Глава 2

Рекрутинговый центр оказался не строгим военным кабинетом, как я себе представляла, а просторным залом с мягким освещением. В центре, вокруг круглого стола, расположилась самая странная троица, которую мне доводилось видеть. И поверьте, после завсегдатаев «Дырявой кометы» меня было трудно удивить.

Первым заговорил тот, кто походил на гигантское насекомое. Сухопарый, метра три ростом, он стоял на шести тонких, как тростинки, конечностях. Его голова, с огромными фасеточными глазами, повернулась ко мне с тихим механическим щелчком, сделав почти полный оборот.

— Госпожа Аска Редфорд, — произнёс он, и каждое слово сопровождалось едва слышным кликом, будто внутри у него работал какой-то механизм. — Вы прибыли. Ваша пунктуальность, — он сделал паузу, — статистически аномальна.

Рядом с ним что-то булькнуло. Это был Блорп, желеобразное существо, похожее на огромную каплю лавандового киселя. Он лениво перекатился поближе, и висевший над ним диск-переводчик ожил, транслируя его бульканье в тягучий, скучающий голос.

— Такой стресс… очень вреден для пищеварения. Надо было съесть что-нибудь успокаивающее перед выходом. Например, пару нейро-пончиков.

Но моё внимание приковал третий инструктор. Это был трицефал — гуманоид с тремя головами на одной широкой шее.

— Наконец-то! Я же говорил, она придёт! — радостно воскликнула правая голова, которую, как я позже узнала, звали Зик.

— Пришла, но опоздала! Это плохой знак! — тут же возразила левая голова, пессимист Зак. — Мы провалим всю миссию!

— Успокойтесь оба, — вмешалась центральная, самая рассудительная голова по имени Зок. — Она здесь, и это главное. Госпожа Редфорд, присаживайтесь.

Я опустилась на предложенный стул, чувствуя себя героиней какого-то абсурдного голографического шоу.

«С такими лицами я бы вообще поостереглась смеяться над кем-либо», — ядовито подумала я, стараясь сохранять невозмутимый вид.

— Вероятность успешного прохождения инструктажа у этой группы составляет сорок семь процентов, — проскрипел из моей сумки Майзер. — Рекомендую говорить медленно и использовать простые предложения.

Я мысленно велела ему заткнуться.

— Итак, — начал прагматик Зок, пока его соседи продолжали перешёптываться. — Вы, вероятно, удивлены вашим назначением.

— Есть немного, — призналась я.

— Вашу кандидатуру выдвинул аналитический отдел Империи, — с механической точностью вставил К’тхарр. — Нам не нужен был ещё один солдат. Нам нужен был… иной подход.

— Ага! — снова встрял Зик. — Нужен был кто-то с искоркой! С авантюризмом!

— С полным отсутствием инстинкта самосохранения, — проворчал Зак.

— С задокументированными навыками выживания в агрессивной среде, — подытожил Зок, строго зыркнув на своих соседей. — Так же, от аналитиков не ускользнули ваши действия в заведении под названием «Дырявая комета», и методы ведения переговоров с представителем расы грок были тщательно проанализированы.

— Вы хотите сказать, что меня взяли в важнейшую имперскую экспедицию за то, что я разбила кружку о голову громилы и уползла с выигрышем на четвереньках? — не удержалась я от сарказма.

— Именно! — восторженно подтвердил Зик.

— Это было эффективно, — кивнул Зок. — Нестандартно, но эффективно. Империи нужны граждане, способные решать проблемы, а не создавать их по уставу. Ваша задача на «Неукротимом» — учиться, наблюдать и быть готовой применить свой… талант, если возникнет нештатная ситуация.

— А ещё чистить трубы, — пробурчал Зак себе под нос.

— В общем, добро пожаловать на борт, — булькнул Блорп, и его переводчик добавил: — Обед через три часа. Подают протеиновую пасту. Говорят, очень питательно.

К’тхарр протянул мне одну из своих тонких конечностей, на конце которой был зажат инфочип.

— Здесь ваши данные, номер каюты и назначение в инженерный сектор в качестве стажёра. Явитесь к старшему механику Грамму. Он вас ждёт. И постарайтесь больше не опаздывать. Это нарушает гармонию расписания.

Я взяла чип и поднялась. Инструктаж, если это можно было так назвать, был окончен. Троица уже вернулась к своим делам — Зик, Зак и Зок начали спорить о чём-то своём, а Блорп медленно перекатывался к автомату с питательными батончиками.

Я развернулась и пошла к выходу, чувствуя на себе взгляд фасеточных глаз К’тхарра. Это было самое странное собеседование в моей жизни. Но, как ни странно, я впервые почувствовала, что нахожусь на своём месте.

***

Жилой сектор «Дельта» разительно отличался от технических палуб, по которым я успела побродить. Коридоры здесь были шире, освещение — мягче, а под ногами лежал тёмно-синий ковролин, глушащий шаги. Воздух был чище, без примеси запаха озона и машинного масла. Дверь каюты с номером «Д-113» плавно уехала в стену, когда я приложила к панели свой инфочип.

Каюта оказалась небольшой, но на удивление уютной. Две койки, встроенные в противоположные стены, общий стол под единственным круглым иллюминатором и пара шкафов. Всё было выполнено из светлого, приятного на ощупь пластика, имитирующего дерево. На одной из коек, грациозно закинув ногу на ногу, сидела моя соседка.

Она была высокой, с точёной фигурой, которую идеально подчёркивала белоснежная форма с серебряными знаками связиста. Короткий, бархатный мех персикового цвета покрывал её кожу, а лицо имело тонкие, хищные черты, напомнившие мне о земных кошках. Длинные, чуть раскосые зелёные глаза смерили меня с головы до ног ленивым, но оценивающим взглядом.

— Так вот значит, кого ко мне подселили, — протянула она, и её голос оказался таким же бархатным, как и её шёрстка. — Стажёр из инженерного отсека. Я Зай’ла.

— Аска, — коротко ответила я, ставя свою сумку на пол.

— Анализ показывает, что уровень пассивной агрессии в её голосе составляет восемьдесят три процента, — донёсся из сумки приглушённый голос Майзера. — Рекомендую не вступать в вербальный конфликт до изучения слабых сторон оппонента.

Зай’ла удивлённо приподняла бровь.

— Что это у тебя там пищит?

— Персональный ассистент, — ответила я, подходя к своей койке. — Слегка устаревшая модель с дефектом речевого модуля. Не обращай внимания.

— Постараюсь, — фыркнула она. — Как и на всё, что связано с инженерным отсеком. Грязь, шум и вечный запах плазмы.

В этот момент по всей каюте раздался приятный, но властный мужской голос из динамика громкой связи:

— Внимание всему экипажу. На борт прибыл лейтенант Максимилиан Вест. Корабль готов к гиперпрыжку. Всем занять свои места согласно расписанию. Отправление через пять минут.

Выражение лица Зай’лы мгновенно изменилось. Надменность испарилась, сменившись томной, мечтательной улыбкой. Она посмотрела куда-то в пустоту и вздохнула.

— Наконец-то Макс на борту.

Ага. Вот значит, в чём дело. Теперь её поведение стало куда понятнее.

Я села на свою койку, как раз в тот момент, когда корпус «Неукротимого» ощутимо вздрогнул. За круглым иллюминатором мириады звёздных огней вытянулись в ослепительные белые линии, а затем слились в единый сияющий туннель. Пространство за окном окрасилось в нереальные, переливающиеся цвета. Мы вошли в гиперпространство.

Экспедиция началась. И похоже, мне предстояло делить каюту не просто со стервозной соседкой, а со стервозной соседкой, которая к тому же была девушкой лейтенанта.

— Поздравляю, госпожа, — прошептал Майзер из сумки. — Вы не только получили новую работу, но и место в первом ряду на представлении под названием «Служебный роман». Вероятность драматических событий в ближайшем будущем повысилась на тридцать четыре процента.

Я невольно улыбнулась. Что ж, по крайней мере, скучно точно не будет.

***

Инженерный отсек встретил меня рёвом турбин и густым запахом раскалённого металла и озона. Воздух здесь вибрировал от скрытой мощи корабельного «сердца». Повсюду тянулись толстые кабели, переплетались трубы, а в стенах виднелись панели с мигающими индикаторами. Это был совершенно другой мир, далёкий от стерильных коридоров для офицеров и уютных жилых секторов. Это был мир настоящей работы.

Старшего механика Грамма я нашла у огромного диагностического стенда. Он был именно таким, как я его себе представляла, читая описание в инфочипе, только ещё внушительнее. Настоящая гора мышц, покрытая густой седой шерстью. Он стоял ко мне спиной, и даже так было видно, насколько он огромен. Когда он обернулся на звук моих шагов, я невольно сделала шаг назад. Он был из расы урсидов, и его лицо действительно напоминало медвежье — с небольшими умными глазами и массивной челюстью.

— Аска Редфорд? — его голос оказался низким, рокочущим, как хорошо отлаженный двигатель. — Грамм. Добро пожаловать в машинное отделение. Слышал, ты у нас талант. Посмотрим, какой.

Он не улыбнулся, но во взгляде не было враждебности. Только деловитость и толика любопытства.

— Вот, держи. Это теперь твоя вторая кожа.

Он протянул мне свёрток тёмно-синей ткани. Я развернула его. Это был комбинезон, испещрённый тонкими линиями, которые, казалось, светились изнутри неоново-голубым светом.

— Переодевайся, — кивнул он на небольшую подсобку.

Когда я вышла через пару минут, форма сидела на мне как влитая. Я не успела даже подумать, что она мне великовата, как материал сам пополз, ужимаясь и подстраиваясь под мою фигуру. Он был лёгким, но прочным, совершенно не сковывал движений.

— Встроены биометрические датчики, — пояснил Грамм, удовлетворённо кивнув. — Форма — это не просто одежда, это инструмент. Подними левую руку.

Я подчинилась.

— Теперь проведи пальцами правой руки по предплечью.

Я провела. Над моей рукой тут же вспыхнула полупрозрачная голубая голограмма — проекционный интерфейс, показывающий какие-то схемы и бегущие строки с данными.

— Вау…

— Здесь вся техническая документация корабля, диагностика в реальном времени и связь с центральным компьютером, — буднично пояснил Грамм. — Научишься этим пользоваться — сэкономишь кучу времени. А теперь за работу. Таланты талантами, а плазменные инжекторы сами себя не почистят.

Мои первые задания оказались именно такими, как и предсказывал пессимист Зак. Сначала я, следуя инструкциям Грамма, ползала внутри техобслуживающего канала, счищая нагар с плазменных инжекторов. Работа была грязной, жаркой, и к её концу я с ног до головы была покрыта чёрной металлической пылью.

Потом была калибровка системы утилизации отходов. Название звучало безобидно, но на деле это означало полдня, проведённые в отсеке с весьма специфическими ароматами, где мне приходилось сверять давление в каких-то отвратительно выглядящих трубах.

Венцом моего первого рабочего дня стала замена смазки в сервоприводах главного грузового лифта. Я лежала на спине под огромной платформой, а на меня капало густое и липкое техническое масло.

Когда я, наконец, вымотанная и грязная, вернулась в свою каюту, Зай’ла демонстративно зажала нос.

— Святые туманности, от тебя несёт, как от целой ремонтной верфи! Постарайся принять душ, прежде чем прикасаться здесь к чему-либо.

Я молча прошла в ванную, бросив сумку на койку. Из неё вылетел Майзер и завис посреди комнаты, сканируя меня своим единственным оптическим сенсором.

— Поздравляю, госпожа, — бесстрастно произнёс он, когда я вышла из душа, чувствуя себя снова человеком. — Вы успешно эволюционировали от азартного игрока до высокотехнологичного сантехника. Карьерный рост очевиден.

Я посмотрела на своё отражение. Уставшая, но странно довольная.

— Заткнись, железка, — беззлобно пробормотала я. — Это только начало.