Глава 18

— Спокойно, спокойно, не дрожи так, — шепчет Тимур, начиная мягко во мне двигаться. — Он не должен думать, что тебя так вставляет, он должен завоевать тебя, Оксана.

Господи, что он несет, почему он еще способен думать и говорить. Какой может быть он. Когда есть только Тимур. Только его руки на теле, только его член внутри. Скользит, натирает, растягивает.

— Расслабься, на меня посмотри.

Да что ж такое…

— Как я могу расслабиться, если ты все время болтаешь блин, — наконец фокусирую взгляд, а он улыбается.

— Ты должна уметь смотреть в глаза во время секса, это вставляет даже лучше, чем минет, — толкается снова, достигая кончиком самого края. Легкая боль отдается в низ живота. Смотреть в глаза во время такого крайне непривычно, стыдно, аморально. Я отворачиваю голову, но Тимур удерживает за подбородок.

— Смотри, смотри, как я тебя трахаю. Научись смотреть и не стесняться, — требует он, и я как завороженная пялюсь в его лицо, замечаю капли пота на виске, губы сжатые в тонкую линию, напряженную челюсть.

— Руки на комод, вцепись в него, — хрипит он, сам словно вздрагивая. Подчиняюсь. Спокойно выполняю его требование. Кажется готовая выполнить сейчас все, что он скажет. Я пальцами обнимаю углы комода, почти до боли, чтобы не соскользнуть.

Сам он замирает, оставляя член во мне, пульсировать, еще больше разбухать.

— Теперь сама…

— Что, — я почти не соображаю, просто дышу через раз, смотрю на его обнаженное тело.

— Сама бедрами двигай. Скользи по мне, как скользила вчера по ветке.

— Не самое сексуальное воспоминание.

— Это для кого как. Я потом твою задницу не раз на своем члене представлял. Давай, я как бы тоже не железный. Просто двигай бедрами.

Повторяю его движение, закусывая губы и ощущая, как даже сквозь латекс пульсируют его вены, как царапают нежные стенки, словно острым ножом мякоть фрукта.

— Быстрее, — рявкает, а я подчиняюсь снова, скользя уже влажной задницей по скользкой поверхности комода. Быстрее. Быстрее. Пока внутри гореть не начинает. Пока жар тела в грудь не бьет. Выше поднимается. Во рту пересыхает, я открываю рот, чтобы воздуха глотнуть, пока мои бедра молотом бьются об его наковальню. Еще. Еще. Еще.

— Давай, давай, котенок, вот так. Скажи, что хочешь быть моей грязной сукой.

— Что? Зачем? — торможу, а он злится, пальцами в бедра впивается.

— Говори!

— Хочу… быть твоей грязной сукой, — шепчу, чувствуя, как от каждой буквы, сложенной в аморальные слова, буквально ток по телу растекается, искрит там, где убойное трение. Теперь он главный, теперь я просто кукла, которую он натягивает все быстрее, с рыками и приказаниями.

— Скажи как тебе нравится.

— Мне нравится

— Скажи, что чувствуешь мой член внутри себя.

— Я… чувствую член внутри себя, чувствую, как он скользит во мне, чувствую. Как разрывает меня…

— Еще, блядь, Оксан, говори еще.

— Еще, еще. Делай это.

— Не то слово. Трахни, скажи, трахни меня.

— Трахни меня, — почти реву от переизбытка гормонов, что плещутся в теле, что выплескивается с каждым ударом по стенке матки. — Трахай меня, Тимур, сделай меня своей сукой.

— Да, ты очень грязная сучка, — дергает меня за волосы, в губы кусает поцелуем, достигая такой скорости, что комод просто начинает биться об стену. Чаще. Сильнее. Больнее. Внутри все кипит, между ног горячо, в груди сердце рвется, а в рот жадно язык толкается, пока мы в унисон мычим, двигая телами, словно в пошлом танце, словно пытаясь выбить из друг друга остатки сил.

Он вдруг тормозит, выходит, опускаясь на колени. Я даже звук издать не успеваю, как он просто накрывает мою промежность губами, вставляя пальцы сильно и до конца.

Тело накрывает приливной волной, я забрасываю голову, бьюсь затылком и кричу, ощущая, как тело пронзает острыми импульсами. Да, да, да!

— Да! Да! — это оргазм, я его узнала, но другой, ярче, сильнее, словно высасывающий энергию, словно растворяющий меня в пространстве. Я просто вцепляюсь в опору его волос, просто кричу, пока он пьет меня, пока из меня выходит столько влаги, что стыдно даже думать об этом.

Лизнув последний раз, он встает и смотрит, просто смотрит, пока последние спазмы отделяются от моего тела, оставляя меня в полном раздрае. Словно только что я побывала в другой реальности, а теперь мне нужно возвращаться.

Он снимает меня с комода и подтягивает к себе, целует влажно, причмокивая, а я с удивлением обнаруживаю свой вкус на своих губах. Это так странно. Но не противно. Просто по-другому. Сейчас это кажется естественным. Даже, когда он меня поднимает к себе на бедра, перешагивая собственные штаны. Даже, когда на диван падает и меня на себя опускает.

— Ты не…

— Нет, тебе нужно очень постараться, чтобы заставить меня кончить, котенок, — шлепает он меня по заднице, тут же заваливает на диван и ноги высоко задирает. Легкий дискомфорт тут же сменяется желанием, стоит ему приставить кончик члена с влажным, набухшим половым губами. Он давит на свой член, который легко теряется внутри, который легко достигает края.

— Просто дыши, — шепчет он в губы, тянет одну, начиная двигаться. Сразу и резко, сразу и до моих криков, которые эхом бьют мне в уши. Я просто закрываю глаза и растворяюсь в этом чувстве, просто дышу и чувствую, как трением достигается новый оргазм, подбирается хищником, внезапно вцепляясь мне в горло, вынуждая криком захлебываться. А Тимур все долбит, просто вбивает меня в диван, стягивая обе груди ладонями, работая бедрами как фабричный станок, ни на мгновение не давая нам передышки, пока не застывает внутри, пока не прикусывает сосок. Вытаскивает резко, стягивает презерватив и просто брызгает мне на грудь горячими каплями. Я в некотором шоке просто от всего.

— Теперь в рот.

— Что? — я каждый раз словно язык другой слышу, но вытирает с моих сосков капли.

— Оближи пальцы, покажи, как тебе это нравится. Тебе же нравится.

Я просто не знаю что отвечать, но и отказать сейчас не в силах. Так что сглатываю, приоткрываю губы и втягиваю сразу три его пальца, чувствуя, как во рту соль словно тает, становясь кисловато — сладкой.

— Поняла, как нужно вести себя во время секса с мужем?

Муж, муж, муж. От этого «муж», у меня буквально падает все. Наслаждение, что било приливной волной, становится болотом, что стекает с моих волос грязной паклей.

Киваю, вытаскивая изо рта его пальцы, тут же опускаю ноги и скатываюсь на пол. Диван. Ну да, именно тут вчера я поднимала презервативы, именно тут я вижу тот, что он снял.

Он тут же от дивана отталкивается, уходит, оставляя меня одну. Я поднимаюсь на ноги. Все удовольствие осадком оседает в горле.

— Пить? — приносит он стакан, а я беру дрожащими пальцами. Ну вот чего я. Мне же хорошо было. Что я жду. Одобрения? Объятий. Того, что даже от мужа никогда не получала.

— Сейчас пару мгновений передохну и можем продолжить обучение. Тем более ты такая способная ученица.

Пью воду и качаю головой.

— Я наверное пойду. Поздно уже. Вдруг муж снова позвонит.

Он пожимает плечами, натягивая трусы. Ему все равно. И мне тоже. Я получила все, что хотела. Наверное.

— Хочешь уйти, я провожу тогда, — говорит он, смотрит на меня, не отрываясь, а я воду проглатываю, не делая ни одной попытки найти выход из этого сексуального капкана. Вдруг чувствую как мужские руки обнимают сзади, а уже стоячий член трется об попку. Внутри все узлом стягивается, потому что мне не хочется уходить. Только не сейчас. Уже завтра я снова вспомню, что я мать и жена, а сегодня… — Но лучше я провожу тебя в спальню для более детального рассмотрения учебного материала.

Вскрикиваю, когда стакан летит на диван, а я лечу на его руках по воздуху прямо туда, где большую часть пространства занимает огромная кровать.