Глава 34.

Глава 34.

Машина уезжает, а я руки в кулаки стискиваю. Сука. Какая же она все – таки сука. И что ее блядь не устраивает. Чем она может быть недовольна.

Я каждый день с ней, я покупаю ей все самое необходимое, я пытаюсь ей ребенка заделать, а она все равно ищет пути меня бросить. Просто отлично. Если она встретится с этим толстяком, если она только посмеет с ним увидеться, я тут же пошлю ее нахуй.

Выебу при нем, чтобы и ему противно стало, а потом кину. И пусть барахтается в этом дерьме сама.

Сука. Как ее вытравить. Как избавиться от мыслей о ней. От дурацкого желания увидеть ту Лизу, что бросалась мне на шею. Что радовалась каждой обновке, бережно выглаживая потом каждую складочку. Я уже ненавижу эту бесчувственную суку, которая всегда вежлива, всегда говорит «да». Никогда не спорит. Никогда не звонит. Никогда не спрашивает, где был.

Больше не любит. Когда она взяла его визитку, я окончательно в этом убедился. А тот факт, что ей очень хочется статуса жены, просто до скрежета зубов вымораживает.

Заебала.

Избавлюсь.

Отправлю на все четыре стороны. Пусть только попробует встретиться с ним.

Еду к Наилю. Всю ночь бухаем, играем в видюху, обсуждая какие бабы суки.

— Расписание у нее, представляешь? Расписание. А для меня есть место по субботам. И я же блядь иду…

— Так не ходи.

— Да если бы я мог! Блядь, она меня реально наизнанку выворачивает.

И меня. И меня. Тошно. Тошно, что не могу прямо сейчас к ней поехать. Сказать, как нужна.

Только, что толку, если она решит меня бросить. Несмотря на то, что я сделал для нее. Вот так просто променять меня на статус жены.

Мне, когда их разговор передали, я чуть не сдох от злости. Думал убью этого колобка прямо там. Еще речи мне умные толкал, а сам просто похотливый старикашка, которому нужна молодая самка.

Моя блядь самка.

Или уже не моя.

Ложусь спать засветло, просыпаюсь вдрызг пьяным, мучаясь головной болью. Блядь, тридцать не двадцать, нельзя так бухать.

Почти падаю с дивана, слыша оглушающую трель телефона. Беру трубку

— Алло!

— Шеф. Вы просили доложить, если…. – меня кроет. Я вскакиваю. Трубку до побелевших костяшек сжимаю. — Говори, Сем. Что там?

— Она на встрече. С Сергеем Павловичем. Пытаюсь дозвониться до вас уже полчаса. Она, кстати, вышла из машины далеко от нужного ресторана, но я за ней проследил, — гордо отчитывается этот молодец, а мне огурец в жопу ему запихнуть охота.

Потому что нехер здесь гордится. Чем? Что шлюха оказалась шлюхой, что перерезала мне глотку карточкой чужого вонючего мужика?

— Адрес. И там будь.

— Все выслал, жду.

Я спокоен, спокоен. Спокойно натягиваю футболку, спокойно иду налить воды. А потом нахер кидаю стакан в стену. Потому что нихуя я не спокоен. Ну зачем, Лиза. Зачеееем! Чего блядь тебе не хватало? Чего?

Крышу рвет. Голову заносит воспоминаниями о том, как она вынесла мне второй пустой тест на беременность. Блядь, мне так хотелось, чтобы она залетела. Чтобы у нас появилась семья. Чтобы любила меня.

Добираюсь до ресторана слишком быстро, даже тормозя на всех светофорах, не превышая нужной скорости, стараясь оттянуть момент истины.

Вспоминаю последний месяц, понимая, что мы даже разговаривать перестали. Раньше она столько спрашивала, а я всегда посылал ее, потому что хотел просто трахать. А теперь поздно. Теперь поздно.

Выхожу из машины и вижу счастливого Семена. Даже бесит эта его улыбка.

— Они там. Пойдемте, — Да. Они. За стеклом ресторана. На Лизе красное платье с небольшим вырезом, но и его достаточно, чтобы этот колобок истек патокой и пустил слюну. Она дает целовать свою руку, мило ему улыбается. А меня на части рвет. Назад пути нет.

Врываюсь в ресторан, забивая на вежливость и манеры, просто подхожу к столу за которым любовники замерли, очевидно не ожидая меня увидеть.

— Пошли, — выдвигаю стул вместе с ней.

— Что? – Лиза в тупую решила сыграть. – Куда?

— Уважь меня, детка, последний раз, а потом можешь переходить к новому папочке.

— Что ты несешь, какому папочке.

— Не строй из себя дуру! Думаешь, я не понял, что ты просто решила сменить член на более тебе удобный?

— Зачем ты кричишь..

— Матвей, друг, ты все неправильно понял.

Даже не церемонюсь, просто бью урода в нос. Тут же повсюду крики.

— Матвей, ну что ты за животное! Ты же не понимаешь ничего.

— Я понимаю только то, что-либо ты идешь со мной, либо отсасывать будешь при этих милых гражданах.

Она краснеет до кончиков ушей, опускает лицо и вперед идет. Думает к выходу, но нет, в туалет ее тащу.

— С ума сошел?! Отпусти!

— Да, когда тебя встретил, блядь такую, — толкаю ее в туалет под острыми любопытными взглядами посетителей. Дверь запираю. – Что он тебе пообещал? В жены возьмет? Спешу тебя разочаровать, на шлюхах не женятся! Ну давай, снимай эту тряпку, покажи всем, кто ты есть на самом деле. Давай тварь, последний раз отсосешь и можешь быть свободна.

— Точно? – кричит она, а я отвечаю не менее громко.

— Еще как точно! Ты мне нахуй больше не нужна!

Неожиданно она начинает плакать.

Слезы капают из глаз, большие, блестящие. Это что за игры?

Мне вдруг пощечина прилетает.

А затем платье, которое она ловко с себя скидывает. Не сразу соображаю. Белье. Простое. Явно не для траха. Но самое дурацкое, что вижу на ее теле какие — то провода, устройство маленькое.

Она все это сдирает с себя остервенело и мне сует, а потом на колени встает. Собирается ширинку расстегнуть, но я запястье хватаю.

— Что это за нахуй? Да прекрати, ты и объясни, - поднимаю ее на ноги. Вообще не до секса сейчас. Страх такой, словно я за секунду до удара по мячу, который прилетит в плазму.

— Зачем объяснять, ты же сам все решил, — она толкает меня, встает, платье напяливает, а до меня доходит.

— Ты что, Мата Харри, решила Шевцова прослушать?

— Да, потому что он хотел тебя подставить. Но ты ведь знаешь все лучше всех.

— Лиза, — чувствую, как в пропасть проваливаюсь, вся злость гаснет как свеча, оставляя меня одного в темноте, тыкаться, просить о помощи. – Лиза.

— Не трогай меня…. Не трогай меня больше никогда! Ты отпустил меня. Ты сам сказал!

— А минет, — эта дурацкая, жалкая попытка оправдаться, даже нет, удержать ее хотя бы на миг.

— А минеты пусть тебя твоя Миланика делает. Или где ты там ночь провел. Ты сказал, что я больше тебе не нужна. На этом все, Матвей. Все, понимаешь! Мы квиты.

— Да стой же! – хочу удержать, но она снова меня бьет и убегает. А я держу провода, какие — то устройства и понимаю, что просрал единственную, кто обо мне волновался. Хоть как – то.

Выбегаю на улицу, а там Семен.

— Где? Она?

— Кто? Я никого не видел.

— Бегом домой, не дай ей уйти! – толкаю его к машине, и он кивнув, тут же бежит, а ко мне подходит Сергей Павлович, от которого я уже все спрятал. Если он реально меня наебать решил, то не жить ему на этом свете спокойно.

— Лихо вы, — зажимает он платком нос. Да там крови то нет. Придуривается.

— Простите. Немного переборщил.

— Значит, вы правда ее мне отдаете? Это был ваш последний раз? — ну что за идиот?

— Хорошего дня, Сергей.

— И вам, Матвей.

В машине нахожу куда вставить флешку и прослушиваю разговор, где Сергей изливается голубем, а Лиза ему поддакивает. Он ей рассказывает схему, как он обманет меня. Такую тупую, что хохотать охота. Только вот не до смеха. Особенно, когда приехав домой, я обнаруживаю только Семена, разведшего руками.

— Не приезжала, шеф.

Меня паника накрывает. А если что – то случилось?

Сразу своим звоню, Чтобы пробили по документам. Сам к матери ее еду. Она хоть и напрягается, увидев меня, но говорит спокойно, что Лиза к ним не приходила и уже неделю не звонила. Затем отправился к Крис, где меня встретила Миланика и сообщила, что она дочь не видела уже сутки. Я даже дослушивать ее не стал, просто рьяно спустился на первый этаж, сел на ступеньку и стал дозваниваться до ребят.

— Матвей Дмитриевич. Лебедева вместе с подругой сели в электричку час назад. Билет был до станции "Шапки". Будем отслеживать.

Дурочка моя. Куда намылась - то? Все равно ведь найду. Заберу. Навсегда своей сделаю.