Глава 3

Проходит ещё одна неделя бесполезных поисков.

Денег на счёте пока хватает, но это не может продолжаться вечно. Мне нужна работа хотя бы потому, что прозябание дома напрягает ощущением собственной ненужности, что особенно заметно после пятилетнего марафона, во время которого звонок мог поднять меня даже ночью. А ещё я забыла каково это — распоряжаться своим временем, которого теперь стало в избытке.

Очередным вечером, завершающим два дневных «Мы с вами свяжемся», я решительно откладываю «Графа Монте-Кристо» и иду в коридор. Где там эта бумажка? Ключница оказывается такой же пустой, как сумка и жестяная банка из-под чая, которую я использую под мелочь. Девственно чистая столешница тумбы тоже не радует и я опускаюсь на колени, чтобы найти памятный газетный клочок.

К счастью, он застрял между стеной и плинтусом и, изогнувшись, я достаю бумажку с номером телефона, вот только внезапный дверной звонок заставляет меня вздрогнуть. Чертыхнувшись, я смотрю в глазок, чтобы ещё раз выругаться.

Может сделать вид, что меня нет дома?

— Оль, открывай! — Дверь сотрясает внушительный пинок, который Игорёша наверняка считает лёгким. — Анна Николаевна сказала, что ты дома.

Чтоб тебя!

— Игорь.

Открыв дверь, я встаю на пороге и скрещиваю руки на груди.

— Прекрасно выглядишь! — радостно улыбается Игорёша и протягивает мне зелёную пластиковую чашку с крышкой. — Мама пироги напекла, велела тебе отнести. Ты же теперь безработная, чтоб ещё больше не отощала.

— Я на диете, — отрезаю я, даже не попытавшись взять ненавистную чашку. После многократных попыток Игоря и его мамы подкормить меня, исключительно в матримониальных целях, вся посуда зеленого цвета уже почти три года вызывает у меня тошноту.

— Да куда тебе?! — Игорёша окидывает меня нахмуренным взглядом. — Ты же можешь за швабры прятаться…

— Значит, так! — Вынужденное безделье не способствует хорошему настроению. — Передай большое спасибо Анне Петровна, но у меня болит живот. Очень. Едва хожу, так что выпечку мне сейчас нельзя. Совсем!

— Ты же на диете, — не понимает намёка Игорёша.

— На каше и воде. Как раз из-за желудка. — Я показательно прикладываю ладонь к животу и Игорёша зависает, засмотревшись на участок обнажённой кожи, между коротким топом и брюками.

Который, кстати, выглядит очень даже ничего и тоже во многом стараниями Дальского — мои обеды часто проходили в коротких перебежках от одного отдела к другому или и вовсе ограничивались питьевым йогуртом.

— Так может в аптеку сходить? — хмурится Игорёша. — Но-шпа там или что от желудка пьют?

— У меня всё есть, но спасибо за предложение. — Инициатива? До этого момента я была уверена, что Игорёша может только одно — выполнять приказы Анны Петровны, последние лет пять мечтающей о внуках.

— Ну, выздоравливай, — неуверенно отзывается Игорёша, ещё раз осмотрев мою суровую и совершенно здоровую фигуру в дверях. И, да, задержав взгляд на животе.

— Спасибо.

Расстроенный Игорёша разворачивается и начинает спускаться вниз. Кажется, даже прежний, ярко-зелёный, цвет чашки грустнеет. И я бы даже пожалела парня младше меня на год, выше на полторы головы и вдвое шире, но Анна Петровна отбила всё желание. И не только мне.

Аня из девятой и Ирина из двадцатой квартиры запираются на все замки, стоит им услышать Игорёшин бас или сюсюканье его мамы. А маниакальное желание Анны Петровны зазвать нас в гости «на чай» только подстёгивает наше, общее на троих, намерение никогда с ней не встречаться.

Вернувшись к ноутбуку, я ввожу написанный на клочке номер в поисковик.

Интересно… Задумчиво коснувшись пальцем нижней губы, я встряхиваюсь и убираю руки от лица — идиотская привычка, от которой мне никак не удаётся избавиться. Номер телефона действительно принадлежит кадровой службе крупного банка и теперь просто зазывает себя набрать.

Откинувшись на спинку стула, я рассматриваю сайт в бело-зелёной гамме. Может попробовать? По сравнению с памятной «Жозефиной», я теряю разве что потраченные на проезд деньги, в лучшем же случае могу получить работу. Причём Анна Николаевна права, работу по специальности в крупной и стабильной компании. С соцпакетами, стабильной зарплатой и возможностью отстоять ущемлённые права в суде.

Если кто-то решится их ущемлять.

Снова отдёрнув пальцы от рта, я, пока не передумала, решительно набираю номер и нажимаю кнопку вызова. Собираясь выждать вежливые три-четыре гудка и отключиться, я никак не ожидаю, что трубку снимут после первого же.

— «Рейва-банк», кадровая служба, старший специалист Ирина. Здравствуйте!

— Д-добрый день, Ирина, — теряюсь я. — Меня зовут Ольга и я звоню вам по поводу вакансии.

Кто именно требуется в архив Анна Николаевна не уточняла.

— Какая именно вакансия вас интересует? — вторя моим мыслям, спрашивает невидимая Ирина.

— Вам ещё требуются специалисты в архив? — формулирую я, решив особо не заморачиваться. Вполне возможно, что, как и в большинстве банков, у них есть лишь одна вечная вакансия — оператор call-центра.

— Да, конечно, — удивляет она. — Вы можете выслать резюме по адресу, указанному на нашем официальном сайте, с пометкой «Кадровая служба», либо указать номер телефона, на который мы отправим вам сообщение с нужным адресом электронной почты.

— Я найду адрес на сайте, — киваю я, с трудом веря, что в этот раз наводка соседки срабатывает.

— Убедительная просьба в строке с желаемой вакансией указать «Главный специалист ЦАРХ».

— Хорошо.

— Тогда ждём ваше резюме и надеемся на дальнейшее сотрудничество, — не сбиваясь с вежливого тона, подытоживает Ирина. — Всего доброго, спасибо за звонок!

Она кладёт трубку раньше, чем я успеваю ответить. Отложив телефон, я нахожу на сайте банка адрес почты и копирую в строку «Кому».

На собеседование меня приглашают в центральное здание банка, находящееся в центре города и граничащее с Южным дендропарком. Задрав голову, я собираюсь посчитать этажи в начищенной до блеска стекляшке, но бросаю это бесполезное занятие. В лифте всё равно узнаю быстрее и точнее.

Две девушки на ресепшн, словно сошедшие с обложек журналов, лежащих в холле у диванов, быстро и с улыбками оформляют мне временный пропуск и вызывают Ирину из кадров.

— Здравствуйте, Ольга Александровна. — Кстати, ту самую Ирину, с которой я и говорила — она легко узнаётся по голосу. — Пойдёмте.

Она заводит меня за стойку ресепшн к четырём зеркальным лифтам.

— Собеседование будут проводить Алексей Александрович — заместитель начальника отдела безопасности и Влад Викторович — директор Управления делами и ваш возможный непосредственный начальник. — Двери лифта открываются и Ирина нажимает четвёртый этаж из четырнадцати. — Копии документов у вас с собой?

— Конечно. — Я передаю ей заранее подготовленную папку, хорошо помня, как меня саму раздражала необходимость бегать к копиру после очередных: «Ой, а я забыла!»

— Прекрасно, — сухо улыбается она и мелодичный перезвон обозначает прибытие на нужный этаж. — Вас пригласят сразу после Алины Ивановны. — Она указывает на тощую девушку у окна, увидев которую на улице, я приняла бы за подростка.

— Хорошо.

Убедившись, что я всё поняла, Ирина заходит в ближайший кабинет по левой стороне и в небольшом уютном холле остаёмся лишь мы вчетвером.

Интересная планировка. Справа и слева от нас вглубь здания уходят длинные коридоры с дверями по обеим сторонам, а холл с парой диванов, кресел и журнальными столами находится в самом центре. Подойдя к стеклянному ограждению, я смотрю вниз и вижу край стойки ресепшн и вход в банк.

— Красиво. — Рядом со мной облокачивается тёмноглазая девушка с длинными чёрными волосами. Очень длинными. — Зара.

— Ольга, — представляюсь я в ответ и замолкаю, не спеша заводить новых друзей.

— Хорошее место, — улыбается Зара, — в самом центре города.

— И метро близко. — Вряд ли я узнаю что-то полезное из этого разговора, особенно, если все мы метим на одну вакансию. Но на собеседование вызвали только первую девушку и сколько она там пробудет неизвестно. — Вы здесь впервые?

— Нет, — как-то слишком многозначительно хмыкает Зара. — И можно на «ты».

— Взаимно, — киваю я.

Меня нельзя назвать душой компании и к таким любителям поговорить между делом я отношусь с большой осторожностью, но Зара привлекает открытой улыбкой и хитрым взглядом. И это помимо типично-армянской внешности.

— Ты тоже устраиваешься в архив? — прямо спрашиваю я.

Конкурентов я не боюсь, но лучше сразу знать на что стоит рассчитывать.

— Нет, — отмахивается она. — Я собираюсь устроиться на ресепшн. Или делопроизводителем, если туда не возьмут.

Зара, как и девушки за стойкой, тоже может рассчитывать на обложку модного журнала. Даже я засматриваюсь на красивые раскосые глаза и прямой нос.

— А модельные агентства тебе уже отказали? — не сдерживаю я насмешки.

Смех у Зары тоже оказывается красивым.

— Да сдались они мне! С отличным-то дипломом по бизнес-информатике…

— А ресепшн сдался? — искренне заинтересовываюсь я разговором.

— Как бы тебе объяснить?.. — всерьёз задумывается Зара, повернувшись ко мне, но тут в коридоре слышится её имя и, улыбнувшись, она идёт к кабинету.

Надо же, Зара Армени Амбарданян! Красиво.

Я отвлеклась.

К тому моменту как я возвращаюсь из туалета в коридоре не оказывается никого. Похоже, что я пропустила вызов следующей кандидатки, так и не узнав повезло ли Заре. Мысленно пожелав ей удачи, я сажусь на диван и закидываю ногу на ногу. Собеседование длится как-то непривычно долго.

Конечно, непривычно для человека, у которого последние три недели беседы с возможным начальством ограничивались парой вопросов об опыте и навыках. И, естественно, на них не звали никаких безопасников. С другой стороны, пять лет назад устраиваясь в «Олд-Арн», я побывала в их офисе трижды перед тем, как подписать трудовой договор, поочерёдно побеседовав с кадровиком, начальником административного отдела и начальником службы безопасности.

Открывшаяся дверь заставляет меня поднять взгляд. Девушка-подросток Алина Ивановна выходит не слишком довольной и, не прощаясь, быстрым шагом идёт в сторону лифта.

— Ольга Александровна, — зовёт меня Ирина, — прошу.

Поднявшись, я отряхиваю несуществующую пылинку с брюк и иду вслед за ней.

— Присаживайтесь. — Сидящий слева коротко стриженный темноволосый мужчина в тёмно-сером костюме приветливо улыбается и указывает на стоящий перед столом стул. — Арольская Ольга Александровна?

— Да, это я. Здравствуйте.

Вылитый Стэтхэм, разве что не лысый. Тот тоже мило улыбается, а глаза всё равно остаются холодными и внимательными.

— Вы претендуете на должность… — Стэтхэм, который безопасник Алексей Александрович, на мгновение теряется, — главного специалиста Центрального архива нашего банка. Чем же вас привлекла данная вакансия?

— Мне хотелось бы работать в крупной стабильной компании и совершенствовать свои навыки. Архивоведение — моя прямая специализация, я люблю работать с документами. И, конечно, умею это делать.

— Звучит самонадеянно, Ольга Александровна, — вступает в диалог, видимо, тот самый директор управления.

Дальскому тридцать семь, но даже он, при всех своих тренировках, не выглядит настолько молодо. Уж для директора управления точно! Как выживает этот, по ощущениям едва перешагнувший двадцати-двадцатитрёхлетний порог, парень в светлой рубашке и с ироничным взглядом — большой вопрос.

— За пять лет в должности секретаря я приобрела колоссальный опыт работы с документами.

— Да, вы работали у Дальского в «Олд-Арне», — холодно улыбается тот и поднимает взгляд от моего резюме. — Причина увольнения?

— Отсутствие перспектив.

И свободного времени.

— А какие перспективы вы видите в нашем банке? — заинтересовывается Стэтхэм.

Смотря какие вы сможете мне предложить. Хотя, это не самый лучший ответ для собеседования. Да и потом, откуда во мне эта непривычная язвительность? Или на меня так действует враждебный взгляд возможного начальника?

— Организационная стуктура «Рейва-банка» гораздо многограннее, чем даже в такой крупной компании, как «Олд-Арн». — Директор управление улыбается с непонятным для меня превосходством. Пока непонятным. — И я уверена, что, благодаря своему ответственному отношению к должностным обязанностям, смогу рассчитывать на карьерный рост.

— А вам не станет скучно в архиве после динамичной работы в «Олд-Арне?

Чтоб тебя завалили такой динамичной работой! Этого Владислава Викторовича я вижу впервые в жизни, но чувствую, что ему не нравлюсь. Или он намекает на, поощряемый фильмами, интим между боссом и секретаршей? Только вспомнив ледяной взгляд Дальского, я едва не передёргиваю плечами от таких фантазий.

— Владислав Викторович…

— Влад, — скривившись, поправляет меня мой будущий начальник.

— Влад Викторович, — заметно более елейным тоном продолжаю я, — одной из причин моего увольнения из «Олд-Арна» как раз и оказалась слишком динамичная работа, не предусмотренная трудовым договором. Поэтому я с большим удовольствием перейду к гораздо более размеренным должностным обязанностям.

— Вы проработали там больше пяти лет, — не унимается Влад Викторович, ещё раз заглянув в моё досье, — и только сейчас уволились. Что изменилось?

Да дался ему этот «Олд-Арн»! Терпение под крышечкой начинает заканчиваться!

— Приоритеты, — улыбка вряд ли сглаживает мой прищур и я готовлюсь ответить ещё на двадцать вопросов в том же духе, но открывшего было рот Влада Викторовича перебивает Стэтхэм:

— Что же, думаю это мы выяснили. А что вам самой известно о нашем банке, Ольга Александровна?

— «Рейва-банк» — крупнейший универсальный банк округа, имеющий более девятисот отделений…

Несложно поинтересоваться компанией, куда собираешься устраиваться, гораздо сложнее не сбиваться на откровенно ироничный взгляд будущего начальства. Кажется, если меня возьмут на работу, сработаться нам не грозит.

— Похвально, — приятно удивляется Стэтхэм. — Ольга Александровна, возможно, у вас есть к нам какие-то вопросы?

— В чём именно будут заключаться мои обязанности? — Хочется закинуть ногу на ногу, чтобы отгородиться от странной неприязни Влада Викторовича, но я лишь сцепляю руки в замок.

— В размеренной работе с документами, — вместо Стэтхэма ехидно отвечает тот. — Мы ищем специалиста, который доведёт до ума наш Центральный архив.

— А его местонахождение?..

— В этом же здании, тремя этажами выше.

— График работы?

— Стандартный, с девяти утра до шести вечера.

— Отпуск?

— Согласно ТК РФ, первые две недели через полгода.

— Перспективы карьерного роста?

— Обширнейшие, — хмыкает Влад Викторович, — как вы и предполагали.

Только сейчас я замечаю с каким весельем за нами следит Стэтхэм, переводя взгляд с меня на своего коллегу.

— И что от меня требуется, чтобы рассчитывать на эти перспективы? — Так себе формулировка, но заискивать перед тем, кому откровенно не нравлюсь, я не собираюсь.

— Успешное выполнение своих обязанностей, хорошие результаты работы по итогам года и не меньше двух лет в текущей должности, — с намёком сообщает Влад Викторович.

Неплохие условия даже если учитывать откровенную неприязнь начальства. Хотя «не менее двух лет» также могут значить никогда. Может, у него какие-то свои счёты с «Олд-Арном», а я просто попалась под руку?

— Благодарю за пояснения, — мило улыбаюсь я. Также мило, как тогда, когда сорок минут объясняла пожарному инспектору почему Дальский не может его принять.

— Хм, Влад Викторович, у вас ещё есть вопросы к Ольге Александровне?

— Нет, мне всё понятно.

И в ответ на это его: «Всё понятно», я ощущаю себя секретаршей из порнофильма, хотя меньше всего об этом можно судить по серо-голубым широким брюкам, пудровому топу и жакету чуть темнее брюк.

— Тогда, думаю, мы можем отпустить Ольгу Александровну. Надеюсь, что это не последняя наша встреча.

— Благодарю за уделённое время. Всего доброго.

Ирина, о которой я умудряюсь забыть, выходит из кабинета вместе со мной, хотя вызывать уже некого.

— С «Владиславом» это вы зря, — качает она головой.

— Разве сокращение «Влад» происходит не от этого имени? — хмыкаю я.

— Может, и от него, но Влад Викторович ненавидит, когда его так называют. Но, вообще, вы держались молодцом! — от неожиданной похвалы я удивлённо притормаживаю, но Ирина уже проходит мимо, направившись в другую сторону от лифтов.

Что ж, после такого самое время побаловать себя мороженным.