Глава 88

Я улыбнулась. Выходит, всё правильно Камила поняла — кто-то очень ждал кулинарного подарка. Инчиро принюхался и зыркнул в сторону коридора. На кухне он, похоже, ещё не был.

— Арина? У нас нечто вкусное, а то в ресторан я ещё не заходил?

Я продолжала рассматривать картину. Она определенно мне очень нравилась.

— Может её куда-нибудь повесить? — протянула задумчиво. — В коридор, например...

— Чтобы все пялились на мою жену?! — о голоде кто-то мгновенно забыл. — Ни за что! Она останется здесь!

— Не-а, — покачав головой, цокнула. — Можно в спальню. И от посторонних глаз подальше, и мне на радость. Я никогда себе даже на фотографиях не нравилась. Ни одной рамке в квартире. А тут такое... Всё же ты меня слегка приукрасил...

— Приуменьшил, — пробормотал он и потянулся, чтобы забрать у меня полотно. — Про спальню подумаю. Но не дальше той комнаты.

— Вредный демон, — фыркнув, отдала ему картину и пошла дальше изучать содержимое его студии. — А меня здесь больше нет?

Инчиро тяжело вздохнул, приставил мой портрет к стеночке и тоскливо покосился в сторону кухни.

— А на ужин что? Арина?

— Картошка, — ответила, не задумываясь. — А что ещё есть завершенное? Почему ты так много картин бросаешь недописанными? Инчиро!

— Да кому они интересны? — он растерянно развел руками.

— Мне! Тебе! Разве это мало?

Убрав очередную раму, я снова натолкнулась на свое изображение. Смешной набросок, где я сижу в кресле вразвалочку и с важным, даже каким-то диктаторским видом, перебираю документы. Строгая белая блузка, черная юбка. Нога на ногу и мои любимые красные туфли. Такая вся из себя мадам! Куда бы деваться!

— Это шедевр! — Мой веселый смех прокатился по комнате. — Ты должен её дописать. Вот здесь я себя точно узнаю! И в приемную её, чтобы все сразу видели, какая я властная и важная. Вот!

— Ну не знаю, — Инчиро приподнял бровь. — Ты мне здесь кажешься невероятно красивой и недоступной.

Он подошел ко мне и мельком глянул на изображение.

— Это почему, — я задумчиво ещё раз всмотрелась в набросок.

— А потому что в эти моменты я стоял в дверном проеме своего кабинета и не сводил с тебя взгляда. Всё ждал, когда же обратишь внимание. А тебе было всё равно — существую я или нет. Моя жестокая Арина. Я её стою, влюбленным взглядом рассматриваю, а она в бумажках роется. Уголки его губ дрогнули и приподнялись.

— Хм... Если ты её не завершишь — я смертельно обижусь, — встала в позу. — И вообще, такой талант нужно развивать…

— Арина, он не прокормит...

— Надо будет, сама тебя кормить буду, а ты рисуй, — заявила и, развернувшись, потащила эту картину к той первой.

Кажется, если здесь хорошо порыться — можно и на целую галерею накопать. На выставку!

— Нет. Всё же добывать золото буду я, а вот кормить картошкой, которая так пахнет, позволю тебе. Где мой ужин, женщина? Я голоден!

— На кухне, — пожав плечами, указала на дверь.

— Ясно, — Инчиро внезапно присел, обхватил меня за бедра, и я оказалась перекинутой через его плечо.

— Ты что делаешь? — испуганно взвизгнув, вцепилась в ткань его рубашки на спине. — Поставь на место!

— Обязательно, — меня с любовью погладили по заду. — Но не здесь, а на кухне. Мужчина хочет твоей стряпни, женщина!

— Ладно, неси, — смилостивилась я, за что получила шлепок. — Ай! Засмеявшись, Инчиро, наконец, покинул свою мастерскую.

***

Оказывается, это так приятно, когда кто-то с большим аппетитом ест то, что ты приготовила. Казалось бы, жареная картошка с яйцами, а столько удовольствия на лице моего демона.

Съев свою порцию, он покосился на разделочный стол.

— Добавки? — уточнила, хотя и так было понятно — не наелся.

— А есть? — его глаза натурально загорелись красным огоньком.

Вместо ответа, я поднялась и выложила на его тарелку всё, что ещё оставалось, включая салат.

Вернулась и поставила перед ним.

На кухне снова повисла тишина. Легкая и расслабляющая. Я смотрела, как Инчиро стремительно уничтожает картофель, и улыбалась. Наверное, нужно было что-то спросить. Завести беседу. Дома у матери никогда не молчали во время ужина. Всё какие-то сплетни мусолили, сестру хвалили, меня чихвостили.

Я вдруг поймала себя на мысли, что никогда не любила сидеть за одним столом с кем-то. Всё время убегала со своей тарелкой в комнату, делая вид, что там очень важные дела. А сейчас приятно и нет даже мысли уединиться.

— Ты странно смотришь, — Инчиро оторвался от еды и приподнял бровь.

— Наслаждаюсь моментом. Никто раньше с таким удовольствием не поглощал мою стряпню. Мать вообще говорила, что у меня руки кривые. То недосол, то пересол, то поперчить забыла. Что бы ни делала — всё не то и не так.

— Очень вкусно, — Инчиро проткнул вилкой помидор и отправил в рот. Прожевал. — Ноги моей в ресторане больше не будет. Ничего лучше в жизни не ел.

Я усмехнулась. Мало же ему для счастья нужно.

Мой демон продолжал рассматривать меня, будто хотел что-то спросить или сказать.

— Что? — не выдержала я.

— В трактире ночью, когда ты металась в бреду, я слышал обрывки фраз. Разговор с матерью. Ты ругалась с ней. Обвиняла в том, что не нашла своего счастья.

Поджав губы, уже и пожалела, что рот открыла.

— И много я там чего бормотала?

— Достаточно, чтобы обнять тебя и крепко прижать к себе. А ещё постоянно повторять, что я тебя люблю и ты нужна мне.

Я окончательно растерялась.

— Ты ведь не хочешь возвращаться в свой мир, правда? Знаю, это эгоизм, но я боялся, что тоска по семье возьмет вверх и ты уйдешь. Сначала погостить, потом на год, а после не вернешься. Наши миры разные и...

— Я не исчезну, Инчиро. А семья... Что бы ни было, а я люблю их, но нет. Даже на день. Да что там... И в гости не поеду. Разве что разок в квартиру забрать личные вещи. И то можно с тобой.

Он кивнул. Черты его лица смягчились. Кажется, мой демон серьезно опасался, что его покинут.