4

– Немыслимо, непостижимо! – повторял про себя Крогис, носясь по моей спальной комнате, в то время как я с завернутым коконом на вымытых волосах пыталась привести в порядок поломанные ногти. – Увидел! Какой позор! Нужно ещё раз извиниться, непременно нужно!

– В сотый раз? – лениво протянул сидящий на подоконнике Алио. – Он и позабыл уж поди…

– Позабыл!? Орис, ты бы сразу забыл образ обнаженной девушки?! – не сказав ни слова, оборотень отрицательно покачал головой. Судя по его невозмутимому виду, эта ситуация не вызывала в нем стыда за мою особу или негодования.

– Да я же не была полностью голая! И вообще…Что вы все делаете в моей комнате? – удостоив каждого из троих мужчин сонным взглядом, я откинула пилочку на прикроватную тумбу, притягивая в свои руки странную вытянутую подушку.

– Это всё ты, Аллё! Так и знал, что не будет добра от тебя! – не унимался Крогис, и его длинные усы дергались каждый раз, как он недовольно фыркал носом.

– Но я Алио…

– У меня уже нет сил краснеть, – с просящим взглядом я посмотрела на оборотня, и тот громко кашлянул в кулак. Этого оказалось достаточно, чтобы кролик хотя бы сел на кресло. – Однако я очень удивлена тому, что главой вашего клана является мужчина. К тому же, все три семьи относятся к нимфам, и ты сам знаешь, у этой расы вне исключений передается власть от женщине к женщине…– обратилась я к наемнику, и тот довольно резко сник, устремляя взгляд на свои стопы.

– Я служу господину Некрису уже не одно десятилетие, наша встреча была подарена мне самой судьбой, настолько удивительной она мне казалась…Как если бы два давних друга сошлись плечом к плечу в великой битве!

– Ты отошел от темы.

– Да, простите. Я хотел сказать, что у господина есть повод жаждать уничтожения всех камней, ведь один из них погубил всю его семью.

– Какой ужас, – тихо проговорила я, чувствуя всевозрастающую жалость к тому, перед кем ещё недавно я до ужаса раскраснелась.

– Это было огромное горе даже для Ошарии. Некрис всегда избегает тем о том, как погибли его мать, отец и две сестры, но я думаю, что то был черный камень, который они получили незадолго до своей смерти. Когда господин вернулся из своей поездки, он впал в долгий траур, всё же он был сильно привязан к своей семье…

– Но он держится неплохо. Когда мы разговаривали, ничто не выдавало его беспокойства, – заметил Крогис, нервно перебирая по полу лапками.

– Уже шесть лет с той трагедии прошло. Господин Некрис, как единственный наследник, стал впервые в истории главой-мужчиной, он достойно продолжает дела своей матери. Поэтому я искренне рассчитываю на то, что госпожа Эофия поможет ему в столь благородной цели! – завершил рассказ Алио, грустно улыбаясь. Мне же стало жутко не по себе: не желая ввязываться во что-то серьезное, планируя отъесться до отвала за чужой счет и уйти в дальнейшее плавание, я вдруг почувствовала, что после услышанного не могу поступить так эгоистично. Понимаю, нельзя сочувствовать абсолютно всем, иначе так и сойти с ума не долго, но ныне во мне сидело то ужасное и давящее чувство, что столь редко вынуждает нас помочь незнакомому человеку.

– Вопрос, безусловно, покажется грубым, но почему он не женился? Это бы явно облегчило ему работу, да и не думаю, что жители поощряют то, что главой является мужчина, – Крогис как всегда поражал своей прямолинейностью. Ну, уж лучше пусть на это ответит Алио, чем сам господин Некрис…

– К сожалению, ты прав. Несмотря на то, что господин грамотно ведет дела и очень умен, клан находится на острие ножа, находясь под постоянным давлением со стороны других семей. Когда другие кланы попытались посватать на господине своих дочерей, дабы те заняли столь почетное место, Некрис совсем закрылся, он не хочет отдавать главенство Багряных Небес иному клану. Ведь по сути это будет означать, что править Гоарисом будут не три семьи, а две, понимаете? Прошу, не задавайте господину подобных вопросов, он их очень не любит.

– Конечно, – тут же отозвалась я, – мы здесь совершенно не для этого! Думаю, завтра господин Некрис расскажет нам всё об этих камнях, а пока давайте ложиться спать…

Когда за окном потухли даже фонари, когда Орис вытащил из моей комнаты Алио, что, обратившись девушкой, решил спать со мной, я, наконец, рухнула в постель, всматриваясь в черноту высокого балдахина. Быть может, стоит покинуть это место, пока ещё не поздно? Сослаться на внезапное дело, не требующее промедления, и…Но могу ли я поступить так бессовестно после всего услышанного? Этот Некрис и без того натерпелся за свою жизнь, однако, таких, как он, по всему миру сотни, тысячи и того больше, впрочем, я вновь старательно ищу себе оправдания. Всегда страшно браться за что-то совершенно новое, чуждое, а эти камни страшат до безобразия своей силой. Возможно, глава Багряных Небес прав, и мне стоит помочь ему? Как? Не знаю, но, если я могу держать эти камни в своих руках без последствий, это что-то да значит, верно?

Подумав об этом, я перевернулась к краю кровати и подняла рукой лежащую на полу рубашку, в кармане которой лежал сверкающий даже во тьме рубин. Многогранный кристалл удивительно красивого цвета…Такой теплый и приятный, что его не хочется выпускать из рук. Даже не верится, что хрупкий на вид камень несет с собой столько ужасных смертей…

Всё следующее утро я провозилась с довольно странным платьем, имевшим запах на правую сторону и настолько широкие рукава, что их края касались пола. Смущал меня и вырез на правом бедре, и, когда все сооружение (иначе и не назовешь) оказалось на мне, я решила, что надела всё совершенно неправильно. Как же служанки, спросите вы? Я не решилась впускать их в свои покои, постыдившись показывать стоптанные ноги, покрытые мозолями руки и тело, усыпанное синяками. По этой же причине сделать что-либо толковое с длинными волосами я не смогла, оставив их развеваться по ветру, да и с плеч постоянно спадало платье, пока я не осознала, что вообще-то так и должно быть. Но с уверенностью скажу, что это лучше всяких корсетов, но, несомненно, хуже надежных штанов и рубах. Однако сегодня предстояло вспомнить все манеры поведения, которым меня обучали, и показать себя госпожой из знатной семьи. Да кого я обманываю, после вчерашнего выхода из кареты подобная возможность уже упущена!

Выскользнув в длинный коридор, по стенам которого изумрудным водопадом струилась сочная листва, я последовала за двумя мальчишками – должно быть, ситуация в клане плачевная, раз даже опытная возрастная прислуга покинула этот дом. Эти юноши, которым я бы не дала больше десяти лет, не скрывали удивленных взглядов и то и дело оборачивались, устремляя большие глаза на два сложенных позади меня крыла. Отвыкнув от столь пристального внимания к своей расе, я неловко улыбалась, вспоминая о том, что не каждый житель Гоариса решается посетить север, где и обосновались фениксы. Хочу заметить, что отличался интерьер минималистичностью, и, к моей радости, разбить здесь что-либо не представлялось возможным. Больших портретов, что обыденно украшают стены жителей Харрана, здесь не было, а те немногочисленные статуи, стоявшие в углах, были выполнены из странного сероватого материала, отбрасывающего на свету серебром.

По пути мы встретили других слуг, которых я видела вчера, но все они были очень молоды, и в их действиях виднелись та поспешность и суетливость, свойственные новичкам. Их действительно оказалось не так много, как мне казалось вначале, и, быстро позавтракав в уже опустевшей столовой, я покорно зашагала в ту комнату, где господин собирал всех нас. Как истинная леди я опоздала именно потому, что долго одевалась. Как истинная леди я решила не считать себя опоздавшей.

Зайдя внутрь, я тут же услышала недовольный цок со стороны Крогиса, что, как и остальные, сидел в широком дорогом кресле вокруг стола, на котором лежала карта нашего мира и маленькая черная шкатулка. Решив не оглядывать пространство вокруг, да и вообще вести себя подобно юной госпоже пред первой брачной ночью, я потупила глаза в пол и быстро села на единственное свободное место, сохраняя при том осанку и преисполненный ума вид. Долго я так, безусловно, просидеть не смогла, и едва голос хозяина этого дома раздался, я тут же уставилась на него во все глаза.

Господин Некрис был образцом идеального мужчины, по мнению гоарских женщин. Женщины же северные без сомнений даровали ему не столь приятное уху слово «смазливый», настолько черты его лица были правильными и аккуратными. Он был высок, худ и отличался той изящностью, на какую действительно было приятно смотреть. Часть его длинных черных волос была собрана позади в пучок, отчего каждый мог увидеть его чуть заостренные уши и яркие красные серьги в мочках. Множество колец украшало длинные пальцы главы клана, и, уж не знаю, нимфом чего он являлся, но глаза у него переливались от стального к голубому, что, скажу честно, выглядело красиво. Выглядел господин Некрис крайне приветливо, и, хотя смущение засверкало на его чуть смуглой коже, он дружелюбно улыбнулся. Я зачем-то улыбнулась в ответ, нервно заерзав на месте.

– Можете называть меня просто Некрисом, – начал он, закинув ногу на ногу, – пускай, наша первая встреча была довольно…необычной, я очень рад тому, что вы согласились прибыть в мой дом и выслушать меня. Для меня это важно, как никогда, особенно сейчас.

Речь его выглядела искренней, проникновенной. Мужчина постоянно крутил кольца на своих пальцах, опасливо поглядывая в сторону шкатулки, в которой, как я полагаю, был тот самый камень, что принес гибель всей его семье…

– Госпожа Эофия, – обратился он ко мне, даже несколько наклоняясь вперед, – именно потому, что я очень рассчитываю на вашу помощь, я буду с вами честен. Я хочу, чтобы вы помогли мне уничтожить камни.

– Вы уверены в том, что их невозможно использовать на благо? – решила я задать подготовленный заранее вопрос, что, признаюсь, волновал меня всё это время.

– Невозможно использовать на благо то, что было создано исключительно для убийства. Мой клан долгое время изучал эти артефакты, и мы знаем, что давным-давно эти камни создал один демон, пожелавший смерти всему миру. Я не отвечу вам на вопрос, отчего был он так зол на судьбу, но погубить все расы он решил, безусловно, методом сколь действенным, столь и ужасным, – Некрис остановился, чтобы сделать глубокий вдох, и продолжил, – но, сколько бы мы ни пытались, пока мы не нашли способ избавить мир от данного проклятья.

– Почему же тогда клан Призрачных Гор находит некоторые камни полезными?

– Они наивно полагают, что изумруд и бриллиант не вызывают скоропостижной смерти, и это верно, ведь эти камни приводят к смерти длительной и мучительной. Они считают, что смогут остановить это прежде, чем камень начнет воздействовать на организм, – на этих словах господин язвительно усмехнулся. – Думаю, Алио рассказал вам о том, что всего камней семь. В каждом клане уже есть некоторые камни, и в этой шкатулке у меня находится опал…Золото сдерживает влияние этих артефактов, поэтому хранить их необходимо только так.

– Тогда какие камни находятся в других кланах? – спросила я, касаясь рубина, но, не решаясь его достать.

– В Призрачных Горах находится изумруд. Уж как три года они проводят над ним опыты, об исходе которых никому не известно. В клане же Серебристых Рек – падпарадж. Этим артефактом они прочно закрепили свою власть…

– Значит, осталось раньше них найти ещё три камня…

– Верно, но и оставлять изумруд и падпарадж я не намерен. Пока эти камни существуют, всем живым созданиям может угрожать опасность. Желание использовать их себе во благо является настоящими эгоизмом и бессердечностью. И, хотя сейчас я не имею достаточно власти, я сделаю все, что в моих силах…

– А почему Эфи может использовать эти камни без вреда? – напомнил о себе Крогис, заполняя комнату своим недовольным голосом. – В других кланах ведь тоже сидят ей подобные.

– К сожалению, я не знаю ответа, и то, что я смог встретиться с вами, – тут Некрис вновь посмотрел на меня, – это большая удача и честь. Это, в первую очередь, большая редкость. Но, верно, я лично знаю ещё двух персон, что обладают подобным даром, и судьба иронично развела их в разные кланы. И я безмерно счастлив, что вы, Эофия появились в моем доме в столь трудный час, когда другие кланы начали попытки использовать камни.

– Но я не умею использовать этот камень, – честно призналась я, – я могу лишь держать его в руках без вреда для себя и остальных.

– Поверьте, те двое также ограничены лишь этим. Но это очень важная способность в назревающей войне. И я…я прошу, – тут Некрис поднялся с кресла и низко предо мной поклонился, – станьте моим союзником, помогите мне избавить этот мир от скверны.

Я даже сглотнуть не смогла – настолько просящим был вид господина, и настолько его история потрясла меня. Мельком взглянула я на Крогиса и Ориса, но те лишь хмурились: и в их сердцах появилось сомнение. Я уже не смогу отказать, как бы слабовольно это ни звучало, но я не могу пообещать ему ту помощь, которой он, возможно, ожидает. Попросту держать камень в руке – не есть та великая сила, что поможет исполнить мечту Некриса, но я и поверить не могу, что демон, создавший столь опасные артефакты, ограничился запрещенной магией, которой он наделил камни. Есть в этом что-то странное, что-то скрытое…

– Я не хочу давать вам надежду, но я и не хочу лишать её вас, поэтому…

– Вы, правда, согласны? – спросил он с такой надеждой в глазах, что я сдалась окончательно. Моя сострадательность не раз ещё нанесет удар по сердцу…

– Я постараюсь помочь вам всем, чем только смогу, если вы дадите нам еду и крышу над головой…

– Эофия, вы не будете ни в чем нуждаться, я постараюсь…нет, я дам! вам всё, что вы пожелаете.

– Что ж, тогда дайте мне пока опал. Всё же чем дольше камни будут со мной, тем, думаю, больше вероятность, что я что-нибудь да пойму…

Счастливо улыбнувшись и вновь сев на своё место, Некрис послушно протянул мне черную шкатулку, в очередной раз удивив меня своими искренностью и честностью. Мне кажется, он хороший человек, попросту ступивший на черную полосу в своей жизни. Мне кажется, он одинокий человек, что столь долгое время рассчитывал лишь на себя, но судьба поставила его в ту ситуацию, где ему непременно нужны союзники – лишь этим могу я объяснить некоторую рассеянность главы и ту надежду, которую он не может скрыть в своих глазах. Буду честна, он напомнил собой меня четыре года назад…

– Вы совсем не знаете нас, но уже готовы так доверять? – спросил Крогис, провожая взглядом шкатулку, ныне находящуюся в моих руках. – Кажется, вы действительно оказались в сложной для себя ситуации, раз просите о помощи незнакомцев.

– Пускай я не могу читать чужие мысли, я всё же нимф души. Я могу увидеть ауру любого существа, могу узнать его силу, его возможности и даже его будущее, ограниченное, впрочем, всего тремя минутами. Я не вижу в вас лжи.

– Погодите-погодите, – удивился кролик, – вы можете видеть…трехминутное будущее каждого?! Вы пророк?

– Не думаю, – добродушно усмехнулся Некрис, – дар пророчества, сами знаете, уже давно исчез с лица нашей земли. Не стоит людям заглядывать в далекое будущее. Но в ближайшее – вполне.

– Редкий дар…Впрочем, у вас тут сборище редких даров, – взглядом Крогис попытался отыскать Алио, но того тут не было.