Глава 16

Темный маг уселся за главную трибуну, по обе его руки примостились еще двое. Саму Оленьку усадили на скамейку, с которой ей открывался вид и на судей, и на публику, да и сама она была у всех на виду.

Недоверчиво покосилась на главного судью. Сейчас он выглядел с иголочки: белая рубашка, темно-синий форменный костюм, такого же цвета плащ, что отличало его от остальных. Массивный артефакт на шее и куча колец на аристократичных пальцах. Когда только успел навести красоту?

Снова с досадой вспомнила, что она этого сделать не успела, и, надувшись, отвернулась.

— Межведомственная комиссия провела расследование, — тем временем холодно начал Александр. — Множественное открытие порталов с незаконным проникновением. Она нигде надолго не задерживалась. С какой целью вы делали это? — он обратился к ней, задумчиво перелистывая листы толстого дела.

Возмущенно поджав губы, Оленька закуталась в платок. Раз адвоката ей не предоставили, то и она воспользуется правом не свидетельствовать против себя.

— М-да... — он перелистнул очередную мелко исписанную страницу. — Я так понимаю, эльфу с драконом еще сильно повезло, они были просто женихами. А демон и вампир в один голос утверждают, что с ними вы были... хм-м, в более серьезных отношениях, — инквизитор досадливо поморщился и поднял на нее убийственно холодный взгляд.

Оленька не без удовольствия мысленно пририсовала ему рога. Так тебе и надо, вредина! Не мог, что ли, просто закрыть дело и договориться? Нет, нужно выставить все на обозрение, показать свое величие...

Она твердо решила героически молчать. Как пионер-герой в плену у буржуинов. Во-первых, сказать ей абсолютно нечего, ибо она слыхом не слыхивала ни про какие там порталы, а во-вторых, ну не пытать же он ее будет, в самом деле!

— Но главная проблема тут не в них, — Александр задумчиво постучал пальцами по столешнице. — У нас тут фигурирует законный брак. С двумя мужьями, а? Какая прелесть! — это он выплеснул с такой иронией, что, кажется, чуть не спалился.

«Если будет так откровенно ревновать — долго в статусе судьи не продержится», — не без злорадства подумалось Оленьке.

С трибуны оборотней поднялся пожилой зубастый мачо.

— Верхушка клана и независимая магическая экспертиза подтвердила, что принцы Честер и Дэниэль ее официальные мужья! И по законам древней магии имеют на эту женщину законные права! Требуем выдать нам блудницу, мы с ней дома по нашим законам разберемся!

Подсознание живо нарисовало Оленьке драматичную картину: она, в белом платье под луной, стоит на коленях, а вокруг злющие оборотни с палками. Душераздирающее зрелище! Представив себе эту перспективу, Оленька вздрогнула, сменила гнев на милость и с надеждой вперила испуганный взгляд в Александра.

Тот поймал его и на несколько секунд задумался.

«Ты не отдашь меня им? Ведь не отдашь?» — просемафорила ему глазами с намеком, мол, договоримся.

— Я предлагаю действенный и верный способ, рабочий на все времена, — не реагируя на ее старания, наконец–то выдал он. — Сжечь в пламени костра. Можно ритуального. Или погребального.

Оленька замерла с открытым ртом. Это называется — мягок и лоялен?!

— Предлагаю не тянуть и не церемониться, — как ни в чем не бывало продолжил инквизитор. — Никаких пафосных торжеств. Просто по-быстрому поставим столб во внутреннем дворе, и так же быстро разойдемся по домам.

— Что-о? Да ты офигел?! — вскочила Оленька, закипая. Мало того — казнить ее решил, так еще и на скорую руку!

— Господин, а не слишком ли сурово? — вовремя прервал ее один из судей, и пока Оленька выпускала пар, не переставляя удивляться, каким же поганцем в жизни оказался ее кумир, снисходительно добавил: — В конце концов, это могло произойти и по неведению.

Брови главного мага сошлись на переносице.

— И что, это отменяет ее вину? Итак... — он взял в руки молоточек.

— Ваша честь, я протестую! — раздалось из первого ряда, и Оленька умиленно выдохнула, наблюдая, как со своего места поднимается Антониэль. — Лично мне она не изменяла! Мы были лишь помолвлены — только и всего, поэтому урон моей репутации не нанесен. И я, как потерпевший, заявляю, что готов взять эту женщину в жены, несмотря на все ее прегрешения! А с волками оформит развод...

— С ума сошел?! — ахнула ушастая бабка, хватая его за рукав. — Невесту нашел, нечего сказать. Пробу негде ставить!

— Бабушка!

— Что бабушка? — она резко потянула его на себя, заставляя сесть на место. — Ты видел, за кем она замужем была? Чего там после них тебе осталось?

— А я тоже не согласен! — подал голос с трибуны дракон. — Она мне обещана богами, а кто возражает, пусть сразится с моим войском! — и он демонстративно кивнул эльфу на окно.

— А че ты всех войском-то пугаешь? Сразиться самому слабо? — хмыкнул демон, развалившись на лавке. — Одни понты у тебя, Рэнгольф, а на деле полный пшик...

Дракон выслушал своего оппонента и, не доводя дело до конфронтации, поставил жирную точку в дебатах. Бац! Надменный демон кувыркнулся через ряд, и вынырнул оттуда дымясь и полыхая алыми глазами.

Публика заметно оживилась.

— Прекратить потасовку! — рявкнул Александр, когда драчуны уже выпустили крылья. Знакомое зеленоватое свечение сорвалось с его пальцев, сияющим лассо обвилось вокруг обоих кандидатов, обездвиживая их.

Те плюхнулись обратно на скамейку, скрежеща зубами.

Маг стряхнул с пальцев зеленоватый дым и нервно бросил взгляд на судей.

— И что вы предлагаете? Отдать ее, — он усмехнулся, — так сказать, законным владельцам?

— А почему бы нет? Но давайте сначала послушаем, что она скажет в свое оправдание.

Оленька довольно вспыхнула, кокетливо поправляя волосы. Ревнует! Боже, как приятно! Он лучше спалит ее на костре, чем будет делиться с остальными! А она скажет. Она сейчас такое скажет, что этот расфуфыренный франт сам захочет на костер!

— Что я скажу в свое оправдание? — Оленька мстительно потирала кулачки. — Что все это бессовестный поклеп! Ни с кем я в отношениях не была, руку и сердце никому не обещала. А этот ваш главный инквизитор вообще лицо заинтересованное, а не беспристрастное. И он здесь единственный, с кем у меня был роман! — закончила она с вызовом.

Тишина, повисшая в зале, пролилась живительным бальзамом.

— Что-о-о?! — возмущенно донеслось из толпы.

— Говорила ж — ведьма! Только ведьма может мага охмурить! Пойдем отсюда, Антониэль, нечего смотреть на это безобразие!

— Ну бабушка!

— Порву стерву!

— Успокойся, Влад!

— Какой возмутительный поклеп! — подскочил один из стражей. — Да как вы смеете говорить подобное о нашем верховном маге! Он — существо высшего порядка и не разменивается на отношения с женщинами.

— Подобная фраза про мужчину может звучать весьма двусмысленно, — ехидно улыбнулась Оленька, посылая инквизитору воздушный поцелуй.

Лицо Александра пошло красными пятнами.

— Я предлагаю поспешить с костром, — прорычал он, захлопывая толстый томик дела.

— А я предлагаю вам покинуть кресло главного судьи, — один из стражей на глазах у публики скинул капюшон, «переодеваясь» в темно-синий.

Оленька наслаждалась этой дьявольской подставой, наблюдая, как Александр, сверкнув в ее сторону убийственным взглядом, поднимается и, чертыхаясь, пересаживается на скамью для потерпевших.

Кажется, чьей-то карьере конец. Воистину роковая женщина!

Оленьку захлестнула волна гордости. Ненадолго. Ровно до тех пор, пока новый председательствующий не подвел итог:

— Выходит, официальными мужьями были только волки?

— Нет, не только!

Это прозвучало настолько неожиданно, что все дружно замолчали и как по команде обернулись.

Массивные двери распахнулись с грохотом, словно с пинка, и в зал вошел мужчина. При виде его последний гомон стих, а те, кто сидел поблизости, испуганно отшатнулись.

Оленька даже за трибуной спряталась, такая мощная энергетика исходила от него — силы, власти и богатства.

Этот был постарше остальных, возможно, что под пятьдесят. В черном, с иголочки, костюме, при бороде и в таких дорогущих часах, что Оленьку от шика затошнило. Мужчина метал взглядом молнии и был крайне раздражен.

— Тигран Арманович, вы только не волнуйтесь! — семенил следом за ним какой-то худющий клерк в костюме и очках. — Она того не стоит, право слово, а у вас давление и сделка века...

Тот, не обращая внимания, просто отодвинул его рукой и размашистым шагом добрался до Оленьки. Сурово заглянул в ее глаза.

— Доигралась! — резюмировал сквозь зубы. Так злобно, что она обернулась, ища помощи у судей. — Собирайся и пошли домой!

Массивный кулак опустился на деревянную перегородку трибуны, и та заметно покривилась.

— Позвольте, мы не можем ее отпустить... — вякнул было кто-то из магов, но новый гость быстро заткнул ему рот:

— Молча-ать!

И он снова обернулся к Оленьке.

— Мало я тебя баловал, да? Мало терпел твои капризы! Вот чем ты отплатила мне за все мои старания! И к кому сбежала, а? — он обвел присутствующих таким обличающим взглядом, что все начали испуганно коситься друг на друга. — Вот к этой шушере? Да кто они против меня?!

— Па-азво-ольте... — очнувшись, вскинулись дракон и демон, но их заткнул звук возводимого курка.

— Босс, вы только не волнуйтесь... — суетился заботливый очкарик. — Никого не нужно убивать!

— А я спокоен! Как дрейфующий айсберг спокоен! Поэтому вы все, — босс обвел присутствующих дулом пистолета, — тут пока живые. Собирайся, изменница! — он снова обернулся к Оленьке. — А о разводе можешь даже не мечтать.

— Я никуда с вами не пойду! — наконец-то пискнула она, уже почти готовая вернуться к оборотням, только не к этому ужасному мужлану.

— Ольга, мне некогда! — рявкнул он. — Я давно должен быть на совещании! — он подошел к трибуне судей и хлопнул перед ними лист бумаги. — Вот свидетельство о браке — Ленинский ЗАГС, печать и все дела! И крупное пожертвование на нужды братства. Полагаю, дело закрыто!

— Секундочку, — растерялся главный. — А как быть еще с двумя мужьями?

— Плевать я на них хотел! — босс сунул пистолет за пояс. — У меня есть веская причина.

Двери залы снова хлопнули, и с визгом и гиканьем в зал суда влетели трое малолетних ребятишек — два мальчика и девочка. Все как один темненькие, с небесными, как у Оленьки, глазами.

— Мама! Мама! — вереща, они наперегонки бросились к ней, а у Оленьки закончился кислород. Хватая воздух ртом, она боролась с приступом панического ужаса.

— Что? Эт-то как? Эт-то зачем? Это не от меня-я! — завопила, прыгая на лавку.

Детишки, сочтя это игрой, со звонким смехом хватали ее за руки.

Взор Оленьки заволокла густая пелена, и чем сильнее хватались за нее маленькие ручки, тем больше смазывалась картинка перед глазами.

— Врача! — крикнули рядом, и Оленька провалилась в спасительную темноту.