Глава 8.

*** Илий ***

Ого. Да, она ведь уверена в своих словах. Это ж как надо бчыло засрать мозги?! Что за чушь? Да, она же сексуальная бомба замедленного действия.

— Вишенка, ты хоть понимаешь, какой вызов делаешь мне этим заявлением? — скалюсь, предвкушая как буду доказывать ей ее секс-пригодность. — Теперь я обязан доказать, как ты ошибаешься.

— Илий, вы не понимаете. Я была замужем два года и ничего…

Приехали. К сестре в смысле.

Останавливаю машину возле ворот дома Корзунов, заглушаю мотор.

Между нами воцаряется густое молчание. В салоне выключаю свет и только блеск магнитолы падает ей на лицо, добавляя магии. Нет, ей точно нужно запретить ходить по земле и приковать к кровати. Даже не знаю, что может случится, чтобы я перестал хотеть ее трахнуть.

— Вы опять смотрите.

— А ты опять меня хочешь…

— Не правда, — прикусывает она губы, хочется отвернуться, но я цепляю рукой подбородок. – Я не могу. Я не умею.

Сердце барабанит об ребра. В теле ноет предвкушение. Столько трепета в теле, столько жажды удовлетворения в глазах.

Желание убедить её, как же она не права просто убивает.

— Лика, милая. Женщина — это оружие, — рукой касаюсь пухлых губ, щеки, спускаюсь к оголенной тонкой шее. Вздрагивает. Глаза прикрывает. Тянется ко мне всем телом. – Но не у всех есть разрешение им пользоваться — раз. И не все умеют им пользоваться — два.

— А вы значит, умеете? – еле слышно шепчет она, пока переплетаю наши пальцы и рукой давлю на затылок, приближая ее лицо к своему.

Сладкое дыхание опаляет губы. В тело проникает яд похоти и острого желания. Познать. Научить. Разодрать на части и удовлетворить каждую.

— Я мастер, — шепчу ей в губы и впечатываюсь, сразу пробираясь в рот языком и вылизываю небо. Не даю и шанса отстранится или сказать слово против.

А она и не хочет. Даже не понимает, как действую на нее. Ничуть не меньше, чем я на нее.

Касается языком моего. Сначала осторожно, потом смелее. Руками обхватывает плечи и активно трется о грудь сиськами.

Пытается вступить в игру, взять инициативу. Но я лишь глубже толкаюсь в рот, почти насилую ее, окончательно пленяя разум.

Целую. Целую. Целую. Имитирую половой акт, показывая, как это будет между нами. Воздуха в легких почти нет. Задыхаюсь. Но и ей не даю возможности даже вздохнуть. Пусть учится задерживать дыхание, потому что скоро, совсем скоро она будет давиться моим болтом.

Тело горит и лишь прохладные пальчики на шее дарят облегчение. Такие маленькие и нежные, что мозг просто отключается. Горит огнем. Плавится. Запах. Мягкость и упругость тела. Желание подарить ей оргазм, привязать к себе так, чтобы потом и не думала никогда, ничего скрывать. Все это дурит башню, накреняет ее так, что и мысли остановиться прямо сейчас не возникает.

Трахнуть. Сейчас. И по хрен где мы. И по хрен, что неудобно. Было бы желание, а возможность вставить я всегда найду.

Расцепляю руки, чтобы обхватить два шарика груди. Упругие. Сочные. Так бы и сожрал. Сжимаю, мну, чувствуя через ткань, как заострились соски. Фригидная, ага.

Она мычит мне в рот, когда я нахожу их пальцами. Чуть сжимаю, начинаю покручивать. Настраивать ее тело на нужный мне лад.

Член уже готов вырваться на свободу. Ткань неприятно натирает. Одной рукой вытаскиваю грудь себе в руку, и отпускаю рот, чтобы в миг втянуть маленький сосок. Их я очень хорошо запомнил. Ни у кого такой нет груди. Округлой, крупной, с маленькими розовыми сосцами. Мечта анимешника, реально.

Она издает стон, закидывает голову назад и торопливо тянет меня за волосы. А моя вторая рука уже между ног, уже оттягивает влажные трусики и окунается в приятное тепло. Ох, черт. Даже палец. Она так сжала палец, что член просто бесится от невозможности в сию секунду его заменить.

Но я мысленно приказываю себе терпеть, потому что на очереди вторая грудь. И я медленно начинаю потрахивать киску, в том же темпе, что и посасывать сосок. По пальцу течет влага и я в миг достаю его и отклонившись пробую на вкус.

Вот это девочка. Она открывает поддернутые пленкой похоти глаза, а я наклоняюсь, рукой нахожу рычаг, чтобы опустить ее кресло.

— Чтобы ты знала, Вишенка. Фригидность – это невозможность возбудится. А у тебя с этим полный порядок. Ты же хочешь меня.

Она в полудреме кивает, тянет меня за волосы на себя и мигом принимает поцелуй. Я уже готов закинуть ногу через нее и начать искать вход членом. Готов это точно. Осталось только расстегнуть ремень и ширинку. Еще немного.

— Лика…Пиздец тебя хочу…

— Илий, пожалуйста, Илий, — рвано шепчет она и вдруг сквозь эротическую дрему слышу стук в окно. Не сразу осознаю, что это. Да я бы плюнул. Но совесть не позволяет мне трахнуть Лику перед домом сестры. Черт.

— Прости, милая. Придется нам отложить наши игры…

— О чем вы? – поднимает она голову и забавно хмурится. Она вообще может делать что-то не идеально?

— На нас смотрят.