Глава 31

Дэниэл

Тишина кабинета давила. Раньше я любил одиночество и покой по вечерам, но что-то непоправимо изменилось во мне.

Мне не хватало Виолы, ее дурацких шуток и сумасшедших теорий, ее улыбки и голоса.

Мне не хватало ее самой.

Я взял черный обсидиановый бокал, плеснул туда «Плач Дракона» и сделал глоток. Жидкий огонь обжег горло.

Внутри плескалось темное море беспомощности. Тоска сдавливала горло и не давала дышать. Виолу похитили больше суток назад, а у нас не было ни одной зацепки, где ее искать. Мы знали только место, откуда она пропала, и все. Глупая, глупая девчонка! Зачем она вообще полезла в ту подворотню одна?! Да еще и в сумерках. Никому, кроме нее, и в голову не приходило туда соваться.

Сначала мы наткнулись на осколки стекла в молочной луже застывшего супа. Рядом сидел облезлый кот и слизывал бульон с мостовой. Чуть впереди валялась раздавленная корзина для пикника. Еду уже успели растащить.

И больше ничего – ни свидетелей, ни улик. Жеваный крот, что я упускаю?

Я сжал пальцами переносицу. Надо собраться, сосредоточиться. Похищение Виолы либо дело рук Керринга, либо как-то связано с убийством Рольфа, поэтому мы с Моргом разделились: он занимался поиском первого, а я расследовал убийство второго.

Пользуясь ролью ректора, я встретился почти со всеми, с кем Рольф общался в последнюю неделю своей жизни. В основном это были профессора Магической Академии Кольера.

Осторожно, стараясь не вызывать подозрений, я расспрашивал их не только о текущей работе, но и о трех «профессиональных» убийствах – так именовал их Хьюго, и название само собой прицепилось. Разумеется, я не задавал вопросов напрямую, но невзначай упоминал то название кофейни, то гостиницы, где произошли убийства. Так я мог проследить за их реакцией.

С гостиницей пару раз вышло неловко, так что теперь у меня есть целый список «гораздо более благонадежных заведений, гарантирующих конфиденциальность». А вдобавок к этому – слабо завуалированное приглашение от одной преподавательницы «переночевать в мягкой постели, а не в унылой гостинице».

Я снова взялся за матовый черный бокал, но вмиг остановился. «Плач Дракона» не заглушал боль, а тревога лишь нарастала. Расследование зашло в тупик. Виола похищена, Рольф мертв, Джо в тюрьме. У нас нет ни единой зацепки. Ни единой!

Кто, кроме нас, расследовал это дело? Никто!

Команда из столицы вместо поисков Виолы и расследования убийства Рольфа застряла в бумажной волоките – они проводили ревизию отчетов прокуратуры. Ресурсов на текущие дела не хватало, так как все силы были брошены на проверку того, что мой департамент не погряз в коррупции за последний год. Местные Дознаватели им помогают – выбора у них нет.

Обычно такие проверки устраивают раз в пять лет – это стандарт. Но блестящие результаты прошлого года не впечатлили Генерального Прокурора Эллара. Он решил перетряхнуть все еще разок, раз уж его люди все равно в городе. Да, формально они занимались расследованием убийства ректора, но фактически топтались на месте.

Проклятая политика. Раньше я бы с удовольствием бросился в эту схватку и выгрыз очередное повышение. Но теперь в голове только одно – Виола в опасности. Безликая, только защити ее! Если с ней что-то случится, я лично казню каждого причастного. Возможно, даже самого себя. За то, что не смог уберечь ее.

С тяжелым сердцем я встал из-за стола и накинул блейзер. Впереди еще одна встреча из расписания Рольфа – чай с профессором Дитрихом, главой факультета Лекарского дела. Я положил ежедневник прошлого ректора во внутренний карман и открыл портал на улицу Морских сирен.

Передо мной стоял старинный трехэтажный особняк. Его мрачный силуэт с готическими шпилями и узорчатым каменным рельефом выделялся на фоне закатного неба. Фасад из серо-бежевого камня, местами покрытый плющом, хранил следы былого времени: потемневшие барельефы, закопченные стены, тяжелые дубовые двери с витиеватыми коваными ручками, высокие окна в старомодных стрельчатых рамах.

Любопытно, как особняк достался Дитрихам? Даже содержать на преподавательскую зарплату его было невозможно.

Я едва успел поднять руку, чтобы постучать в дверь, как она распахнулась. На пороге радушно улыбался профессор Дитрих:

– Профессор Норт! Точны, как и всегда. Прошу-прошу, заходите, – обменявшись приветствиями, мы вошли в гостиную. По пути мы вели обязательную светскую беседу. Куда же без нее.

В доме царил полумрак, который лишь немного рассеивали магические светильники, расположенные на стенах из желтоватого травертина. Высокий сводчатый потолок подпирал колонны, плавно переходящие в арки. Архитектура, характерная больше для замка, нежели для дома.

Гостиная полностью соответствовала общему стилю: каменные стены, отполированный до блеска паркет из темного дерева, покрытый истоптанным и затертым ковром. Неуловимое дыхание аристократии. У моей матушки был похожий – старый и потрепанный. Достался ей от троюродной прабабки, которая когда-то вышла замуж за герцога. Нам с Моргом запрещали даже прикасаться к нему.

Витражный триптих узких стрельчатых окон вытянулся во всю высоту комнаты, прямо напротив основного входа в гостиную. Справа расположился камин. На стенах, соседствующих с окнами, находились две двери, по одной с каждой стороны. Наверное, входы для слуг.

Профессор Дитрих предложил мне сесть на диван, который стоял боком к камину. Сам он устроился в глубоком кресле напротив. Между нами стоял столик, уже сервированный для чая с закусками.

Он поерзал в кресле, устраиваясь, и наклонился в мою сторону. Наконец-то мы приступили к основной части нашей сегодняшней встречи.

– Профессор Норт, я весь ваш. Чем обязан вашему визиту?

– Пока попечительский совет Академии подыскивает нового ректора, я исполняю его обязанности. – Я сделал паузу и посмотрел в глаза Дитриху. Он не выдержал и первым отвел взгляд, разорвав контакт. – Никто не знает о жизни Академии больше, чем профессора и главы факультетов. Именно поэтому я встречаюсь с преподавательским составом, чтобы быстрее вникнуть в текущие дела.

– Бедный-бедный Рольф. Какое несчастье! Я был уверен, что они с супругой жили в счастливом браке, а оно вот как вышло, – он всплеснул руками, а потом замолчал и посмотрел на меня, явно ожидая, что я начну оправдывать кузину. Но я не собирался этого делать. Я защищаю близких не на словах.

– Никто не знает, сколько нам отмерено.

– Да, вы правы. Как говорит моя жена: «Зная свой конец, не будешь знать покоя до самой смерти».

– Мудрая женщина, – кивнул я, но что-то в этих словах зацепило меня. Мне кажется или Рольф говорил, что Дитрих развелся? Никогда не уделял внимания светским сплетням. – Она к нам не присоединится?

– Ей нездоровится. – Дитрих мягко улыбнулся, но его взгляд мгновенно похолодел. Странная реакция на безобидный вопрос.

– Прошу прощения. Передайте ей пожелания скорейшего выздоровления.

– Обязательно. Чаю?

– Да, пожалуйста, – кивнул я. – Возвращаясь к теме нашей встречи, расскажите мне о том, что у вас сейчас происходит на факультете. Какое вовлечение ректора вам требуется?

После смены темы Дитрих будто выдохнул и расслабился. Он разлил чай по чашкам, добавив сахара. Передал мне одну из них, затем взял другую и начал отчет о жизни факультета. Из всего сказанного самым значимым являлось «возвращение одного студента из академического отпуска по семейным обстоятельствам».

Не имею привычки есть в домах подозреваемых, но отказываться от чая, который приготовил сам хозяин, было бы верхом неприличия. Поэтому я взял чашку и притворился, что сделал небольшой глоток, затем поставил ее обратно на столик и спросил:

– Что за история со студентом, который возвращается из академического отпуска? Рольф согласовал начало его занятий?

– Нет, он, – Дитрих сделал паузу, подыскивая слова, – не успел. Поэтому я прошу вас это сделать.

– Без проблем. – Ни одна эмоция не промелькнула на моем лице. – Как зовут студента? Можете принести документы, и я подпишу их вне очереди. Если он готов приступить к учебе, бюрократические преграды не должны его сдерживать.

– Итан Керринг, – вкрадчиво ответил Дитрих. – Мне кажется, вы с ним знакомы. Ох, чуть не забыл!

Не спрашивая, профессор подлил нам в чашки молока.

– Не припомню такого, но это не имеет значения. – Я поморщился, будто что-то вспоминая, а после машинально потянулся к чашке чая и сделал глоток.

Да что со мной сегодня? Нельзя быть таким несобранным в доме подозреваемого. За последние сутки я так ни разу и не поспал, и усталость давала о себе знать. Видимо, досада отразилась на моем лице, отчего Дитрих сразу же спросил:

– Профессор Норт, с вами все в порядке? Не подумайте, что я лезу не в свое дело, но на вас просто лица нет.

– Все хорошо, спасибо. – Я вмиг замолчал, решив сменить тему разговора. – Насколько это вообще возможно, конечно. Стараюсь вернуть жизнь в прежнее русло. – Я грустно усмехнулся и пожал плечами. – Но у судьбы свои планы – все идет наперекосяк. Даже в мелочах. Можете себе представить, что у меня сейчас даже поверенного нет? А ведь он нужен мне как никогда, чтобы помочь разобрать дела Рольфа.

– Есть такое. Удивительно, но я тоже сейчас без поверенного.

– Вас не устроил предыдущий?

– Не совсем. – Профессор Дитрих посмотрел на меня, как будто оценивая, и тихо проговорил: – Он умер.

Теперь главное – не спугнуть его. Я взял с тарелки какой-то бисквит и неторопливо разломил его на несколько кусочков. Совместный прием пищи сближает людей – так пишут в учебниках по дознанию. При этом совершенно не обязательно есть: можно просто поковырять еду, раскидать ее по тарелке и увлечь собеседника разговором.

Вдруг меня словно кто-то дернул за руку, и я пошатнулся в сторону камина. Кусочки бисквита рассыпались по полу. Буквально впервые в жизни у меня закружилась голова без какой-либо предшествующей травмы.

«Разве что сердечной», – мелькнула в голове нелепая шутка. Сознание путалось.

Сбоку от окна раздался скрип открывающейся двери, а затем шаги – громкие, гулкие, будто кто-то шел прямо по моей черепной коробке. Изнутри. Что-то явно не так. Пора уходить.

– Профессор, спасибо за встречу, но боюсь, мне пора, – язык заплетался, слова словно казались чужими. Я поднялся с дивана и снова покачнулся. Повернулся к выходу. Что за?.. Керринг?

Он действительно здесь… или это всего лишь плод моего воображения? Нужно вызвать помощь. Я поднял руку, но магия не слушалась.

– Ну куда же вы, профессор Норт, – как-то слишком весело проговорил Дитрих. – К чему спешка? Останьтесь еще немного, ведь к нам как раз присоединился мистер Керринг. Он расскажет, что заставило его взять академический отпуск. Хотя… вы и так все знаете, не правда ли?

– Господин Прокурор, не могу сказать, что рад вас видеть, – кивнул Итан, ухмыляясь. – Вы снова не вовремя.

Он протянул руку и что-то прошептал. В следующее мгновение волна сокрушающей силы отбросила меня назад, словно тряпичную куклу. Я задел ногами столик, посуда звякнула, разлетевшись во все стороны. Я со всей силы ударился затылком.

Волна боли оглушила меня, и я провалился в темноту.