, и расторг помолвку. Скандал был страшным. Мать устроила истерику, отец грозился лишить состояния.

– А невеста? – полюбопытствовал Родион.

– Через полгода вышла замуж за моего друга. В данный момент наследником является кузен. Он крайне не обрадуется появлению у меня внуков. Но мы справимся.

– Вы не подумайте, – поспешила вмешаться я. – Нам не нужны ваши деньги. Мы просто…

– Знаю, – прервал меня Герасимов. – Поверьте, ложь я бы почувствовал.

В моём кармане завибрировал телефон, заставив меня неловко подскочить, едва не свалив поднос.

– Это Грин? – полюбопытствовал мелкий.

– Нет, мама. Волнуется, – сбрасывая вызов, ответила я.

– Не стоит волновать машу матушку, – заметил Герасимов и добавил: – Вы даёте своё согласие на посещение вашего дома?

– Чего? – не понял Родька, но я, в отличие от него, знала, что означают эти слова.

– Даю.

И, вскочив, схватила брата за руку.

– А что мы делаем? – удивился мелкий.

– Глаза закрой, – посоветовала я.

Герасимов уже взял меня за руку, и нас засосало в серый вихрь.

Привычное головокружение от переноса. Вода, подскочившая к самому горлу. Её с трудом, но удалось удержать. Надо сказать, с каждым разом я стала всё больше привыкать к этой гадости.

Родион тоже держался неплохо. Даже на ногах устоять смог. Помнится, я в свой перенос готова была целовать землю и плакать от счастья. Ну а то, что братец побледнел, не так страшно. Не стошнило же. И сознание не потерял.

– Господи, – промямлил он, обливаясь холодным потом и продвигаясь в сторону кресла, в которое упал, откидываясь на спинку. – Что за гадость?

– Перенос, – пояснила я. – Ничего, сейчас пройдёт. Дыши глубже и старайся не думать о еде.

– Карина!

Судя по его воплю, именно о ней он сейчас и подумал. Благодаря моей помощи.

– Карина права, сейчас всё пройдёт. В первый раз всегда сложно, – поддержал меня Герасимов, внимательно осматриваясь и останавливая взгляд на старом снимке, который тут же стал плыть и принимать истинный облик.

Руны сокрытия спали за считаные секунды, и именно в этот момент в гостиную вбежала мама.

Интересно, и как мы объясним это отцу?

– Господи, сыночек. Родион! – запричитала она, падая перед братом на колени и осторожно касаясь его побледневшего лица. – Что с тобой? Что он сделал с тобой?!

Кажется, мама сейчас имела в виду одного вредного, кареглазого демона.

– Ничего страшного. Перенос для каждого из нас очень неприятен. Но со временем удастся привыкнуть, – сообщил колдун, оборачиваясь, изучил маму и снова отвернулся к своему старому снимку. – Я оказался прав – муэри.

Мама дёрнулась и взглянула на гостя.

– Я не муэри!

– Младшая ветвь. Силы почти не осталось, – невозмутимо продолжил тот, проигнорировав её крик.

– Нет у меня былой жизни, – вставая и выпрямляясь, звонко произнесла она. – И семьи иной нет. Муж и дети — вот моя отрада!

– Похвально. – Колдун всё-таки развернулся. – Герасимов Роман Андреевич.

Мама перевела взгляд на снимок и снова на него, кивнула, представляясь:

– Смирнова Алла Борисовна. Значит, это вы.

– Я, – не стал отрицать тот, даже не уточняя.

– Андрей ничего не знает. И не поверит.

– Я могу быть очень убедительным.

– Не ломайте его.

– Мам, – вмешалась я. – Всё хорошо. Это…

– Маг, я знаю, – перебила она меня. – И что с тобой происходит, тоже знаю. Нет у меня дара, и кровь разбавлена так, что ничего не осталось от муэри. Но я вижу, как магия затягивает тебя в свои сети, дочка. Вижу и не могу предотвратить. И еще тёмного этого привела. Не принесёт он тебе счастья.

– Тёмный? – переспросила я.

– Елизаров.

– Ты знала, что бабушка ведьма? – спросил Родион, уже почти придя в себя.

Даже щеки порозовели.

– Знала. И тайну хранила. Так надеялась, что вас минует эта участь. Да, видно, не судьба.

– Почему ты нам не говорила? – спросила я тихо.

– А что бы это дало? Марго убила бы вас, стоило дару проявиться. Она страшная женщина. Алчная. Ни перед чем не остановится.

– Марго мертва, – заметил Герасимов, но маму это не переубедило.

– Но её союзники остались. И её убийца тоже.

– Алла Борисовна, успокойтесь, пожалуйста. Я клянусь, что не позволю причинить вред вашим детям. Они мои внуки.

– Её вы тоже обещали защищать, но не смогли, – неожиданно резко возразила мама. И откуда только столько силы и смелости. – И деньги нам ваши не нужны.

Герасимов дрогнул, но выстоял.

– Да, я не уберёг Марианну... но тогда я был молод, горяч и самонадеян. Больше я такой ошибки не совершу.

– Думаете, я буду проверять? Рисковать своими детьми, чтобы проверить ваши слова?

– Я не откажусь от них. И от своего сына тоже!

Кажется, градус разговора начал повышаться. Не знаю, как мама могла смотреть в глаза магу. Как ей хватило сил, потому что обстановка сгущалась. В комнате даже потемнело. И это несмотря на то, что на улице было еще довольно светло.

Что я испытала в этот момент? Наверное, гордость.

За маму, за то, что она – такая хрупкая, нежная, маленькая – бросилась на защиту своей семьи. Бросилась против могучего колдуна. И отказалась отступать, готовая идти до конца.

Мы с братом одновременно кинулись к ней, пряча за спинами. Сердце у неё в последнее время шалило, и мы боялись нового приступа.

– Не стоит, – твёрдо произнёс брат, сдерживая маму, которая вновь рвалась на защиту.

– Господин Герасимов, понимаю ваше состояние, но и вы поймите наше, – дипломатично произнесла я. – Мы не можем так сразу перекроить свою жизнь вам под стать.

Мужчина отступил, словно наткнулся на невидимую стену.

– Хорошо. Я согласен подождать. Но недолго. Завтра я снова приду в ваш дом, – предупредил он и растворился в воздухе.

Ну а дальше…

Дальше мы, как могли, успокоили маму. Не стоило отцу видеть её в таком состоянии. Он, придя с работы, конечно же, понял, что что-то не так, но решил, что это из-за моего «парня». А мы не стали его переубеждать в этом.

Ночевать я осталась дома.

После ужина, проведав маму, пошла в свою комнату и попыталась связаться с Грином. Это было сложно. Номера его телефона у меня не было. Я как-то не подумала его взять.

Дура. Почему я никогда не думаю наперёд?

Оставался номер Ульянки. Может, сирена что-то знает. Но дозвониться до девушки мне не удалось, равнодушный голос автоответчика сообщил, что абонент не может сейчас подойти.

Можно было попробовать с помощью магии. Но я не рискнула. Мало ли что можно призвать по неопытности.

Промаявшись весь вечер, я уснула около полуночи. Проснулась же оттого, что в комнате кто-то был.

– Кто здесь? – прошептала я, садясь в постели и включая ночник.

Темнота в углу зашевелилась, прошелестев моё имя.