Глава 55

Ника

Странно, но после того как Константин ушел и закрыл дверь я прилегла на кровать и почти сразу уснула.

Наверное, сказалось напряжение всех этих дней. И не только…

Напряжение ночи, когда я рассталась со своей невинностью.

Напряжение дня, когда я сказала «гудбай» невинности другого толка.

Ох…

Совсем не невинна. Нигде. Они сделали со мной всё, что захотели. Я поддалась, уступила. Мало того, я получила удовольствие.

Много, очень много удовольствия!

Думаю об этом и по телу разливается нега. Блаженство. Кайф… И чувство вины тоже. Сама себя перестаю уважать каждый раз, когда хочу ещё…

Мамочки! Ведь и правда хочу… Ужас какой-то! Ладно…

Ну и пусть! Да! Я такая!

Раз мое семейство окрестило меня шлюхой, значит…

Такой и буду. И никакой рефлексии!

Получу сполна за все с этих двух мачо! Буду купаться в наслаждении. А потом…

Потом не важно. Плевать на сожаления и на чувство, будто меня использовали. Одним днем буду жить!

Решительно накрываюсь одеялом и проваливаюсь в сон.

Сон снится странный. Вижу маму. Она такая счастливая, веселая.

Кружит меня, словно рассматривает платье, которое на мне надето. Потом мы останавливаемся перед зеркалом. Я вижу себя.

Я в белом.

Не просто белом! Я в свадебном платье! Во сне! Я знаю что сплю, но вижу все очень отчетливо.

Мама смеется, потом берет длинную, струящуюся фату и покрывает мою голову.

Во сне мне очень хорошо. Потому что я снова с мамой, и потому что счастлива!

Потом я вижу себя стоящей на лужайке. Впереди импровизированный алтарь, увитый розами. Я иду по дорожке, которую обрамляют букеты голубых гортензий. Я вижу, что у алтаря стоят двое.

Думаю, что один жених, а второй … свидетель? «Дружка», как их еще называют? Или…

Нет, они оба с одинаковыми бутоньерками. Два жениха!

И… я даже знаю кто они. Иду по дорожке к ним, они смотрят на меня, улыбаясь, и каждый протягивает мне руку.

А потом… они замечают друг друга. Смотрят зло. Что-то кричат, глядя в глаза один другому. Не вижу, кто первый бросается в драку. Только слышу свой крик, когда вижу кровь на их разбитых лицах. У одного разбит нос, у другого рассечена бровь. Они поворачиваются ко мне.

Я понимаю – ничья, победителя нет, и я должна выбрать, кто же станет моим мужем!

Делаю шаг и словно проваливаюсь.

Просыпаюсь.

Дышать тяжело. Сон такой реальный! И… что бы это значило?

Мне страшно. Потому что я уже видела сны, которые сбывались. Вещие сны.

А может быть это и к лучшему? Что если… они на самом деле начнут бороться за меня? Костя и Марк? Марк или Костя?

Тогда у меня есть шанс. Шанс выбраться отсюда живой и… нет, невредимой уже вряд ли.

Я совсем не невредима их стараниями.

Прислушиваюсь к своему телу. Я расслаблена. Низ живота чуть тянет. Но… не потому, что что-то болит.

Снова это вездесущее возбуждение… Кажется, словно моё тело так пытается справиться со стрессом, в котором оказалось. Заместить одни сильные эмоции другими. Отвлечься. Не думать о плохом… Ведь стоит только представить, в какой безвыходной ситуации я оказалась, то сразу руки опускаются.

Нет… Лучше я… займусь тем, чему меня научили пилоты.

Ох… неужели я стала такой развратной после одной лишь ночи? Одного дня, проведенного с ними?

В их руках?

О… их руки, на моем теле… нежные, умелые пальцы…

Не в силах сдержаться опускаю ладонь, нащупывая бутончик клитора.

Да! Это, конечно, не их прикосновения, но хоть что-то…

Начинаю медленно ласкать себя. Я не умею делать это, но сейчас просто не могу оторваться! У меня на самом деле такая нежная и приятная кожа там!

Провожу по складкам, которые тут же покрываются смазкой. Еще раз, и еще… Голова начинает кружиться, возбуждение накатывает. Представляю их губы, ласкающие мою киску. Одной рукой глажу себя внизу, второй нащупываю сосочек, прищипываю, издавая протяжный стон.

Хорошо!

Почему я раньше этого не делала? И… неужели, после того как мои мучители меня выставят из своей жизни я буду вынуждена делать все это сама?

Мне остается немного до финала, я вот-вот кончу, но какой-то странный шум меня отвлекает.

Шум идет со стороны улицы, от окна. Кажется, я вижу тень!

Мне дико страшно, я не успеваю вскочить, только хватаю подушку – такое себе орудие защиты, конечно, но…

Шторы раздвигаются, и кто-то прыгает прямо на кровать! Я открываю рот, чтобы закричать, но ужас парализует. Вдруг это бандиты, которые сейчас похитят меня?

Горячая тяжелая рука ложится прямо на мой рот. Меня прижимают к кровати.

Дрожу от страха, брыкаюсь, пытаясь вырваться. Но слышу знакомый голос.

- Тише, моя дикарка! Тише! Все хорошо.

Это я…

Марк! Господи…выдыхаю, пытаясь унять дрожь.

- Орать не будешь?

Мотаю головой, и он убирает руку.

- Что ты тут делаешь?

- Этот придурок, Костя, тебя запер. А я… хотел увидеть. Спросить. Как ты тут? Он… он ничего тебе не сделал?

- Нет. Он закрыл меня и ушел. Я спала. Не видела его. И не слышала.

- Ясно. Как… как твоя попка, болит?

Смущаюсь, разве о таком спрашивают?

- Детка, это нормальный вопрос, не бойся. Я должен знать. Я… не собираюсь снова поиметь тебя туда, по крайней мере не в ближайшие сутки. Так как?

- Все нормально.

- Ясно. Хорошо.

Молчит. Потом берет мою руку, гладит, подносит к губам, целует пальчики…

- Ты такая сладкая… Такая невинная малышка.

- Уже нет.

- Да… мне лучше знать. Я… я хотел спросить, ты…

Он поднимает мою голову за подбородок, заглядывая в глаза.

- Тебе было хорошо со мной?

Киваю, я все еще смущена.

- Тебе… тебе было со мной лучше, чем с ним? Чем с Костей?

Что? Неужели и Марк туда же? И какая ему разница? Какая им разница если я… если я для них просто игрушка? Кукла для секса? Что ж… если он так хочешь знать…

- Да, - говорю тихо, но уверенно.

- Что?

- Да… ты… ты более нежный, ты заботишься обо мне я… чувствую.

- Малышка…я стараюсь, разве с тобой можно иначе? Девочка моя…

Он наклоняется ко мне, берет мои губы в плен, сначала осторожно, потом все наглее, словно ставит клеймо.

А потом…

Он делает что-то нереальное. От чего мне кажется, что я все еще сплю…

Надевает на мой палец колечко и спрашивает:

- Детка… будешь моей невестой?