Глава 17

Таня

Путь домой я пережила в какой-то прострации. Ужасной, пьяной прострации, которая никак не помогала осознать, куда мы едим и через сколько прибудем в конечный путь назначения. Я то приходила в себя, то опять уплывала в страшную темноту. Меня сильно мутило, желудок противно ныл, голова шла кругом.

Руслан держал меня на руках и сквозь дрему грозно приказывал не спать. Но я все равно засыпала, а затем резко выныривала из сна. Каждый раз, когда мне удавалось открыть глаза картинки менялись, а сердцебиение запускалось с такой силой, что казалось грудная клетка лопнет надвое.

Господи, как же плохо…

— Я больше никогда в жизни не буду пить… ик… — едва смогла проговорить, когда меня потащили куда-то из машины.

Свежий ветерок облизал мое лицо, шею, и дышать стало легче. Тошнота немного отступила. Затем я заметила что-то похожее на мой подъезд, коридор… знакомые двери моей квартиры. По крайней мере, очень похожие двери.

Или я еще сплю?

Опять картинка поплыла и я крепче прижалась к широкой груди Руслана, чтобы не потеряться и упасть.

Аромат корицы и яблока недавно купленного освежителя подсказал, что это не сон. Я и правда в своей квартире.

И особенно я поняла, что не сплю, когда мое тело опустили во что-то прохладное. Даже слишком холодное. Вода? Господи, я что тону? Испуганно дернулась, пытаясь спастись, и невольно ухватилась за чьи-то плечи… крупные такие…накаченные. Паника по новой ударила по моему нетрезвому сознанию, лишая возможности рационально мыслить.

— Таня, успокойся, это всего лишь ванна, — из кокона беспамятства меня вытянул голос соседа. С трудом прогнала пелену перед глазами и убедилась, что это действительно он. Руслан наклонился над бортиком, а я, как утопающая, цепко держалась за него, рвано дыша.

— Тебе нужно прийти в себя… Ты сегодня что-то конкретно набралась… — донеслось как сквозь вату. Он аккуратно опустил меня в ледяную воду, отчего тело отозвалось миллионом мелких мурашек. — Таня — Таня, нельзя столько пить без привычки…

— Я не специально, — проговорила одними губами. — Так получилось.

— Еще не хватало, чтобы специально, — недовольно усмехнулся Руслан. Все таки услышал, что я говорила. — Держи, должно стать легче.

На протянутой руке сосед держал две маленьких белых таблетки. И я, не задумываясь, проглотила их, словно желанный нектар, который должен был спасти меня от смертельной болезни.

Пилюли поцарапали сухое горло, но мне было все равно.

Слабый вздох сорвался с моих губ, и я зажмурилась, пытаясь прогнать непрошеные слезы. Но тщетно. Соленые капельки без спроса побежали по моим щекам. Я заставила себя несколько раз моргнуть и небрежно вытерла холодной рукой лицо.

— Уйди, пожалуйста, — прохрипела едва слышно. С последних сил обернулась спиной к соседу, содрогаясь от потока слез. Онемевшие конечности неприятно покалывало от смены температуры. Но чем больше я приходила в ясное сознание, тем больше меня накрывало тотальное чувство стыда и смущения. Особенно, когда память не вовремя подкинула позорные кадры. Как я напилась, как меня вырвало перед клубом, затем на сиденье в такси… Как Руслан заботливо вытер остатки рвоты с моего лица… Как пытался напоить меня водой…

Встряхнула головой, прогоняя жалкие воспоминания. Душу разрывало от неловкости перед соседом. Мамочки, да что ж мне так не везет в последнее время?

Съедая себя укорами я ушла под воду и спустя мгновенье с шумным вдохом вынырнула, опять окутанная громкими криками совести, какая я дура.

Из очередного потока мыслей меня вырвал резкий рывок вверх, и вот я, вся мокрая и дрожащая, как собачка, уже прижата к горячему телу соседа. Вместо футболки и джинсов он был лишь в одних черных боксерах.

И когда только успел раздеться?

Мои окоченевшие руки, грудь, живот, ноги благодарно отозвались на обжигающее тепло кожи соседа. А когда он накинул на меня бархатное полотенце и начал промакивать мое мокрое тело, то я чуть не замурлыкала от ощущений довольной кошкой.

Ммм… Да… Как же хорошо…

— Теперь нужно согреться, — бархатный голос приятно обволок мой слух, и я, несмотря на свою наготу, расслабилась. — Не хватало еще воспаление легких после пьянки подхватить. И прекращай реветь, Таня, — его шершавые пальцы вытирали бегущие из моих глаз слезы. Ничего страшного не случилось. — Со всеми бывает.

Легко сказать. Как же не реветь? Мне хотелось провалиться сквозь землю и больше никогда в жизни не попадаться соседу на глаза. Хотелось малодушно забраться в кроватку и пересидеть мой позор под одеялом, пока все о нем не забудут. В частности Руслан и мой теперь не очень любимый Чернов. Но увы. Сейчас это было невозможным.

Я уже во всю представила, что меня ждет в понедельник на работе. Наверное, придется писать заявление по собственному желанию. Не думаю, что все так просто решится.

Неудачный стриптиз, лапанье студента, очищение желудка… Мда, я просто мастерица позориться. Полагаю, после выходных будет мой последний день в университете. И что тогда делать я не знала.

— Тань, я серьезно. Прекращай разводить здесь сырость, а то накажу.

Я шмыгнула носом и кивнула, мол, хорошо, я поняла. Хотя, это было совсем не так. Настолько униженной и опозоренной я не чувствовала себя никогда. Но со соседу это знать необязательно. Да и что он мне может сделать? Опять оставит без оргазма? Пускай наказывает. Это меньше всего меня сейчас волновало.

— И умничка, — сосед вынес меня из ванной комнаты. Несколько быстрых шагов, и мы оказались в моей спальне. Он аккуратно положил меня на кровать и укрыл тяжелым одеялом. — Сейчас я вернусь. Постарайся ничего не натворить за время моего отсутствия, — хохотнул Руслан и скрылся за белой дверью.

Зубы перестали выбивать чечетку от холода, приятное тепло, подаренное хлопковым одеянием, постепенно окутывало меня.

Не знаю сколько времени я провела наедине с собой, но я уже порядком согрелась. Хотелось заснуть и забыть все, как страшный сон, по крайней мере, я на это очень надеялась.

Не смогла сдержать зевок. И еще один. Глаза невольно слипались, грозясь меня резко погрузить в тревожную дрему.

— Даже не вздумай спать, — грозный приказ Руслана, и я дернулась на кровати, придавая себе невозмутимый вид. Мол, а кто вообще собирался спать?

— Я тебя ждала, — пролепетала осипшим голосом. — Что это у тебя? — зевнула, кивком показывая на пиалу в его руках и присела возле изголовья кровати.

— Чай, черный и очень крепкий, — сосед услужливо протянул мне большую посуду. — Пей, алкашик ты мой неопытный.

— Не хочу, Руслан. Мне плохо, — сморщила нос, ощущая как недавняя тошнота возвращается. Ненавижу черный чай, а тем более, крепкий. — Мне нужно отдохнуть, и все само пройдет, — я отложила посуду на прикроватную тумбочку и с головой укрылась одеялом.

Но спокойно уснуть мне не дали. Сосед нагло сорвал с меня хлопковое укрытие и одним рывком посадил под руки обратно на подушки.

— Таня, это не шутки, — с особым упорством он опять протянул мне тот злосчастную пиалу. — Пей, быстро. Иначе, вызову нарколога. У меня есть один знакомый врач. Пускай поставит тебе капельницы.

— Руслан, я тебе говорила, что ты невыносим? — со злостью прохрипела. Дунула на горячий чай и сделала первый глоток. На удивление, крепкий несладкий напиток не оказался чем-то противным. Его реально можно пить.

Уже смелее выпила еще. Затем еще. Сама не заметила, как на дне пиалы остались только мелкие листики чая.

Действительно, стало легче. В голове немного прояснилось, да и тошнота куда-то пропала.

— Не так и трудно, правда? — усмехнулся сосед. — А теперь можешь поспать, — не дожидаясь моего ответа, он накрыл меня по шею мягким одеялом.

Уже ныряя в сладкое забытье, я почувствовала как позади меня слабо продавилась кровать, и огромные ладони легли мне на живот, притягивая меня ближе к их владельцу.

— Что ты делаешь, Руслан? — сонно пробормотала, не понимая, реальность ли это. — У тебя есть своя комната…

— Постерегу тебя до утра, от греха подальше, — хохотнул сосед и уткнулся носом мне в макушку… — А то опять придется спасать тебя, непутевую.

Хотела ответить что-то язвительное, но сил совершенно не осталось. И я лишь устало хмыкнула. Ничего. Я завтра с ним поговорю. А сейчас точно отдыхать.