Глава 30.

Слышу вибрацию телефона и иду в прихожую. Смотрю в гаджет и вижу незнакомый номер. Не знаю, кто, но если присмотреться, то можно увидеть весьма знакомые цифры номера сестры.

По телу прокатывается ледяная дрожь. Горло стягивает, словно кто – то за него схватился невидимой рукой.

Что ей нужно? Почему она звонит сегодня? Она видела меня?

Что она хочет сказать?

Я просто бросаю телефон в сумку, словно ядовитую змею.

В душе поднимается паника, а я проверяю закрыта ли дверь.

— Лер, ты чего тут? — появляется в проеме мой майор. Дышать становится легче, а ноги сами несут меня к нему. Цепляюсь за него руками, ногами, просто вжимаюсь всем телом. – Лера, ты меня пугаешь.

— Ты обещал мне день без вопросов. Пожалуйста, — умоляю его, целуя щеки, лоб, губы, пальцами берусь за пряжку ремня, отчаянно дергая.

Мне нужен он, мне нужно забыться, забыть о реальности, которая неизбежно приближается приливной волной, из под которой я буду обязана выбраться, но не уверена, что получится.

— Прекрати!

– Тебе не хочется, да? Со мной слишком много проблем? И друзей твоих напугала…

Отвожу руки, хочу отойти, но он только дергает меня за руку, ведет дальше по коридору.

Тут же похожу выключает свет, погружая кухню в полумрак. Дверь плотно закрывает на щеколду.

Не особо церемонясь роняет меня на стол животом и ноги пинком раздвигает. Раздражен и зол. Немного пугает его напор, но я даже не шевелюсь в ожидании его справедливого гнева. Пусть так, пусть как угодно, только ничего не говорить, не объяснять, не думать.

Он стаскивает с меня спортивные штаны и оглушает ударом по заднице. Я вскрикиваю и тут же получаю новый шлепок.

— Леш! — хочу голову повернуть, но он вжимает ее рукой и шлепает еще раз.

— С тобой было бы намного меньше проблем, начни ты отвечать на мои вопросы… Завтра ты что придумаешь, в жопу мне дашь, чтобы не отвечать?

— А так можно? – зачем – то спрашиваю. Если можно оттянуть момент истины, то я, наверное, даже на анальный секс готова.

— Дура, — лезет он рукой между ног, там, где уже так много влаги. Он раскатывает ее по складкам, проникает пальцами, глубоко и болезненно, но я только мычу, больше прогибаясь в пояснице. Чувствую касание сухой твердой головки. Да, да, да…. И когда только раздеться успел. – Моя психованная дурочка.

Он ласкает меня кончиком, скользит вверх-вниз, пока меня на атомы разбрасывает, пока ощущения острые всегда режут лезвием нервы, вынуждая стонать в голос. Он тут же мне рот пальцами затыкает и наконец оглушает все чувства яростным толчком. А за ним еще одним.

Я нутром чувствую его плоть без защиты. Каждую выпуклую вену, каждую сантиметр твердого члена.

Чееерт, как хорошо-то. Страхи и любые мысли уходят погулять, оставляя меня один на один с праведной яростью Леши. Он выбивает из меня стоны, а сам хрипит на каждый толчок. Я не уверена, что мой стол выдержит, но Костина это не тормозит, наоборот он только разгоняется с каждой секундой.

Он выходит резко, шлепая меня рукой по мокрым половым губам, распространяя запах смазки, задевая каждый нейрон в моем теле, каждый вкусовой рецептор. Я уже готова на все, только чтобы он не останавливался.

Скольжу по столу на пол и почти падаю щелью на член, тут же вскрикивая от остроты ощущений. Их так много, что хочется взорваться.

Я все еще к майору спиной, но теперь сверху. Он стаскивает с меня кофту. Обхватывает одной рукой грудь, другой помогает двигаться на нем, держа за бедра.

— Сама, давай сама, двигайся, — хрипит он, а я скачу на нем, удерживая себя рукам за ножки столика. Чувствую как влаги становится все больше, а между ног пошло чавкает, пока член снова и снова врезается в меня, как скоростной поезд на полной скорости.

Леша дергает меня на себя, почти укладывая себе на грудь, прикусывает кожу шеи.

Ревет зверем, пока я сама подпискиваю от удовольствия, от того, как идеально быстро член проникает в меня, словно подбрасывая. Выше и выше. Пока не задыхаюсь, пока воздуха просто не остается.

— Леш, я…

— Кончай, малыш, давай, — трогает он мой клитор, вынуждая взорваться.

Я кончаю бурно, меня уносит, тело рвет на части. Падаю на Лешу, а он прижимает одной рукой за живот, другой за шею.

— Теперь моя очередь, — поворачивает он меня и целует жадно, скользя языком между губ, сжимая ягодицу, пока я часто дышу и пытаюсь в себя прийти. Но не успеваю, как Леша толкает меня вниз. Хватает за волосы и бьет влажной, пропитанной моими соками, головкой по губам.

— Вылизывай, — подчиняюсь. Достаю язык и просто вылизываю свой и его вкус, что смешиваются у меня во рту, превращаясь в дико возбуждающий коктейль.

Я уже кончила, но похоть не отпускает. Я смотрю как светлые блики оставляют на теле Леши пятна, освещая участки его обнаженной груди.

Провожу кончиками пальцев по ней, задеваю соски, веду ниже, к кубикам на животе, царапаю их ногтями. Продолжаю при это выполнять его требование.

Леша запрокидывает голову, надсадно стонет, сжимая зубы, потом вдруг хрипит.

— В рот возьми, — и я с удовольствием втягиваю головку губами, сжимаю под ней кожу, чувствуя как венки пульсируют. Леша вдруг поднимает ноги, скрещивая их, фиксирует мою голову, не давая двинуться. – Носом дыши.

Я понимаю почему он это сказал, потому что через мгновение он начинает активно двигать бедрами, вколачивая член в мой рот. Я не могу, мне тяжело, потому что глубоко, но выбора не много, а мои ногти, врезающиеся в его кожу, только злят и заставляют двигаться сильными, длинными рывками. Глубже, сильнее. Я задыхаюсь, захлебываюсь слюной, пытаюсь вырваться, но бесполезно. Леша безжалостно трахает меня в рот, словно наказывает. Слезы, слюни, все это чавкает так сильно, что кажется вот-вот мы разбудим весь дом.

— Сукаа-а-а! – стонет Леша. Дергается последний раз, врезаясь в меня почти до горла, стреляя тугой струей в глотку.

Я захлебываюсь, но он тут же освобождает меня, тянет на себя. Я хочу ударить, даже замахиваюсь, но слышу. – Ладно, на серьезный разговор я теперь не настроен. Стелим и давай спать.

Гнев моментально утихает.

Моей благодарности нет предела. Хотя бы ночь провести спокойно в его объятиях без страха, что после моего рассказа он потеряется и сдаст квартиру милой семейной паре. Кому захочется быть с избитой мужем, травмированной истеричкой? Будет присылать алименты и на этом все…

Мы еле поднимаемся, смеясь и перешучиваясь принимаем душ и заваливаемся спасть. Я не сразу вспоминаю, что завтра и садик, и работа и контрольные не проверены и диплом не доделан.

Моя ответственность осталась где – то там между страхом и возбуждением. Мы еще час просто говорим. Леша рассказывает, как с компанией по молодости хотел ограбить придорожное кафе, где и впервые встретил пару Марата и Вики, а я вспоминаю мальчишку, которого видела на фотографии. Удивительно даже как тот щуплый белобрысый котенок превратился в такого матерого котяру. И я так рада, что познакомилась по-настоящему с ним именно сейчас. Я утыкаюсь в его шею, чувствуя запах собственного геля для душа. Слышу в макушку.

— Все – таки диван не очень удобный. Может завтра у меня останетесь?

— Это лучшее, что я сегодня слышала… — смеюсь я и радуюсь, пусть даже завтра все может изменится. Но сейчас он этого хочет, и я просто счастлива.

— Тогда решено.

Вдруг нас прерывает телефонный звонок. Теперь его гаджет. Он садится и тянется к стулу, на котором его вещи. Достает телефон, смотрит в экран и хмурится. Сразу берет трубку, очевидно, что – то важное.

— Сколько машин? Понял, выезжаю.

Он убирает телефон, тут же вскакивает одеваясь.

— Леш?

— У нас там угон только что поставленных тачек ГАИ. Нужно ехать, малыш. Будь на связи, ладно? Лежи… Кстати, где твой телефон?

— В сумке прихожей, – говорю, бросая голову на подушку. Он приходит, вручает мне телефон.

— Я вбил свой номер. Записал твой. Так что будем на связи.

— Леш, — говорю в спину, и он оборачивается.

— Лер, мне бежать надо.

— Просто скажи, как ты меня записал, — зачем –то спрашиваю, а он глаза закатывает, контакт мой показывает.

— Малыш, — читаю, улыбаюсь как ненормальная. Приятно дико.

— Малыш, — говорит он так, словно это самая естественная вещь в мире. Но у меня все равно мурашки по телу.

— А себя?

— Леша. Так и записал. Все, Лер, — подходит он снова, сжимает грудь, целует жадно. – Надеюсь, что скоро вернусь.

Он уходит, закрывая двери, а я почти сразу отключаюсь. Открываю глаза от звонка в дверь. Забыл он что – то? У него же ключи есть…

Поднимаюсь сомнамбулой иду по коридору к двери и на автомате открываю.

— У тебя же ключи…

— Привет, Лера, — перед глазами мой самый страшный кошмар. Я тут же дверь закрыть пытаюсь. Меня колотит от страха и ужаса, но он вставляет ботинок, не давая мне сбежать. – Зафиксируйте, господа, оказывала сопротивление.