Глава 40

Хантер

Сначала я решил, что это сон.

Из категории порно. Но ласкавшая меня рука точно не была плодом моей фантазии. Чтобы уснуть в разгар дня, я плотно задернул шторы, и в номере царила темнота. Как и предлагала Наталья, заселившись в гостиницу, я принял горячий душ, а затем забрался в постель. Я не знал, сдержит ли она свое обещание после рабочего дня, но на всякий случай решил подготовиться.

В темноте виднелся силуэт Натальи. Она стояла на четвереньках, склонившись над моим дружком. Несколько движений рукой, и он набух под ее пальцами. Наталья взглянула на меня, а в следующую секунду язычок ее пробежал по всей длине моего ствола.

Я застонал.

И как мне могло прийти в голову, что держаться от нее подальше — хорошая идея?

Она скользила языком по головке пениса, готовясь всерьез приступить к делу. У меня возникло нестерпимое желание схватить ее за волосы и прижать к себе, чтобы я мог от души порезвиться в ее очаровательном ротике, но усилием воли мне удалось сдержать себя. Как-никак, это была ее игра, и я не хотел испортить ей удовольствие.

— Черт. Ты даже не представляешь, до чего это здорово. Мне хочется только одного: перевернуть тебя на спину и оттрахать это красивое личико.

По губам Натальи скользнула лукавая улыбка. Широко открыв рот, она полностью вобрала в себя мой «петушок».

Господи боже.

Вот это жизнь!

Когда женщина, которую ты любишь, возвращается домой с работы и будит тебя своими губками. Лучше и не придумаешь.

Наталья энергично работала язычком, так что я заходил в нее все глубже и глубже. Когда же она стала покачивать головой, так что весь мой ствол начал тереться о ее рот, я даже испугался, что вот-вот кончу.

— Черт. Наталья, притормози.

Как бы не так: она начала сосать еще энергичней. Дыхание у меня перехватило, все внизу напряглось, и я понял, что долго мне не продержаться. Но мне не хотелось, чтобы все кончилось именно так. Я хотел оказаться внутри нее. Хотел оттрахать ее так, чтобы каждая клеточка этого прекрасного тела взмолилась о пощаде.

Из последних сил я приподнялся и потянул Наталью вверх, так что в следующее мгновение она уже полностью лежала на мне. И тут я перевернулся, прижав ее спиной к кровати.

— Ты не хочешь, чтобы я продолжала?

— Детка, я хочу этого больше всего на свете. Я мечтаю трахать твой ротик, твою сексуальную попку и грудь. Но я уже на грани, а мне не терпится оказаться внутри тебя.

Мой дружок затвердел, как скала, так что стоило Наталье раздвинуть ноги, и я тут же скользнул внутрь. Как же я тосковал по этим мгновениям! Ничего не могло быть лучше. Ощущение горячей киски заставило меня окончательно потерять голову.

И дело не только в физической связи. Наталья открыла глаза, и взгляды наши встретились. Я успел немало потрахаться за свою жизнь, но, не таясь, могу сказать, что сейчас впервые занимался любовью.

Я начал медленно двигаться, наблюдая за ее лицом. До чего же она была хороша: по-детски открыта и по-женски сексуальна.

— Наталья, я тебя лю…

Черт!

Черт, черт, черт!

Я быстро вышел из нее и спрыгнул с кровати.

Наталья смотрела на меня в полном замешательстве.

— Что такое? В чем дело?

Я нервно расхаживал по номеру, кляня себя на чем свет стоит.

— На мне не было презерватива.

— Что с того? Я пью таблетки. И я тебе доверяю.

— Неважно, — отмахнулся я. — Я повел себя как безответственный идиот. А что, если…

— Хантер, все в порядке.

— Нет, не в порядке. Этого не должно было случиться.

Я заперся в ванной, чтобы снять напряжение. И как меня угораздило забыть про презерватив? А вдруг бы Наталья забеременела? А вдруг и у меня, и у ребенка обнаружилась бы болезнь Хантингтона? Как бы справилась с этой бедой Наталья?

Я принял душ, чтобы немного расслабиться, но это не помогло. Надо извиниться перед Натальей, пообещать ей, что такое больше не повторится. Но когда я вышел из ванной, ее уже не было в номере.

* * *

Я снова и снова жал кнопку вызова, но Наталья не отвечала.

Ну что я за идиот.

Безнадежный идиот.

Только мне удалось с ней объясниться, и я тут же все испортил. Ну кто так поступает? Я просто не совладал с эмоциями. Вдобавок нагрубил ей, хотя должен был бы извиняться.

Я сидел на кровати, опустив голову на руки. Прошло больше часа, прежде чем входная дверь открылась.

Я тут же вскочил и шагнул к Наталье.

— Мне так жаль, детка.

Но Наталья остановила меня.

— Подожди. Присядь. Нам нужно поговорить.

Я послушно сел. Потекли секунды неловкого молчания. Наконец, устав ждать, я попытался снова заговорить.

— Наталья, мне и правда очень жаль. Мне не следовало…

— Я не желаю знать.

— Я просто хотел извиниться и объяснить, почему поступил так.

— Я не о том. Я понимаю, почему ты повел себя так.

— И?..

— Я имела в виду… Я не хочу знать, есть ли у тебя болезнь Хантингтона.

Она присела рядом со мной. Я ошеломленно взглянул на нее.

— Наталья, я…

— Подожди, я хочу объяснить.

Так как я понятия не имел, как мне реагировать на это заявление, я только обрадовался, что говорить придется не мне.

— Я много размышляла об этом сегодня. Последние десять лет ты отказывался делать тест. Ты пошел на это только ради меня. И ты планируешь уйти, если окажется, что тест положительный, поскольку не хочешь, чтобы я мучилась с больным человеком. А потом… когда ты так распсиховался из-за того, что забыл про презерватив, я вдруг поняла, что если мы так и не узнаем результатов теста, то никогда не сможем иметь детей. — Она на секунду умолкла. — И я захотела понять, как стану чувствовать себя, если не смогу родить своих детей… И решила, что для меня это не так уж важно. У меня есть Иззи, и она для меня все равно что дочь, хоть и знакомы мы только пять лет. А если вдруг когда-нибудь мы захотим своего ребенка (сейчас об этом и говорить рано), я не буду возражать против усыновления.

Сердце у меня защемило при мысли о том, скольким эта женщина готова пожертвовать ради меня.

— Наталья, я даже не знаю, что сказать. Ты даже не представляешь, как много значат для меня твои слова… — Голос у меня прервался, и я умолк.

Наталья взглянула мне прямо в глаза.

— Мне нужен ты, Хантер. С остальным мы как-нибудь разберемся. А если все у нас сложится так… как должно сложиться, один из нас может обратиться за помощью к врачам, чтобы никогда уже не беспокоиться о презервативах или случайной беременности.

Это был величайший дар, на который только можно было рассчитывать. Наталья предлагала мне так много и ничего не хотела взамен… кроме меня самого. Не знаю, заслужил ли я это, но точно не собирался отказываться от такого подарка судьбы.

Я встал и опустился перед Натальей на колени.

— Я люблю тебя, детка. Люблю так сильно, что еще немного — и сердце у меня разорвется от чувств к тебе.

— Я тоже люблю тебя, Хантер.

Я с нежностью поцеловал ее.

— Ну так что, — спросила она, — ты согласен, что не стоит узнавать результаты теста?

— Дай мне немного времени на раздумье, ладно?

— Конечно. Тем более что в запасе у нас, как я понимаю, еще несколько дней.

Я кивнул.

— Результаты теста будут известны, скорее всего, не раньше утра пятницы.

— Вот и ладно. А пока давай спать. Утром мы поговорим обо всем на свежую голову.

Это был превосходный план. И как все подобные планы, он обернулся ничем.