Глава 37
Глава 37
Ника
Надежды на то, что душ мне поможет почти нет.
Чувствую себя ужасно.
Если совсем честно – мне хочется умереть.
Мне страшно. Дико страшно. Боюсь того, что со мной будет.
Но еще больше боюсь другого.
Боюсь, что эти двое начнут делать со мной все эти запретные вещи, и мне понравится.
Чёрт, мне уже нравится! Нравится, как бы я не старалась себя обмануть!
У меня еще есть шанс избежать этой участи. Один шанс, пока не стало слишком поздно.
Если мне удастся уговорить их меня отпустить! Удастся убедить, что я никому ничего не скажу об их грязных делишках.
Я уеду, уберусь из города, далеко-далеко. Может даже из страны уберусь! Никогда не вспомню о них!
Если они меня не отпустят я… стану игрушкой в их руках. Такой же игрушкой, как были сотни девчонок до меня.
Они приучат меня к сексу, научат получать удовольствие от всего. И я уже не смогу жить без этого. Без их порочных ласк.
Буду умолять их делать со мной все это, развращать, распалять.
Ох, Ника, Ника! Лучше не думать об этом!
Стою под ласковыми теплыми струями, наношу на тело гель, и представляю…
Представляю руки Марка, которые гладят меня, заставляя дрожать, сильные, страстные умелые руки! И губы… Губы Константина на моих сосках. И его взгляд, тяжелый, злой, обещающий страсть, боль и удовольствие.
У меня кружится голова, когда я представляю это, я настолько забываюсь, что не слышу, как кто-то входит в ванную, а потом…
Он словно читает мои мысли!
Марк! Обнаженный. Такой… такой красивый и… такой готовый!
- Я не хочу… уйди… пожалуйста! – умоляю его, обманывая саму себя.
Прошу о том, чтобы ушел, или… наоборот? Чтобы остался?
Мы стоим под тропическим душем, мокрые, я залипаю на капельках воды, которые стекают по его груди, ниже, по полоске волос стекающей прямо туда, где торчит мощное орудие.
Мне… мне так хочется его потрогать! Боже, что я творю! Нельзя!
А Марк только подначивает, подталкивая меня к пороку!
И его пальцы уже ведут вниз по моему телу, от шеи, по груди, по вершинкам сосков, еле задевая, дразня. Ниже и ниже… крутит пальчиком вокруг пупка, а потом…
- Марк… пожалуйста…
- Пожалуйста, что?
Уголок его губы ползет вверх. Он издевается. Он знает, что я хочу, дико хочу, чтобы он продолжал.
Не отрывая от меня взгляда, он опускается на колени. Это так эротично, просто с ума сойти!
Наклоняется ближе, чуть раздвигает мои бедра.
- Какая же ты красивая… Ника… Просто роскошная. Как дикая орхидея…
Он раскрывает складки, обнажая клитор, который, как мне кажется, припух, стал больше – не знаю, возможно ли это, где-то я читала, что да…
- Твой клитор похож на цветочек, маленький, экзотический бутончик.
Марк опускает голову, и я чувствую прикосновение его языка.
О, Господи, как это приятно! Горячая лава вместо крови несется по венам.
Еще… как же я хочу еще! Больше. Сильнее!
Но Марк не торопится, он просто лижет, мучает меня! Потом всасывает клитор, и я чувствую его пальцы, раздвигающие складки, входящие внутрь осторожно. Он не двигает ими, просто вставляет и все!
И это мучение! Мне так хочется, чтобы он двигался там! Толкался в меня! Почему он не делает этого?
Я слышу свой стон, словно издалека. Мои руки вцепляются в волосы Марка, стараясь притянуть его лицо еще ближе к моему лону, впечатать в него, заставить делать мне хорошо! Заставить его довести меня до грани, до оргазма!
- Пожалуйста, пожалуйста! – шепчу сбивчиво, потом кричу. – Пожалуйста, Марк!
Он вырывается из моего захвата, и я снова вижу его обжигающий взгляд и наглую ухмылку?
- Пожалуйста? О чем ты просишь, детка? Ты же хотела, чтобы я ушел? А?
Потом он резко разворачивает меня, я как безвольная кукла сама расставляю ноги, а он раздвигает полукружия моей попки, разглядывая другую дырочку…
О, нет, пожалуйста! Вот этого я боюсь больше всего. Мне страшно! Я не хочу…
Скулю, продолжая повторять просьбы, стону, чувствуя, как смазка предательски стекает по бедрам.
- Какая тут у нас красота! – тихо шепчет он, и я чувствую его губы на тугом колечке, а потом и язык!
Мамочки! Это так… так запретно! И так сладко! Особенно учитывая, что его пальцы сдавливают клитор, до нежной боли!
Моя грудь впечатывается в прохладную стену. Контраст сводит с ума! Горячая вода, горячий язык в моей попке, холодная стена, обжигающая соски.
- Пожалуйста, Марк…
Мне нужно не много! Еще чуть-чуть и я взлечу в небеса! Но он дразнит меня, нарочно меняя ритм, останавливаясь, как только я дохожу до предела, за которым взрыв.
Меня уже начинает трясти от напряжения. Внизу всё сводит, жажда разрядки заставляет меня потерять голову. Я пытаюсь вырваться, мне не нравится то, что он со мной делает!
- Тише, тише, малышка, что ж ты такая буйная, хочешь кончить, да?
Я как в тумане. Замечаю, как он разворачивает меня, прижимая спиной к мраморной стене, поднимается, нависая, дышит тяжело.
- Хочешь кончить, Ника? Скажи?
У меня почти нет сил ответить, я просто тихо выстанываю слово «да», почти плача, всхлипывая.
- Громче!
Я не могу, не получается! Снова шепчу:
- Да!
- Еще громче, детка! Скажи – Марк, пожалуйста, разреши мне кончить!
- Пожалуйста…
- Не так, - его лицо все ближе, его губы почти на моих губах, наши взгляды пересекаются, и я тону в его глазах… - скажи, малышка, Марк, Любимый, дай мне кончить…
- Марк… дай мне…
- Ты пропустила слово. Скажи – любимый, дай мне кончить…
Не могу! Я не могу так сказать! Если я скажу это, то возненавижу себя!
Трясусь как в лихорадке, медленно сползая по стене, плачу.
Марк не держит меня, позволяя моему телу распластаться по поддону шикарной душевой кабины. Закрываю лицо руками.
Мне так плохо!
Я опять позволила ему делать со мной все это! Не сопротивлялась, наоборот! Поддавалась, отвечала на ласки!
Я сдалась!
- Ну что ты, малыш? В чем дело?
- Уйди… пожалуйста! Уйди! Оставь меня! Я тебя ненавижу!
Поднимаю голову, наталкиваюсь на его изумленный взгляд.
- Ненавижу, слышишь! Я вас ненавижу! Вы, уроды, ублюдки! Сволочи! Извращенцы! Вы мне жизнь сломали! Ненавижу вас! Ненави…
Он резко поднимает меня, встряхивает, прижимает опять к стене. Смотрит прямо в глаза, не отрываясь. А его пальцы грубо и жестко хватают клитор, начиная резко его мять, а потом спускаются ниже, проникая в лоно тараня жестко, но не глубоко, сохраняя ту самую преграду…
- Давай, детка, кончай! Ну!
- Нет, нет…
Пытаюсь сдвинуть ноги, оттолкнуть его, но сил не хватает.
А он…
Он прижимается сильнее и его губы берут в плен мои. Жестко, резко, напористо, он словно пьет меня, наслаждаясь своей властью. И его пальцы становятся настойчивее, и я не могу бороться с желаниями тела, которые мне уже не подчиняются.
Еще мгновение, еще движение и я бьюсь в судорогах сильного оргазма, кричу, давлюсь слезами, понимая, что снова сдаюсь, снова предаю себя.
- Блядь, какая же ты охуенная, детка… Как же я хочу тебя!
- Не… ненавижу…
- Я в курсе. Продолжай. Я разрешаю тебе меня ненавидеть, пока ты так охренительно кончаешь. И, поверь, будет еще круче, когда в тебе будет мой член. Нет, не только мой. Наши члены. Когда мы будем иметь тебя вдвоем, одновременно, и ты будешь кончать до обморока.
- Нет..
- Да, милая, да…
Он ухмыляется, и я понимаю, что он прав… так и будет. Я проиграю им эту битву.
Но, возможно, мне удастся выиграть войну?
Странная мысль пронзает тело до кончиков пальцев… Быть может, в этом и есть моё спасение? Притвориться… отдать им девственность, усыпить бдительность… Заплатить невинностью за побег?
Нет… это просто сумасшествие какое-то… ведь так нельзя?
Тело всё ещё потрясывает от жгучих спазмов. Смотрю в одержимое желанием лицо Марка и понимаю. Да. Мне нужно дать им это. Пусть наиграются в моё тело. Пусть получат то, что хотят… И тогда…