Глава 13. Наташа
Как классно просыпаться под тонким покрывалом, которое сдерживает тепло человеческих тел, но не греет. Ты ощущаешь прохладу прекрасного утра, слышишь шум моря — волны, что набегают на берег. Слышишь, но не хочешь вставать, потому что все это лишь дополняет самое главное, самое лучшее в это утро — крепкие надежные объятия.
Твоя половинка ворочается, поворачивается набок и бессовестно закидывает на тебя ногу, подгребая ближе к себе. Губы легко, коротко касаются плеча, шеи, скулы. Находят твои губы, и ты отвечаешь на поцелуй — смазанно, нелепо, но искренне. Ощущаешь тяжесть чужого тела — она невыносимо приятна, будто так и должно быть, словно так было всегда.
Поцелуй углубляется. Становится другим — жаждущим, диким, страстным. Нежность постепенно сменяется бурей, а чужие руки изучают твое податливое тело. Пальцы забираются под футболку, сжимают грудь, вырывая стон…4f7b7c
— Да чтоб тебя принтер покусал! — возмущенно вскрикиваю я, сталкивая с себя бессовестную морду с затуманенным взглядом. — Ты что себе позволяешь?
В первые мгновения Сергей смотрел на меня, ничего не понимая. Будто еще не проснулся, и до него никак не доходило, чего это я сопротивляюсь. Еще и ногу отдавил, гад. А ведь она у меня и так больная.
— И какого черта ты спишь здесь? Мы же договорились, что тебе достались кресла! — все сильнее заводилась я.
— Там неудобно, — обиженно пробурчал мужчина.
— Значит, нужно было лечь на пол!
— Тсс! — бесцеремонно зажал он мне рот рукой, прислушиваясь к чему-то.
В дверь постучали. Легонечко так.
Сергей быстро подгреб меня обратно к себе, накидывая на нас покрывало. Мой стон был нещадно подавлен его рукой, а уже в следующую секунду он как ни в чем не бывало сонным голосом произнес:
— Войдите.
— Доброе утро, детки. А я вам завтрак принесла, — мило улыбаясь, объявила бабуля.
Сергей мигом поднялся с постели, а я прикрыла веки. Терпение, Наташа, терпение. Ну подумаешь, в боксерах человек спит. Ладно, хоть от бабушки подушкой прикрывается, забирая поднос, но мне-то сбоку видно, что у него там стоит. Так, ну-ка, не смотри туда! Вот вообще не смотри!
— Ой, ладно тебе. Чего я там не видела? — махнула на него рукой бабуля и обратилась ко мне. — Помнится, года четыре ему тогда было. Прибегает ко мне в гостиную, а я с подругой как раз сижу. Голожопый, без трусов. Улыбается и кричит: баба, смотри, как я умею. И пипкой своей из стороны в сторону трясет…
— Ба! — возмутился вмиг покрасневший начальник.
А я не могу. Вот прямо-таки из последних сил держусь, чтобы громко не заржать. Слезы наворачиваются на глаза, в горле свербит, широкая улыбка наплывает на губы.
— А что «ба»? Чего там Наташенька не видела? Сейчас-то уже, понятно дело, не пипка…
— Ба!
— Все, ухожу-ухожу. Завтракайте давайте, приводите себя в порядок, и мы к вам с Олечкой и Маргаритой через часок придем. Столько всего нужно успеть.
Улыбка моя тут же угасла. Бабуля ушла, а Сергей присел рядом на постель, подкатывая к нам кофейный столик, на котором разместился поднос.
— Мы реально поженимся, да? — спросила я как-то обреченно.
— Тебе тоже не верится? — ответил он вопросом на вопрос.
— Не верится. Но ты это, все же пипку штанами прикрой. Не хочу так близко знакомиться с твоим внутренним миром до свадьбы, — уже в открытую смеялась я, истерично ухохатываясь в подушку.
— То есть после свадьбы все-таки можно? — мягко улыбаясь, на полном серьезе спросил начальник. За что и получил по наглой моське подушкой. Целых два раза.
Больше не успела, потому что меня ловко скрутили и прижали к постели, нависая надо мной, словно скала. В том смысле, что солнце собой закрывал полностью.
— Что бы ты ни собирался сделать, знай: возмездие будет скорым! — сразу предупредила я, понимая, что вот вообще не вырваться.
— Сделаю это исключительно из любопытства. Травить травила, избивать избивала, по самолюбию моему уже несколько раз топталась. Даже сюда специально проникла обманом, сделав абсолютно все, чтобы другой кандидатуры у меня не было, — шептал он вкрадчиво, а я понимала, что каким-то образом он все узнал. Черт, Карл, мы пропали! Мы пропали, Карл! — И знаешь, а я этому рад.
Одним стремительным движением мужчина сократил между нами расстояние, а его губы накрыли мои. Властно, дико, необузданно. Он требовал ответа, но я замерла, впитывая ласку. Пока не понимала, наказывают меня так изощренно или все-таки хвалят. Хотелось, чтобы второе.
— Мы ничего не успеем, — выдохнула я, когда поцелуй перешел все рамки, став более личным, интимным, эмоциональным. Не хотела видеть в нем настоящее, чтобы не обманывать себя. Сергей точно не тот человек, который мне нужен.
— Ты права. Нас ждет доктор и подготовка к свадьбе…
Стон, полный отчаяния, вырвался непроизвольно.