Глава 52

Их можно понять. Делить не хотят. Нужно подумать и поставить себя на их место. Смогла бы я вытерпеть рядом с собой соперницу? Делить с ней любимого мужчину.

Однозначно нет.

Их можно понять, а это значит, что выход тут один. Единственно верный.

Нужно бежать.

Валить на все четыре стороны, пока эти двое не разрушили меня как личность. Окончательно. Пока я не превратилась в мясо, которое, не поделив, сожрут.

Мои чувства им не важны. Они все равно сделают все по-своему. И вместе быть мы не сможем, а переходить из в руки… Увольте. Потому что состояние у меня близкое к истерике. Ради них я готова на все. Даже уйти из их жизни. Ради них. И ради себя. Потому что Ренат прав, такие отношения ненормальны. И мои чувства к обоим — ненормальны. Они сделают мне больно. Больно сделают себе. И в итоге мы разрушим сами себя. Я не вынесу этого, как они не могут понять.

Единственный разумный выход, который я вижу в этой беспросветной заднице.

Бежать.

Просто сесть на первый попавшийся автобус и уехать.

Куда? Этого я не знаю. Зато хорошо понимаю, что, если не сделать все по уму… Найдут, из-под земли, гады, достанут.

И все снова вернётся на круги своя. Дележка. Боль. Похоть. Страдания.

Нужен план. Четкий, простой.

Эти мысли ещё долго не дают мне сомкнуть глаза, но утомившись, я все же погружаюсь в тревожный сон.

Мне снится бойня, кровавая. С оружием и взрывами. В эпицентре они. Мои любимые мужчины. И я смотрю на это. Будто со стороны. Будто приведение.

А сердце так гулко бьется, ведь страшно до жути. Если с ними что-то случиться? Я не переживу. Как я буду жить без их наглости, без их доброты, без их силы духа.

И я сквозь слезы тяну руку, хочу дотронуться и начинаю дико кричать. В них стреляют. На моих глазах. И я не могу помочь. Потому что слабая. Потому что глупая, маленькая девочка.

Картина бойни отдаляется все дальше, а я все кричу и кричу. Реву и не могу успокоится.

— Ренат! Захар!

— Эй, Катя!

Кто-то хлопает меня по щекам и я, еле разлепив глаза вижу размытый образ тонких черт, круглого личика, обрамленных светлыми волосами.

Кристина. Она, как ангел. Прекрасная, чистая, невинная.

— Давай, просыпайся, — приказывает она и я открываю глаза вновь. — Тебе приснился кошмар?

Я киваю, чувствуя, как от страха еще стучат зубы, а пижама промокла насквозь.

Откидываю от себя тёплое одеяло и оглядываю освещенную желтым светильником комнату.

Я дома, все хорошо. Мом мужчины тоже. Это главное.

Сон всего лишь плод моего воображения. Ведь до очередной полугодовой командировки им еще много времени.

— Не пойму, как ты вообще заснула с таким шумом, — говорит вдруг Кристина и я ее не понимаю. Недоумеваю, но она показывает пальцем на дверь. — Это началось час назад.

Я прислушиваюсь и понимаю, что в доме играет тяжелый рок, да еще так, словно у кого внизу лишние ушные перепонки. Ну точно не у нас!

Они там еще и гоготать могут, сквозь такие биты.

— Какого хрена? — возмущаюсь я и поднимаюсь с постели.

Стягиваю мокрою пижаму, быстро одеваю свежую и сверху халат. Открываю дверь и меня почти сносит волной баса. Совсем офанарели?

— Кристина пошли! — мне нужна поддержка.

— Может быть я здесь, тихонько.

— Ты приехала мне помогать. Вдруг они меня там изнасилуют.

Кристина ворчит, завязывает свой длинный сиреневый халат и ворчит, что-то вроде:

— Ты только на это и рассчитываешь.

Мы идем по коридору вместе, держась за руки, но как с каждым метром я чувствую, как страх уступает место злости.

Это значит я страдаю, реву, а они устроили вечеринку в моем доме!

Ну я сейчас им настучу по тупым головам.

А если они привели баб, то это будет последней точкой. Я сама лично пущу каждому пулю в лоб.

Но выйдя на балкон и взглянув вниз, я немного выдохнула. Телок не было.

Зато был левый мужик, что заламывал руки Ренату.

Захар сидел в кресле с огромной сигарой и подбадривал мужиков.

Те же пытались друг друга уложить на лопатки. Вокруг валялись куча бутылок из-под пива. Открытый вискарь отца стоял на столике между креслами. Это между прочим виски, которому больше двадцати лет. Отцу его подарил сам министр обороны!

Различные закуски, фантики от конфет. Плотный сигаретный дым заполнил все пространство.

В общем… дикий срач.

Тру переносицу, чувствуя, как меня скручивает мигрень.

Да бля!

Вчера же все убирали, после погрома.

С каждым днём убеждаюсь, что жить с мужиками отвратительно!

Это такие свиньи! Неблагодарные! Особенно эти.

И все бы ничего, возненавидеть бы их. Но блин, какие же они красивые. Мускулистые. Возбуждающие. И Захар так удобно раскинулся в кресле. Я могла бы подойти, присесть к нему на колени, чтобы ощутить попкой бугор и вдохнуть вредный дым.

Катя, о чем ты думаешь?! И почему ты уже на первом этаже?!

Давай, возьми свои розовые очки и выкинь их в мусорное ведро!

Музыка орет так, что уши закладывает. Поэтому, первым делом, иду к музыкальному центру и делаю значительно по тише. Значительно, это когда вместо менсона начинаю орать я.

— Какого дьявола здесь происходит!?

Ни один не обратил на меня внимание. Они продолжали заниматься своими делами. А Захар уже с кем-то разговаривал по телефону.

— Кать, может обратно пойдём? — Кристина хватает меня за руку и притягивает на себя.

Бледная как моль, глаза в пол лица, она смотрит на драку мужиков, и с каждым ударом все сильней вжимается.

Она ещё не отошла от прошлой. Плакала вместе со мной, хотела уже уходить, шарахалась от каждого звука.

К такому она была не готова.

— Я хочу узнать в чем дело, — говорю ей и иду по направлению к Захару.

Хлопаю его по плечу. Он оборачивается, улыбается как новогодняя гирлянда. И когда я уже открываю рот, чтобы сказать, какой он придурок, тянет меня на себя. Сажает на коленки.

Прямо как… Нет, нет. Не надо!

— Любимая, ты пришла, — глаза пьяные, он даже не может сосредоточить на мне взгляд.

— Ты ничего не хочешь мне объяснить?

— Не-а, — сказал он и вжал меня в себя, начал причмокивать и лезть целоваться.

Фу… — отворачиваю от себя пьяную морду.

Тем временем мужики заканчивают больше показную драку и поворачиваются к нам.

Ренат, довольный как ребёнок, глаза блестят, на губах счастливая улыбка.

Перевожу взгляд на гостя и… Во-у.

Я же знаю этого мужика. Это его я видела в бойцовском клубе.

Как там его… Зверь, да точно. 1439f7c

Страшный пиздец. Сейчас без рубашки, со вздувшимися венами на смуглой коже. Штаны спущены, так что виднеется лобок.

Дикарь.

Огромный, на пол головы выше Рената.

Улыбка его похожа на оскал гиены. От нее даже кожа так мурашками покрылась.

Он сначала на меня посмотрел, а потом левее и меня взял страх. Потому что взгляд его уперся стрелой в Кристину. Ощупал, облапал, не удивлюсь, если уже нагнул и трахнул.

Черт! Он оскалился и пошёл прямо на побелевшую от ужаса Кристину.

— О, вот и шлюшка подоспела, — засмеялся утробно, и лапища свои огромные протянул.

— Остановите его! — воскликнула я и резко поднялась на ноги. — Не трогай! Кристина, беги!