Глава 19. Смерть и любовь

- Аделаида, - спокойный ровный голос окликнул меня. – Аделаида, прекрати, пожалуйста, валяться на полу.

Вздрогнув всем телом, я встрепенулась и подняла голову. Я потеряла сознание прямо здесь, на чердаке, рядом с мер.. бесчувственным Михаилом.

- Кто здесь? – оглядываясь, спросила я.

- Лоретта Темпль, - ответил голос. – Ну и остальные, конечно. Но они тебе не ответят, они пока еще не пришли в себя.

- И что тебе надо? – даже не удивилась я тому, что родственники, оказывается, все эти годы имели возможность разговаривать со мной напрямую, без дурацких ребусов и намеков.

- Отойди от этого ангела немедленно, - скомандовала Лоретта.

- Ни за что! Иди-ка ты, знаешь куда, Лоретта? – огрызнулась я. Это все из-за меня.

- Я бы на твоем месте все же отодвинулась, - терпеливо сказала родственница.

Открыв было рот для очередного протеста, я так и застыла. Тело ангела вдруг засияло ярким белым светом и взмыло вверх, опрокинув меня на спину.

Отчаянно пытаясь не жмуриться, я сквозь слезы смотрела, как спускается столб света с потолка, а огрызки крыльев обрастают белоснежными перьями. Еще несколько мгновений и Михаил плавно опустился на пол, помахивая крыльями.

- Михаил! – напрыгнула я на него и крепко сжала в объятиях. Губы сами нашли его рот, и с безрассудством спасенного утопающего, я его поцеловала.

Застыв на долю безумно длинной секунды, он пылко поцеловал меня в ответ. Исследуя языком его рот и шаря руками по совершенно целому и невредимому телу – Отдел Молитв будет в ужасе, но спасибо всем-всем-всем существующим богам – я ощущала себя такой живой, какой никогда прежде не была.

- Ты жив, - лепетала я, когда ангел принялся с энтузиазмом спускаться поцелуями по моей шее.

- Жив и здоров, - оторвавшись ненадолго, ответил он.

- Но как? – млея в его объятиях, спросила я. Не то чтобы очень хотелось знать, но я все боялась, что это какая-то ошибка и ангела заберут обратно.

Михаил отстранился и, обхватив мое лицо ладонями, внимательно заглянул мне в глаза.

- Ну что же, видимо, любовь к отдельному представителю человеческого вида тоже годится для возвращения божественной благодати, - серьезно сказал он. – Думаю, я мог бы вернуть ее раньше, если бы признался себе в чувствах к тебе.

- Но ты упрямый баран, - страдальчески вздохнула я, с нежностью подумав о том, что, кажется, с этим бараном я готова остаться навсегда.

- Была бы очень благодарна, если бы вы уважили старую деву и перенесли все эти сопливые признания на первый этаж. Здесь слишком темно, мне не видно ваших лиц, - проворчала Лоретта.

- Они теперь еще и говорят! – пожаловалась я ангелу, кладя голову ему на грудь. Частый и сильный стук его сердца успокаивал и одновременно будоражил. Михаил жив, здоров и так же взволнован нашей близостью, как я.

- Мы бы начали говорить раньше, если бы кое-кто додумался добавить в то зелье искру магии, - ответил мужской голос. – Неужели это такая сложная задача? Котел сначала сто лет пролежал в подвале, а потом еще кучу времени на чердаке и все считали его неудачным экспериментом. Да что вы понимаете в магии.

- Что мы понимаем? Уж явно побольше твоего! В конце концов, именно я изобрела те маскировочные чары! Лучше изобретение века! – фыркнул кто-то третий.

- И много толку от твоих изобретений, если нас всех перещеголяла внучка, у которой и магии-то нет! – ехидно заметил четвертый.

- Так, господа родственники, вы тут продолжайте, а мы с Аделаидой, пожалуй, удалимся. Нам нужно многое закончить.

С этими словами Михаил мягко поцеловал меня в висок, и мы исчезли, оставив мою семью пререкаться и обсуждать ошибки прошлого.

Несколько дней спустя

- Они, конечно, интересные особи, но ты одной из них не станешь, - твердо заявил Михаил.

Я села, позволив одеялу сползти чуть ниже.

- Ты уверен?

Остановившись взглядом на моей груди, он замер, затем решительно поднял взор и посмотрел мне в глаза.

- В том, что я люблю тебя? Вполне. В том, что твоя семья обойдется без души Аделаиды Темпль, вплетенной в дом Темплей? Более чем. В том, что я нуждаюсь в опытном секретаре? Еще как. В том, что ты пытаешься отвлечь меня? Безусловно.

- Разве я пытаюсь отвлечь? – мягко промурлыкала я, потягиваясь. – Всего лишь веду светскую беседу с горячо любимым начальством.

- Ранним утром в моей постели? – поднял светлую бровь ангел. – Мне нравятся такие беседы.

Лукаво улыбнувшись, я окончательно избавилась от одеяла, и уже собралась было вскарабкаться ангелу на колени, как вдруг…

- Будильник, - простонала я. – Какой же отвратительный звук.

- Можешь немного опоздать. Твой начальник не будет против.

- Немного? – надула губы я.

- Или много, - озорно улыбнулся он и поцеловал меня.