Эпилог

— Это увлекательный был аттракцион… — подпевала я радио, гарцуя по комнате в свадебном платье.

Этим утром собиралась дома у Катьки. Собственно, здесь же и ночевала, потому что своей отдельной квартиры у меня теперь не было, но я нисколько об этом не жалела. Мы жили в Сашином доме, который с недавних пор стал и моим тоже. Да только ночевать жениху и невесте под одной крышей перед свадьбой было не принято, так что я вчера смылась к Катьке на девичник.

Вместе с ее мамой и сестрой мы до полуночи горланили песни, вспоминали наше детство, пересматривали общие фотографии и объедались вкусной едой из ресторана. А потом нас разогнал спать Катькин папа, а сама Катька осталась доделывать конкурсы для моего выкупа.

Не того, где невесту воруют. А того, где ее нужно спасти из лап огнедышащего дракона с загадками, неудобными вопросами и тазом для денег.

— Какая ты красавица выросла. Мама бы тобой очень гордилась, — утирала слезы Катина мама, которая и помогала мне собираться.

Прическу и макияж мне делала вызванный из салона стилист, а вот с платьем помогала уже она. Сама бы я с этим пыточным устройством никогда не справилась. Тем более в условиях токсикоза. Тошнота становилась буквально невыносимой, если я вовремя что-нибудь не закидывала себе в рот. Такими темпами я грозилась растолстеть до формата слона, но ничего не могла с этим поделать.

Как сказала Катина мама: «Ешь-ешь, потом некогда будет», имея в виду заботы о ляльке.

Мама… В этот светлый день мне очень сильно ее не хватало. Хотелось так много спросить, еще больше рассказать, но увы. Могла обратиться к ней только мысленно и надеяться, что где-то там, за тысячами звезд, она меня всегда слышит.

— О, глянь-ка. А твой не растерялся, — кивнул Катин папа на беспредел, творившийся за окном.

Подобравшись к подоконнику, я вот вообще не удивилась. Пока Катька занимала выжидательные позиции у подъезда, мой недоделанный скалолаз собирался скалолазить по полной. В том смысле, что с крыши уже были спущены специальные тросы, а Саша цеплял себя к ним карабинами, удерживая мой букет невесты в зубах.

— Далеко пойдет парень, — одобрительно присвистнул Катин папа.

— Не далеко, а наверх. О! Пошел-пошел, — комментировала мама подруги.

Сама подруга разъяренной самкой богомола прискакала на пятый этаж в тот момент, когда Саша уже сидел на подоконнике и восхищался моей красотой.

— Я не поняла! Я для кого половину ночи конкурсы придумывала? — ругалась Катька, угрожая пустым тазиком. — Значит, будем проходить конкурсы в обратном направлении! Без выкупа из подъезда никого не выпущу!

— Катюш, а давай на завтра все отложим, а? Я так по жене соскучился, — пошел Александр на мировую, медленно подбираясь ко мне.

— Она еще невеста! — возразила грозная Катя.

— Так дело наживное.

Резко и без предупреждения взяв на руки, Саша быстро поставил меня на подоконник, а затем залез на него сам. Я и охнуть не успела, как мы уже оказались за окном. В его плечи я вцепилась как в последний раз.

— Ой, мамочки… — прошептала, ощутив высоту.

— Не бойся, Манюня, — поцеловал он меня в уголок губ. — Я тебя никогда в жизни не отпущу.

Свадьба прошла для меня как в тумане. Я запомнила свое неожиданно тихое «да» и твердый Сашин ответ. А еще ангелочков, которые то ли писали, то ли летали. И ужасные вычурные золотые шторы.

Запомнила, как нам вручали документ о регистрации брака, но абсолютно не помнила, куда мы его потом дели. Запомнила фотосессию прямо в одном из залов ЗАГСа, а еще то, как подкреплялась пирожками перед поездкой по городу. Фотограф должен был отфотать нас еще в нескольких местах, включая наш с Сашей мост. Он был последним перед рестораном. И единственным местом, где Саша кружил меня на руках под ворохом падающих с неба снежинок, потому что тошнота наконец отступила.

Друзья и родственники уже садились по машинам, а мы все так же продолжали стоять на мосту.

— Интересно, сколько раз мы с тобой стояли на нем одновременно? — спросила я вслух, разглядывая замки, прицепленные к ограждению.

Мы такой замок покупать не стали. Оба считали странную традицию бредом.

— Восемьдесят два раза, — ответил Саша, хотя я ответа не ждала. — Что? Я тебе правду говорю. Я запросил видео с камеры видеонаблюдения с соседнего дома. С нее как раз четко видно обе стороны. Мы стояли на этом мосту одновременно восемьдесят два раза и ровно столько же раз могли познакомиться, если бы хоть раз посмотрели друг на друга. Сегодня, выходит, восемьдесят четвертый раз стоим. Кстати, хотел тебе кое-что отдать.

— Что это? — взяла я из его рук изрядно помятый конверт, в чем-то испачканный и даже надорванный.

— Это письмо я написал тебе в тот день, когда ты попала в больницу, но так и не решился передать.

Улыбнувшись, заинтригованная по самые уши, я в нетерпении разорвала конверт и достала вдвое сложенный лист, а раскрыв его, прочитала всего одну строчку:

«Я без тебя не смогу».

Конец