Глава 56

Ярый

Ощущение дежавю не покидало и тревожило. Я чувствовал, что уже занимался сексом с этой девушкой. Больше того, занимался лучшим сексом в своей жизни — там, в конференц зале. Если и прежде мне казалось, что Лара и Клара удивительным образом похожи, то теперь это подозрение усилилось многократно.

Могут ли две разные женщины одинаково заниматься любовью?

Одинаково дышать, постанывать, касаться. Даже оказавшись внутри тесного, но податливого влагалища Лары, я испытал тот же восторг, что и в прошлый раз. Впрочем нет, не так. Сейчас экстаз был в сто раз охрененней. Клара ворвалась в мою жизнь ярко-рыжим лучиком света, а после исчезла, оставив горечь утраты. С Лерой все обстояло иначе. Я долго добивался ее расположения, присматривался, узнавал ближе. Это было несколько иное. Мучительное влечение к ней было намного сильнее того, что я испытал по отношению к Кларе. Мне хотелось не просто заниматься с Ларой сексом, а любить, сотворить для нее целый мир. Идеальный мир, который будет принадлежать только нам двоим.

И вот сейчас испортить все неуместным сравнением?

Как поступит порядочная девушка, если узнает, будто занимается сексом точно так же, как другая, незнакомая ей особа? Оттолкнет и отдалится, возможно, навсегда — ответ очевиден. Я не мог поступить так, не имел права смертельно обидеть девушку, которая так честна со мной и так откровенна.

— Поехали со мной, — проговорил, обнимая Лару за хрупкие плечи и лаская ее изящную спину. — Подальше от этого офиса, от твоего Жени, от Насти. У меня уже есть секретарша, но если хочешь, найду тебе хорошее место в «СтатХолдинге».

Она вздрогнула, будто я предложил нечто неприличное.

— Если не хочешь, можешь вообще не работать. Я смогу обеспечить тебя всем, что душа пожелает.

Лара всхлипнула, будто ее чем-то обидели. Но мои намерения были искренними и честными. Я не говорил о браке ― пока не говорил, но полагал, что наш роман выльется не во что-то мимолетное, а станет началом долгих отношений. Впервые я чувствовал себя готовым порвать с холостяцкой жизнью и обзавестись семьей. С Ларой мне хотелось быть честным и идти до конца. Ее искренность возбуждала меня и подкупала.

— Дай мне немного времени, — попросила она. Подняла голову и взглянула на меня с затаенной тоской, о причинах которой я мог только догадываться. — Мне нужно подумать.

— Конечно, сколько хочешь.

Помог ей одеться, а после отпустил домой. Лара и без того вложила в работу больше, чем я и Настя вместе взятые.

Кстати о Насте.

Ее вчерашние закидоны натолкнули меня на некоторые мысли. Пришлось воспользоваться деньгами и связями, навести кое-какие справки. И то, что я узнал, очень не понравилось мне.

Но Настя опередила с разговором.

— Ты и моя подчиненная?! — спросила она, стоило войти в ее кабинет. — Да как такое возможно? Почему она?!

Настя вела себя как ревнивая жена. Как будто имела на это право. Настало время ее осадить.

— Потому что Лара настоящая, — признался я. — Она честная, преданная и открытая.

— Ты говоришь это о девушке, которая скрывает собственное имя? — спросила Настя, надменно хмыкнув.

На меня будто ведро ледяной воды вылили. Лара скрывает имя? Неужели?..

— Посмотри вот это, — Настя протянула папку с документами. — Лара ― это Клара Тропинина, сестра Марии, твоего старшего секретаря. Маленькая хитрая сучка. Обвела тебя вокруг пальца, она и ее сестричка. Ты, наверное, задаешься вопросом «зачем»? Так я отвечу. Тебя хотели наказать, проучить за дерзость. И у них это получилось. Ты повелся, Ярый, купился на ангельское личико.

Слушал, листал документы Клары и багровел от злости. Настя нащупала мою болевую точку и нанесла сокрушительный удар. У меня из легких будто вышибли воздух. Мне хотелось рычать от злости и внутренней боли.

Я оказался прав: Лара и Клара одна и та же девушка.

Но почему не призналась? Почему скрывалась от меня так долго. Ведь я верил ей, раскрывал душу, попросил стать моей…

Решила проучить?

Сначала сбежала, а после притворилась другой личностью. Влюбила в себя. Ее честность и искренность, которыми я так восхищался, оказались ложью. Если бы она в действительности была правдивой, то не стала скрываться. Блядь, я ведь не сделал ей ничего плохого, наоборот, мне казалось, мы идеально подошли друг другу.

— Что ж, одним предателем больше, — проговорил, с ненавистью отшвыривая папку и пригвождая Настю взглядом.

— Был кто-то еще, кроме этой маленькой мерзкой сучки? — усмехнулась она, еще не понимая, для чего я явился.

— Да, сучка постарше и понахальнее. Ты узнавала про клуб, копала под меня.

— Но… — Настя побледнела, как молоко. — Нет, это неправда.

— Думала, я не узнаю?

Достал из кармана устройство и включил запись разговора. Настя мило болтала с подругой. Делилась сокровенным. Говорила, как долго добивалась меня.

«Ради расширения дела и обретения статуса я готова на любые дела, — пела запись голосом Насти. — Правда, пришлось избавиться от одной серой мышки, решившей перебежать мне дорожку. Подсыпать в её выпечку пурген, намешать Ярому снотворного, чтобы у него на нее не встал, прикинуться невинной овечкой. Он таких любит. Может, предложить ему, чтоб я покаталась на нем верхом, как на пони? Его возбуждают игры в подчинение».

Глаза Насти в ужасе расширились, ей стало не до веселья. Только сейчас до нее дошло, что я тоже могу навести справки. И узнать многое о ее личной жизни.

Жаль, не догадался установить слежку за Ларой. Верил ей, как последний дебил. Даже документы не проверил, хотя мог бы это сделать тысячу раз.

— Я не пони, Настя, — проговорил обвинительно, — а за такие слова ты ответишь.

— Ты убьёшь меня?..

Настя вздрогнула и стала пятиться к стене, будто я и вправду собирался ее прикончить.

— Это было бы слишком просто. Есть вещи пострашнее смерти, скоро ты об этом узнаешь.

Я сместил Настю с должности и позаботился о том, чтобы ее больше не приняли ни в одну более-менее приличную фирму. Знакомые в кругах бизнеса отвернулись от нее, и даже подруга, с которой она так мило болтала по телефону, не проявила сочувствия. «СтатПрил» получил нового руководителя.

А я оставил этот сучий город и женщин, ставших моим проклятьем.