Глава 19. Наташа

Девушка искала поддержки у родственниц, но те молчали, глядя на нее осуждающе. Я же была спокойна и уверена в себе, как, собственно, и бабуля, которая, недолго думая, подошла к нам и выдала такое…

— Наташенька, Екатерина мне еще нужна сегодня. Будь добра, моя хорошая, потерпи ее еще часа два. Обещаю, она к тебе даже не подойдет. А ты… Если еще хоть раз откроешь свой грязный рот, о вчерашнем инциденте узнает твой отец. Хочешь лишиться содержания?

Лишиться содержания девушка явно не хотела, а потому молчаливо поджала губы и отошла от меня в сторону. Любопытство грызло, когда я провожала ее торжествующим взглядом, но спрашивать о том, что вчера произошло, не стала. Пусть у нас и непонятные, ненормальные отношения, но измену не простила бы. А так… Самое главное, что Сергей был со мной, а все остальное неважно.

— Так, а теперь быстро все вниз и по машинам — время поджимает. Наташа, ты со мной, — скомандовала бабуля, беря меня под локоток.

Мои юбки поместились только в грузовой лифт, на котором мы, собственно, и спустились вниз. Будущая свекровь помогала мне поддерживать подол, а я старалась не потерять маску, хоть и не знала, зачем она мне нужна. В крохотный белый мешочек она не помещалась. Там уже лежал какой-то белоснежный платок и мой телефон, который повизгивал, оповещая о том, что скоро вконец разрядится. Печально, потому что группу спасения в случае чего у меня вызвать не получится, а ведь она с такой бабушкой ой как может понадобиться.

— А мы сейчас куда? — приглушенно спрашивала я, втискиваясь на задние сиденья авто.

Только бы балетки не потерять. Никак не могла нарадоваться тому, что меня и мою многострадальную ногу пожалели и вместо туфель отыскали для меня белые балетки, расшитые паутинкой и камешками. За это я даже полюбила бабулю. Ну, совсем чуть-чуть.

— Как это куда? — закрыла за мной дверцу эта вредная женщина. — На выкуп!

— На какой такой выкуп? — медленно проговорила я, понимая, что звездец подкрался незаметно.

— На самый настоящий, — оборачиваясь, улыбнулась мне свекровь, пристегивая ремень безопасности. — Ты что же думала? Мы тебя Сереженьке просто так отдадим?

— Если честно, очень на это рассчитывала, — ляпнула я, думая над тем, что сбежать — это не такая уж и плохая идея.

— Нет, дорога невестка. Все только начинается.

Видели когда-нибудь маленького ребенка, который неожиданно описался? Помните его огромные глаза, полные недоумения, в которых легко читается: «А кто это сделал?» Вот примерно так и выглядело мое отражение в зеркале заднего вида весь путь до прекрасных замковых развалин.

Машины остановились на въезде, а я оценила размах свадьбы. Полуразрушенное здание из серых камней было украшено белыми цветочными гирляндами. На пустом месте внутри конструкции развернули огромный шатер, в котором кроме входа еще и окна были, выходившие прямиком на море. Там внутри сновали официанты и обслуга. Наверное, сервировали столы, которые отсюда просматривались. Черт, да там даже сцена была с музыкальным оборудованием.

И ладно бы, если бы этим и ограничились. Но я видела перед входом в замок высокую цветочную арку, которая была закреплена на подиуме. Ближе к нам стояли рядами стулья, украшенные розовыми и голубыми тканями. Красная дорожка тянулась между рядов, проходила по низкой лестнице и заканчивалась лишь на подиуме. Господи, это точно моя свадьба? Ведь я ее себе совсем не так представляла!

Кроме того, у высокой башни этажей так в пять, сбились в кучку дамы в белоснежных нарядах. Их волосы были прикрыты пышной фатой, как и у меня, а лица закрывали маски. Они чего-то или кого-то ждали, пока я тихо сползала под сиденья в желании спрятаться так, чтобы меня не нашли.

— Мама… — прошептала я, готовая разреветься.

— Да, моя хорошая? — обернулась ко мне свекровь, отстегивая ремень безопасности. — Волнуешься? Это правильно. Я на своей свадьбе тоже волновалась.

Вытащив меня из машины, свекровь и бабуля ловко и четко отдавали распоряжения. Они беседовали с Маргаритой, а я пыталась в этом ужасе отыскать взглядом Сергея. Очень надеялась, что он меня не бросит одну на растерзание этим хищницам.

— Так, а видеооператоры уже здесь? — строго глянула на женщину бабуля.

— И видеооператоры, и фотографы. Все здесь, поэтому можем начинать. Несколько поднимутся с вами наверх, а остальные останутся здесь со мной ждать жениха, — отрапортовала женщина.

— Отлично.

К башне я подходила полностью никакая. Тело била крупная дрожь, но родственницы упрямо тащили меня, подбадривая изо всех сил. Пытались шутить, поили валерьянкой, но от мыслей о том, что сейчас начнется полнейший балаган, я пребывала на грани обморока. Это же сколько денег они убили на все это? Господи, если бабуля узнает, что наш брак фикция, я до конца своей жизни буду расплачиваться.

— Едут! — крикнул кто-то позади нас и меня тут же взяли под руки и понесли наверх по спиралевидной лестнице.

Дамы в белых нарядах подталкивали меня в спину, перешептывались и веселились. Не понимала ни слова из того, что они говорили, но мне хватало и свекрови с бабулей, которые были в предвкушении грандиозного выкупа.

— Ой, что сейчас начнется! — светилось это исчадие ада.

— Сереженьке понравится! — вторила ей свекровь.

«Господи, лишь бы башня не рухнула во время выкупа!» — молилась я, считая трещины в стенах и ступенях.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Когда мы вышли на широкую круглую крышу, я сразу заметила семь стульев, украшенных красной тканью и маленькими белыми розами. Хотела было направиться туда, но увидела среди дам в белом Екатерину, которая закрепляла маску. Соблазн был так велик — она стояла у самого края, опираясь о низкую балюстраду, — но скинуть ее я не решилась. Бабуля меня потом прибьет за испорченный праздник.

Смотрела вниз, как и все псевдо-невесты. Там у входа в башню выстроились актеры в костюмах рыцарей. Они стояли, опираясь руками о мечи, а к ним уже подходила мужская половина этого ненормального семейства в сопровождении остальной женской.

Я видела его. Сразу нашла средь толпы, потому что выделялся мой жених именно костюмом. Весь страх сразу как рукой сняло, а наружу вырывался искренний смех. Я видела длинный голубой жилет, натянутый поверх белой рубашки, камзол того же цвета и короткие штаны длиной чуть ниже колена. Белые чулки и черные туфли, но больше всего меня поразила темная треугольная шляпа, которую он снял, чтобы сделать игривый поклон, вытягивая одну ногу вперед. Все это было обшито золотом, а я не могла понять, как он на это согласился.

— Дамы, надевайте жакеты! — скомандовала бабуля, вытаскивая из какого-то мешка одинаковые голубые курточки с баской. Они тоже были расшиты золотом.

Нас уже снимали на камеру, как внизу, так и наверху, но теперь я перестала обращать внимание на эту мелочь. Сейчас для меня было важно то, что происходило с Сергеем.

— Что ему говорят? — спросила я у свекрови, кивая вниз.

— Узнаешь. Только не забудь в нужный момент скинуть вниз платок, который я положила тебе в мешочек, — интригующе ответила женщина. — Так, девочки, отходим от края.

Мы сделали два шага назад, но любопытство подбивало вернуться. Вцепившись в мою руку, бабуля шкодливо улыбалась. Все ждали чего-то и наконец дождались:

— Наташа! Наташа, я люблю тебя! — кричал Сергей, а во мне что-то замерло, чтобы уже через секунду дернуться, желая вырваться на свободу. Сердце стучало часто-часто, заглушая все, кроме его голоса. — Наташа, я знаю, что я неидеальный! Знаю, что иногда тебе хочется меня придушить! Но я люблю тебя давно и безнадежно! Люблю так сильно, как никого никогда не любил! Ты самое светлое, что есть в моей жизни, и я безумно рад тому, что мы сейчас здесь! Я обещаю, рядом со мной ты будешь самой счастливой женщиной, и я сделаю для этого все возможное и невозможное! Я люблю тебя!

Слезы застыли в моих глазах. Свекровь кивком указывала на край крыши, что-то говорила про платок, но я вообще ничего не соображала.

— Если ты тоже любишь его, ты должна сбросить вниз платок, — переключив мое внимание на себя, объясняла мне бабуля.

Она сама достала вещицу из моего мешочка, видя, насколько я растеряна. Вручила мне платок и подвела к краю, придерживая за руку. Я смотрела на белоснежную ткань, а предательские слезы стекали по щекам. Так хотелось бы, чтобы все это было настоящим. Нерешительно протянув руку, прикрыла веки, чтобы уже через секунду следить за тем, как платок, подхватываемый ветром, несется вниз, но я сделала это не из-за договора. Нет.

Я отпустила его, потому что любила.