Глава 27.

Брилли и Сапфи – так звали моих новых детишек, с именами которых я, как всегда, не стала лукавить. Спасибо Небесам за то, что всем драконам глубоко наплевать на собственные имена, ведь в противном случае меня бы испепелили в первый же день за неимением фантазии. Чтобы наверстать упущенное и за короткое время настроить с ними настоящее кровное и магическое родство, я не выпускала драконов из рук, чему они были, безусловно, рады. К сожалению, эпизоды ревности уже были неотъемлемой частью нашего бытия, однако, я не могла унести на себе всех, ведь они, цепляясь за мою одежду, становились таким тяжелым грузом, тащить который я была не в силах.

Появление Сапфи стало для меня доступом к водной стихии, в то время как Брилли позволил освоить магию света, и вместе с тем, магию исцеления. И теперь, когда все они не отходили от меня ни на шаг, теперь, когда наши сердца стучали в унисон, теперь, когда мы стали даже больше, чем семьей, мне казалось, что я готова свернуть горы. Казалось так не только мне, и даже драконы, почувствовав возвращающиеся к ним силы, стали смелее и радостнее. Странный и удивительный симбиоз, без которого мы никто. Мы не жильцы.

Благодаря магии Киаса и кузнечному ремеслу Норна, мы смогли сделать из шкатулки, в которой ныне покоились все камни, кольцо, что по моему желанию могло вновь стать первоначальным объектом, то есть шкатулкой. Так, камни всегда оставались рядом со мной, и мне не приходилось более беспокоиться о том, что все они постоянно оказываются в различных складках моей одежды. Ныне кольцо причудливо увивало мой указательный палец, тогда как великан при каждом удобном случае нарывался на комплимент.

На мой вопрос о том, как Эолин смогла раздобыть камни, ответила Индира незадолго до того, как отправилась покорять замок. Из её задыхающегося рассказа, я поняла, что матушка подключила к поискам не только королевскую семью, но и всех своих мужей, и детей, что вызвало во мне краску смущения. Подумать только, что мои проблемы принесли всем столько хлопот…Выслушав огорчающие меня мысли, Индира назвала меня недалекой и до ужаса глупой, объяснив данные оскорбления тем, что, если только я могу управлять опасными артефактами, значит, только в моих руках они и должны находиться. Резонно. Но моего эгоизма не хватает на то, чтобы поставить себя в ранг всесильных личностей, что могут управлять миром. Какая бы сила не оказалась в моих руках, я всегда предпочту стоять в ногу со всеми.

Прошлой ночью Индира отправилась в замок. Я жутко волновалась, из-за чего получила очередную порцию возмущений и оскорблений. Безусловно, Валькирия пути проберется в самые закрома души, заметя притом все следы, однако, не зная истинных сил нашего врага, я не могла с абсолютной уверенностью предположить исход. По шепчущимся гражданам стало понятно, что армия Эдира приближается к границе, и войне быть. Надвигающаяся суматоха была нам на руку, ведь это отвлечет Форка, и у Индиры будет больше шансом вызволить Лиона без последствий. Но клюнет ли Форк на войну? Был бы он в действительности правителем этих земель, он бы мгновенно мобилизовал все силы, вот только складывается у меня впечатление, что в действительности Кракена людские разборки не интересуют. И даже в надвигающейся буре он отдаст предпочтение своему первоначальному плану: он желает вернуть истинный облик и ради него пойдет на всё. И, если всё так, как я думаю, то нам станет лишь труднее…

– Если тебя что-то беспокоит, расскажи, – ласково произнес Киас, кладя свою руку мне на плечо, – если выговоришься, будет легче.

– Просто надеюсь, что всё получится, – благодарно кивнула я в ответ, с улыбкой принимая его крыло, что прильнуло к плечу. Среди всех орлов и фениксов этот жест расценивался как проявление теплоты, заботы и любви. – Наверное, неправильно так говорить, но…В этом месте меня удерживает только Верлион. Когда мы вытащим его, я хочу незамедлительно покинуть остров.

– Я могу понять тебя, – Киас посмотрел куда-то в окно, чуть склонив голову, – однако, всем живущим здесь людям невдомек, что ими управляет Кракен. Мы не уверены ни в его намерениях, ни в составляющих обряда, но, если вдруг всё получится, только представь, сколько погибнет людей.

В его словах не было укора. Не было просьбы,  обвинения или настойчивости, но я вдруг почувствовала, что сказанные мною ранее слова – сплошь эгоизм и жестокость. Это тот побег, который я всегда использовала, едва встречалась с трудностями. И, если я хочу измениться, я не имею права поступить столь жалким образом. Пора уже встретиться лицом к лицу с тем, что даже мне не предназначено.

– Да, ты прав, – вновь кивнула я, поднимаясь с места, и вновь широко улыбаясь, – спасибо.

– За что?

– Всё же, рядом со мной судьбой предопределено наличие того, кто будет периодически раскрывать мне глаза.

С наступлением очередного вечера Индира не вернулась. И мои беспокойства были поддержаны настороженностью и строгостью со стороны Дейриа, что бросала долгие взгляды в сторону верхушки замка. На связь младшая сестра не выходила, и ждать более не было сил. В конце концов, сколько можно сидеть, сложа руки? Уже пора проверить свои силы. Не только потому, что Индира очевидно столкнулась с чем-то серьёзным, но и потому, что именно этой ночью начнется новый прилив.

Собрав с собой всё, что может пригодиться, мы тронулись в путь. Громко сказано, учитывая, что нам приходилось красться и прятаться всю дорогу, ведь использовать способности Аметиша раньше времени я не хотела. Какими бы сильными не были дракончики, это сродни физическим силам, что при постоянных нагрузках начнут сходить на нет. Тело устанет, и прежняя мощь станет доступной вновь лишь через время. К сожалению, пробраться во дворец было очень легко. Нет-нет, вы не ошиблись, именно, к сожалению. Это настраивало на то, что мы идем прямиком в ловушку. Стражи было мало, все воины, которых я видела при первом побеге, вдруг испарились, и даже вечно мельтешащих служанок я заметила от силы двух. Дворец опустел. Мы шли по пустой дороге, не боясь внезапного нападения. Мы боялись того, что будет внутри.

Не действуем ли мы на руку Кракену? Не только мы, все. Война, начавшаяся на границе, привлекла к себе всеобщее внимание, развязав Форку руки. В опустевшем замке он сосредоточенно вершил то, что считал верным, и никто не мог даже задать ему вопрос о происходящем. Войдя внутрь, я лишь убедилась в своих мыслях: там, в огромном и освещенном зале, никого не было. Думаю, если он живет как минимум на тысячу лет больше, чем мы, у него было достаточно времени, чтобы всё продумать. Преимущества в хитрости, уме и возможностях были на его стороне.

Замерев на секунды, Дейриа молча указала рукой на широкую лестницу. Вспомнив о больших открытых балконах на верхних этажах, я также безмолвно указала пальцем в потолок, и сестра поняла меня совершенно правильно. Должно быть, площадкой для проведения ритуала надлежало стать высокой точке над океаном, и именно в той стороне, как мне казалось, я чувствовала присутствие Лиона.

– Может, не стоит врываться туда всем вместе? – вдруг тихо спросил Киас, очевидно, самый разумный из всех и нас. И трое вояк, включая меня, что бежали по принципу «Вижу цель, не вижу препятствий», резво затормозили. Да, признаю, тонкого плана у нас не было. По сути, не было ничего, кроме того, что мы предполагали обязательное наличие рубина в ритуале. Но не очередная ли это ложь, пущенная специально Кракеном для отведения взгляда?

– Добежим до балконной двери, а там решим, – заключил Норн, но Киас тут же отрицательно покачал головой.

– Там уже будет поздно. Незачем рисковать.

– Тогда мы с головорезкой, – при этом великан кивнул в сторону явно недовольной этим прозвищем Деи, – зайдем первыми. А вы после нас. Или дуйте обходным путем, если он будет…

– Мне не очень это по душе, но хорошо. Выбора у нас нет.

Вот уж точно странный план. С другой стороны, если даже у Индиры возникли проблемы, то Форк с вероятностью в девяносто девять процентов знает о том, что мы здесь. Иными словами, хуже от этого плана нам не будет. Надеюсь.

Добежав до самого последнего этажа, я попросила Черныша максимально возможно скрыть наше присутствие. Делать это прежде было бессмысленно, ведь тогда бы Кракен спохватился раньше, и у него было бы больше времени, чтобы найти и развеять моё заклятие. Стратегия, которую я придумала сама и которая казалась мне успешной. Во всяком случае, так продуманно я поступаю редко, и это факт…

Оказавшись перед дверью, за которой таилась терзающая душу тайна, а также зал и балкон, на меня нахлынули как страх, так и предвкушение, что соединившись, преподнесли удивительное чувство необоснованной смелости. Собираясь уже было ворваться внутрь, как в лучших традициях нарушителей помолвок, я вовремя опомнилась и сделала шаг назад, давая Норну и Дейриа пройти вперед. Мы молча переглянулись, и прежде, чем разойтись, я крепко обняла сестру и великана. Последний треснул меня по макушке, сказав, что вообще-то помирать не собирается.

Взяв меня за ладонь, Киас тихо открыл соседнюю дверь, заводя меня в странную комнату. Если верить её расположению, комната граничила со стеной балкона, и отсюда мы могли всё подслушать, увидеть (благодаря способностям Аметиша), и даже проделать свой собственный ход в случае непредвиденных обстоятельств. Когда мы услышали приглушенный стук, свидетельствующий о том, что дверь в зал открылась, мы подбежали к стене. Осталось лишь использовать магию, и она станет прозрачной для нас, а уж дальше будем действовать по ситуации.

Сердце от волнения стучало так быстро, что я не слышала кругом ничего более, кроме странного шума в ушах. Именно поэтому я не сразу услышала голос Киас, и остановилась лишь тогда, когда он возник передо мной, чтобы от чего-то заслонить. Осторожно выглянув из-за его крыльев, я вгляделась в тот угол, куда смотрел и священник: только сейчас я заметила там темную фигуру, сидящую на подушках.

Это была возрастная темнокожая женщина, что, скрестив ноги и заведя за спину руки, смотрела в потолок. Её шея, заключенная в многочисленные золотые кольца, казалась мне неестественно длинной, большие пухлые губы безмолвно двигались, словно произнося молитвы, а в перегородке широкого носа висело кольцо. Её правая щека была изуродована шрамами, и, когда она опустила голову, раскрыв глаза, я поняла, что женщина слепа. Не поднимаясь с места, она медленно развела руки, показывая, что безоружна, а после приложила ладони к сердцу.

– Наш дом не враг вашему, – произнесла она нараспев, – вы, пришедшие сюда по зову судьбы, должны исполнить то, что должно.

– Вы маар? – удивленно спросил Киас, поворачиваясь в мою сторону. – Я слышал о темнокожем племени, в котором все рождаются провидцами…

– Но маары не темнокожие…Они видят то, что скрыто, но они не оракулы…– тихо ответила я, косясь в сторону незнакомки. Её внешность казалась мне не от мира сего.

– Я маар, и правда это, о пришедшие. Это такая же правда как то, что вы Киас из орлиного рода, а вы Эофия из рода фениксов, что породнился с родом божественным.

Мы вновь переглянулись, и Киас посмотрел на женщину опасливо и строго.

– Вы на стороне князя Форка?

– Правда вам ведома. В вашем сознании то, что не было и нет Форка на свете. Есть лишь один правитель земель этих старых.

– Значит, вы на стороне Кракена? – внезапно злостно спросил священник, делая шаг вперед. Я схватила его за рубашку.

– Не враг вам Кракен, но вы враги ему. Против природного идти – бросать сие вызов первозданному…

– Пусть этот грех ляжет на мои плечи, но нам нужно избавиться от нее, – вдруг спокойно ответил Киас, поворачиваясь ко мне и закрывая крыльями, – она глаза и уши Кракена. Видя будущее, она делала его неуязвимым. Если хотим победить…

– Вы безоружны и бессильны сейчас, – обратилась я к женщине, – можете ли вы разорвать связь с Кракеном и покинуть это место?

– Нет, наделенная кровью, я не могу. Клятва связывает меня с этим созданием, и люди – болезнь мира нашего, и должно океану пожрать убийц сущего.

– Эфи, – Киас вновь одернул меня назад, – она не будет сотрудничать и будет препятствовать. Не подходи к ней. Я уверен, она уже всё сообщила Кракену.

– Не знает дитя это о присутствии вашем. Скрывает дракон черный ауры гостей незваных. Но если сохраните жизнь мне, не дам сигнала я Великому, ему же во благо…

– Я больше, чем уверен, что в одном из своих видений она видела нас, и уже всё ему рассказала…

Жрица промолчала, и Киас схватился за меч в ножнах. Я положила руки на его ладони, отрицательно мотая головой. Недовольно поджав губы, он шумно выдохнул, но покорно сдался. Безусловно, в его словах правда. Смерть этой незнакомки лишила бы Кракена сильного союзника, но совершать сейчас кровопролитий я не хочу. Возможно, это лишь интуиция, но…

– Если дернешься, убью, – процедил Киас, что за мгновение изменился до неузнаваемости. Из благоговейного и добродушного священника он вдруг стал хладнокровным и расчетливым телохранителем, что явно нашел угрозу в странной женщине. Уверена, что Киас знает об этой расе больше меня, а потому стоит бы после спросить, отчего он так насторожен.

Мы и так потеряли время, но, стоило мне подойти ближе, как со стороны балкона раздался взрыв. Прогремело так сильно, что всё вокруг затряслось.

– Это ты? – рявкнул Киас в сторону жрицы, но та продолжала молчать, а в следующую секунду вдребезги разлетелась и стена, что разделяла эту комнату от соседнего зала.

Осколки летели в нас, и от густого дыма мы сильно закашлялись, мгновенно отходя к окну, из которого мы могли хотя бы вылететь и разглядеть происходящее. Киас схватил меня за руку, убегая в сторону, но, увидев в зияющей дыре языки пламени, я затормозила, вытирая слезящиеся глаза. Если не сейчас, то когда?

Дышать стало легче, и я благодарно посмотрела на виляющего хвостом Брилли, что своей магией исцелял поцарапанную осколками кожу и выводил из нас угарный газ. Сейчас у меня достаточно сил, чтобы выйти навстречу всем опасностям этого замка, и больше убегать, бросая Лиона на произвол судьбы, я не имею права. Перехватив инициативу, я схватила Киаса за руку, таща его в сторону разрушенной стены, и, что удивительно, он не сопротивлялся, покорно следуя позади. Уж теперь-то я готова показать миру, на что способна? Но…Видимо не сегодня.

Из дыры нам навстречу так быстро вылетела охваченная пламенем фигура, что я и подумать не успела, как горячая мужская рука уже вела меня и Киаса заодно в совершенно противоположную сторону. Почувствовав, как горячо и приятно отозвалась моя брачная метка, я сквозь внезапные слёзы радости смотрела на рыжие волнистые волосы Лиона, только сейчас осознавая, насколько сильно я скучала. Насильно вытащив нас в коридор, мужчина обернулся, и прежде, чем утонуть в его крепких и сжимающих до хруста объятиях, я увидела на его лице волнение и беспокойство, смешанное с трепетом. Он уткнулся мне в макушку, а после, забросив себе на плечо, вдруг побежал по коридору. Киас, согласный с подобным отступлением, бежал рядом, но его же слова врезались мне в память настолько, что я спрыгнула на пол, отрицательно мотая головой.

– Если даже я сбегу, людей это не спасет.

Лион, осмотрев меня с головы до ног, покосился на Киаса, и тот тут же отвел взгляд. Мы все столкнулись с очевидным: мы действуем лишь в интересах своих близких, совсем не заботясь о том, что будет с миром. В спокойной обстановке нам дана возможность показать своё благородство, обусловленное желанием помочь всем созданиям на земле, но теперь же, когда рядом враг, а всюду бушует пламя, вперед выходит истинная сущность, из-за которой мы желаем спасти себя и своих близких. В подобные моменты хочется спасти только то, что дорого, и я рада, что являюсь кем-то дорогим для четырех присутствующих в замке людей.

– Прости, что оставил так надолго, – Лион обхватил руками моё лицо, не прекращая попыток аккуратно увести меня как можно дальше. – Я так хотел видеть тебя всё это время…Прошу, Эфи, я умоляю, нужно уходить. Я не хочу, чтобы ты пострадала…Я не смогу это видеть…

– Девушка в доспехах и мужчина в мехах там? – спросил Киас, кивая в сторону горящего зала, со стороны которого веяла подозрительная тишина. Лишь бушующее пламя, и более ничего.

– Кракен проломил пол, и они упали на нижний этаж…

– Значит, это действительно Кракен.

– Эфи, – на этот раз Лион тряхнул меня за плечи, – эта тварь чертовски сильная! И она станет лишь сильнее, когда вернет облик! Я знаю, о чем говорю! Я пытался сбежать сотни раз, но у него невероятное сродство с магией, ещё и жрица, предсказывающая будущее…Эфи, он легко обнаружил и сковал Валькирию, теперь ты понимаешь, насколько он силен?

На нижнем этаже я услышала громкий лязг, и умоляюще посмотрела на Верлиона. За это время его тело покрылось множеством мелких шрамов, и сам он достаточно исхудал. Прикусив губу, Лион опустил голову. Его руки задрожали, и я почувствовала себя скверно и виновато. Мы оба вздрогнули, когда Киас положил ладонь на плечо демона: этим жестом он словно бы перекладывал часть груза на себя.

– Эфи под силу задержать Кракена до тех пор, пока не пребудет армия Эдира и войско фениксов. А мы ей в этом подсобим. Думаю, фениксы уже летят сюда.

– Нельзя, чтобы фениксы прибыли сюда! – закричал Лион, и его лицо впервые исказилось ужасом. – Они все станут частью ритуала! Только представьте, сколько огненной мощи во всем племени фениксов!?

Моё сердце, поглощенное ужасом, сжалось до таких размеров, что я вдруг перестала чувствовать своё же сердцебиение. Резко развернувшись, я, что есть сил побежала к лестнице, ведущие на этаж ниже. Киас и Верлион бежали рядом, но время будто ускользало из моих рук. В голове нарочно возникали образы с детства окружающего меня племени, и почему же я раньше не подумала о таком возможном исходе! Это не просто оплошность, это ошибка, что может лишить жизней сотни дорогих моему сердцу фениксов! В отчаянии я попыталась послать им ментальные импульсы об опасности, но поздно вспомнила о том, что способности Наркаша блокируют сигналы. Со слезами на глазах, я на ходу обернулась к Киасу, чуть не спотыкаясь о складки ковра:

– Прошу, лети на встречу к ним!

– Я не могу оставить тебя, о чем ты?!

– Если они прилетят, ритуал состоится!

– Если ты придешь, ритуал тоже состоится!

– Киас, я умоляю тебя, хочешь, на колени встану? Представь, если твоё племя уничтожат до пепла!

Священник крепко сжал зубы, но на очередном лестничном пролете раскрыл крылья, стрелой выскользнув в выбитое окно. Теперь я хотя бы могла сосредоточиться на чем-то, а точнее ком-то одном, и уж теперь я точно выложусь на полную. Я чувствую, что смогу. Силы давно переполняют меня, и даже драконы выглядят сосредоточенными и полными энергии. Безусловно, я не намерена рисковать. Не в моих правилах играть в спасителя всего мира, и лишать себя жизни, только распробовав её на вкус, как минимум глупо! Пусть в сказках героини толкают речи о справедливости и доброте, в моих планах лишь задержать Кракена, пока время для проведения ритуала не иссякнет, а рубин просто так этот Форк не получит. Рядом со мной Норн, Лион и Дейриа, а эти трое заменяют мне армию в как минимум тысячу человек.

Мы выбежали на нижний этаж, замерев перед зрелищем, походящим на картины прошлых времен. Два воина теснили к окну мужчину, из спины которого струились черные хлесткие плети. Именно они отбивались от ударов и защищали своего владельца, тогда как сам мужчина выглядел до ужаса спокойно и хладнокровно. Разглядев его лицо, я не смогла унять дрожь, вспомнив о том, что именно он и был в таверне в тот день! Серебристые прямые волосы, огромная мускулистая фигура, источающая жестокую и пожирающую ауру, да, это был определенно он! Но шрамов на нем не было, да и глаза в прошлый раз были иного цвета, тогда как сейчас склеры были черными, а радужка ярко-красной. Настоящее чудовище из рассказов!

Одна из плетей откинула Норна в нашу сторону, и, если бы не быстрая реакция Лиона, великан бы потерял сознание от удара об угол стены. Вскочив на ноги, разъяренный Норн вновь кинулся на врага, но того уже теснила Дейриа. Не первый раз я вижу, как она искусно сражается, но вновь и вновь сердце восхищенно замирает, как подумаешь, что перед тобой ожившая легенда!

Лязги мечей, постоянные удары, внезапные выпады – я едва успевала следить за всем, осознавая, насколько удивительные люди меня окружают. Лион немедленно бросился на помощь другим, а я с помощью Брилли пыталась возместить усталость каждого из союзников. Судя по тому, что в один момент Дея благодарно мне кивнула, у меня это получилось. Стратегически будет неправильно бросаться в сражение всем вместе, ведь наша первоначальная задача – задержать, а не победить. Чем дольше мы будем изматывать Кракена, тем больше вероятность успешной миссии, проблема была лишь в том, что это чудовище ни на долю не устало.

Сапфи бодро вскарабкался на моё плечо, активно крутя своей мордашкой.

– Вода разверзается! В океане у замка водоворот!

– Это те самые врата?

– Под ними дремлет Кракен! Врата открыты!

– Сможешь их закрыть?

– Один Брилли не справится, – ответил Черныш, – но с тобой и все вместе мы можем проверить свои силы, пока его отвлекают.

Словно услышав это, Кракен взглянул прямо на дракончиков, да так, что те, шипя, выгнули свои спины. Он тоже их видит?! В таком случае я больше не могу тут оставаться. Ребята задержат его настолько, насколько смогут, а я постараюсь выполнить свою работу. Нет времени задаваться вопросами! Я по жизни постоянно торможу, а, если буду делать это намеренно, что простою здесь до конца сражения, так и не использовав силы.

Едва я развернулась на месте, чтобы добежать до окна, как позади что-то оглушительно громыхнуло, а черная плеть обвилась вокруг моей талии. В следующую секунду я уже летела в сторону Кракена, причем впервые в жизни не используя при полете крылья. Из-за очередного странного дыма я вновь ничего не могла разглядеть, но, подумав уже было о том, что меня, очевидно, станут использовать, как заложника, я, вобрав в легкие свежий воздух, поняла – мы падаем из окна.

Бить крыльями было бесполезно, я попросту летела вниз, как если бы меня привязали к булыжнику, который бросили с окна. Удара о землю не последовало не потому, что меня подстраховал Зельныш, а потому, что черные плети удержали меня в метре от падения. Но на траву я всё же шмякнулась: Кракена что-то сбило с ног, и он был вынужден отпустить меня, чтобы защитить себя. Тотчас подскочив, я на секунды забыла о том, что вообще происходит, когда увидела Эдира в колеснице с огромной пикой, которой он умело наносил удары, отбрасывая Форка в сторону.

– От тебя один вред.

Мужской одеколон, такой знакомый, что всё тело тут же скрутило от жара, пощекотал нос, и широко улыбнувшись, я упала в одежды Некриса, что заботливо гладил меня по спине.

– Так и знал, что нельзя было тебя отпускать…Ну и заноза же ты…

– И я рада тебя видеть.

– Как придем домой, я тебе всё выскажу.

Домой. Такое теплое, чарующее и уютное слово. Мы пойдем домой…Поверить не могу, что счастье переполняет меня от этих простых слов. Наконец-то, домой…

– А когда мы придем домой, то я надаю тебе по заднице столько раз, сколько ты писала в письмах слова «Всё нормально». И вообще-то папочка любит тебя из всех присутствующих больше всех, и это ко мне ты должна первой бежать.

Широко раскрыв глаза, я сквозь слезы разглядывала отца, что уперев руки в бока, не сдерживал обворожительной и счастливой улыбки.

– Что? Узнала, кто тебе попу в детстве мыл?

Рассмеявшись, я оказалась в пылающих объятиях, щурясь от поцелуев в макушку. Жаль, что только расстояние и опасности могут показать, насколько сильна любовь к семье. Нет, не желаю я больше строить из себя самостоятельную и взрослую личность. В статусе папиной дочки я чувствую себя в тепле, любви и безопасности. Я даже совсем позабыла о воронке в океане и сражении неподалеку, пока не послышался голос Некриса:

– Господин Альфинур, вам тоже опасно здесь находиться. Нужно уходить.

– Теперь можно, – папа потрепал меня по волосам, и мне пришлось нехотя отстраниться, поймав на себе удивленные взгляды.

– Нужно закрыть воронку, и только тогда отступать. Иначе все фениксы на острове в опасности.

Отец тут же нахмурился, косясь в сторону Кракена.

– Нам нельзя его убивать…

– Господин Альфинур, что вы имеете в виду?

– Просто послушайтесь. Объясню после. Эфя, – вдруг по-детски исковеркал моё имя папа, – сколько нужно времени, чтобы закрыть воронку?

– Дайте мне пять минут.

– Доставай дудку, Некрис, будем Кракена отвлекать.

– Это флейта, Господин.

Мы одновременно взмахнули крыльями, но разлетелись в разные стороны. Быстро пролетая мимо, я видела, как Норн, Лион, Киас, Эдир, Дейриа, Некрис, мой отец и даже Индира, возникшая из ниоткуда, окружили чудовище, из спины которого вырывалось всё больше и больше плетей. Я не могу подвести их. Страха больше нет, теперь я точно уверена, что смогу. Нет, не я. Мы справимся!

Остановившись прямо над воронкой, затягивающей в себя всё больше воды, я сложила перед собой руки, мысленно протягивая ниточки к каждому окружающему меня дракончику. В их главе ныне стоял Сапфи, что был словно каркасом для многослойного заклятия, которое выходило совершенно интуитивно. Думаю, в тот момент я впервые была так собрана. Мои близкие сражаются с Кракеном, в городе остались люди, а на границе и вовсе в разгаре жестокая война. Я должна поставить эту точку именно сейчас!

В моём представлении закрыть воронку должен был ключ, и в самом деле магия, скопившаяся рядом, начала приобретать схожие с ним формы. Черные, красные, белые, синие, фиолетовые, оранжевые, зеленые линии пронизывали ключ, приковывая его к воронке, что внезапно начала сужаться. Это оказалось сложнее, чем я думала, и запечатывание природного явления отнимало много сил, отчего тело с каждой секундой всё тяжелело. Ключ уже совсем близко к водной глади! Я вижу, как сверкает под ним океан, как сужается воронка перед неминуемой гибелью, я чувствую, что у меня получается!

Кто-то истошно прокричал моё имя. И, когда я открыла глаза, черная плеть из глубины воронки уже обмотала мои ноги, унося вниз. Я упала в океан, а когда открыла глаза, увидела, что вода над головой сомкнулась, и ключ, достигший глади, запечатал врата. Запечатал Кракена. И запечатал меня…