Глава 33. Одно счастье на двоих

Глава 33. Одно счастье на двоих

Вот я и произнес эти слова, и сжимал свою истинную в объятиях, боясь отпустить. Вдруг она испугается и оттолкнет меня? Я даже не представлял, что делать в этом случае. Держать насильно? Это никого не сделает счастливым. Отпустить? Да я скорее умру. Амалия же просто молчала, и минуты этого молчания казались мне вечностью.

– То есть мы – пара? – вдруг спросила она.

– Истинная, – даже произносить вслух при ней это слово было страшно. Хорошо, что в таком состоянии меня не видят подчиненные, я бы сам себя за это уволил.

– И вот так просто ты и я, и без вариантов? То есть все решено за нас?

– Я не знаю, еще месяц назад я не думал об этом и считал легенду об истинных парах красивым мифом. Но легенды оживают у меня на глазах.

– И ты теряешь ориентир, – закончила она за меня и горько усмехнулась. – Добро пожаловать в мой мир. Еще месяц назад я не знала о существовании демонов, магов и эльфов, для меня все это было красивой сказкой. Как примут твои родители и окружение, что твоей парой станет непонятно кто?

– Это не их ума дело, – мне претила даже мысль о том, что кто-то может посметь хоть слово плохое сказать о моей избраннице.

– Но мы живем в социуме, Аластэр, ты тут ничего не изменишь. Люди будут трепаться, а как я понимаю, о том, что я твоя истинная, никому говорить не стоит. Это смертельно опасно для нас обоих.

– Да, только лекари и некроманты все равно будут видеть связь между нами, но могут принять её за связь супружеской клятвы. Если ты окажешь мне честь стать моей женой.

– Я могу подумать?

– Да, только не тяни с положительным ответом.

– Демоны не признают отказов, – приподняла она ехидно одну бровь.

– Жестокая.

– Скажи спасибо, что я не закатила истерику по поводу того, что судьба все решила за меня.

– Согласен, это не очень приятно, но вот держать тебя в своих руках вызывают у меня обратные чувства.

– Что ты этим хочешь сказать?

– То, что если я тебя сейчас не поцелую, я просто умру, – её губки приоткрылись, маня меня, и я перестал сдерживаться, подминая её под себя.

Наш поцелую продлился бы дольше, если бы одна мохнатая гадина не зарычала у меня над ухом.

– Что это значит?

– То, что я перешел границы, Беретта защищает тебя. Даже от меня.

Девушка протянула руку к кустелиду и почесала ту за ушком.

– Берри, ягодка моя, я не против, можно мы еще немного понарушаем? – животное фыркнуло и спрятало морду под лапами, а Амалия повернулась ко мне. – На чем мы закончили?

– На этом, сладкая, – я прижался к её губам, а она схватилась за мои плечи, и радость обладания самой лучшей женщиной в мире накрыла меня с головой.

Мы лежали на кровати, отдыхая. Беретта устроилась в ногах и спала, иногда мелко перебирая лапами во сне.

– Интересно, что ей снится?

–  Не знаю, милая, меня больше интересует твоя история. Что происходило до того, как ты попала ко мне в приемную? Как ты жила, на кого училась, где работала? Ведь толком ты мне ничего не рассказала.

– Моя мама бросила нас с отцом, когда я была маленькая, официальная версия – он был постоянно на работе и она устала это терпеть. Кстати, он работал в полиции, как и я, – моя хрупкая девочка – полицейский? Тогда понятно, как она укладывала на лопатки Сантори и Купера. – Он умер, когда я училась в средней школе, ушел на работу и не вернулся. Такая уж работа. А меня отдали маме, которая явно была не рада возвращению дочери. После я пошла по стопам отца, даже не знаю почему, наверное, это все, что я видела и знала в жизни. А потом меня отправили на задание, и мой бывший одноклассник убил меня, а очнулась я здесь.

– Представляю, в каком шоке ты была, но честно, ты невероятно держалась. Если бы у тебя было больше времени осмотреться и возможностей, чтобы придумать легенду, то можно было бы жить годами, и никто бы не узнал о тебе.

– Ага, только в один прекрасный момент кокон бы исчез, и я бы погибла, не встреть тебя.

– Может, судьба в виде меня не столь ужасна?

– Дай-ка подумать… – вновь поставила Амалия меня в тупик. – Шучу, судьба сделала мне подарок. Тебя, – а я понял, что готов положить весь мир к её ногам или перевернуть его ко тьме, если она того пожелает.