Глава 16

Оставив меня в состоянии кипения, мой самозванный принц угарцевал по своим делам, а я выругалась сложной конструкцией отборных матов и, прерывисто вздохнув, рухнула на кровать.

Теперь мне казалось, что я загнала себя в ловушку, из которой не будет выхода. При этом Тимур получит что хотел, а папочка будет доволен, что хоть в чём-то меня прогнул. Бесят! Оба!..

Пялясь в потолок, я тихо психовала и не сразу поняла, почему, несмотря на расслабленную позу, моё дыхание сбилось, грудь стала чувствительной, а кожу обсыпало мурашками. Возбуждение от злости? Да ну нет, бред же!..

Приподнявшись, я огляделась и, втянув носом воздух, охнула. Постель была пропитана мужским запахом, который действовал похлеще афродизиака. Его запахом…

Подскочив с кровати, я сдёрнула с неё покрывало, а следом на пол полетели подушки, одеяло и простыня. Содрав всё постельное, я открыла окно на режим проветривания и, заглянув в небольшую гардеробную, зависла.

Полки с чистым бельём и полотенцами выглядели слишком идеально, но удивило меня не это. Комната, устроенная под гардеробную, напоминала картинку из модного журнала. Вернее, только с одной стороны…

Даже полки и вешала, занятые одеждой Тимура, намекали на его идеальность. Рубашки, костюмы, развешанные по цвету, ремни, галстуки и часы, аккуратно сложенные в специальных органайзерах. Носки и трусы… Нет, ну это невозможно!

– Чёртов педант, – проворчала я и, подойдя ближе, решительно перевешала пару рубашек и пиджаков, нарушая безупречную картину.

Это было абсолютно по-детски, но сдержаться я не смогла. Непогрешимую идеальность Тимура хотелось щедро разбавить моей бесшабашностью и пофигизмом, и, представив его реакцию на мою выходку, я коварно усмехнулась.

Переворошив всю одежду Тимура, я оглянулась на пустые полки, занимающие противоположную стену, и, расплывшись в широкой улыбке, приступила к распаковке своих чемоданов.

Платья, блузки, юбки, брюки, жакеты, ремни, сумки, туфли, – всё это я разместила на свободных полках и развешала в максимально хаотичном порядке и, раскидав нижнее бельё в выдвижные ящики, засунула освободившиеся чемоданы в дальний угол.

В процессе завоевания своей же территории, даже про усталость забыла. А вот есть захотела так, будто месяц сидела на жёсткой диете и сегодня праздновала её завершение.

Переодевшись в короткий топ и домашние шортики, я завязала непривычно короткие волосы в куцый хвостик и, прошлёпав на кухню, принялась рыскать по шкафам и в холодильнике.

Здесь тоже царил раздражающий порядок и кристальная чистота, и я срочно взялась за дело. Долгое время живя самостоятельно, я многому научилась, но всё ещё предусмотрительно врала окружающим, что готовить абсолютно не умею.

Не особо любила кашеварить, но если готовила, то всегда бралась за нечто сложное и необычное. Подумаешь достижение, сварить пельмени или пожарить полуфабрикаты, – это скучно и не особо полезно. А вот соорудить блюдо из десятка ингредиентов я умела. Процесс меня увлекал, и я успевала обдумать важные вопросы. Прямо как сейчас…

Из холодильника, забитого под завязку всякой всячиной, я выудила фарш, грибы, сливки и сыр, а муку, приправы и макароны нашла в шкафу. Через полчаса на навороченной плите уже шкворчал фарш, обжариваемый с шампиньонами и луком, а в небольшом сотейнике булькал соус.

Сварив макароны, я собрала послойно все ингредиенты в глубокую форму для выпечки, залила соусом, посыпала натёртым сыром и отправила в духовку. Все кухонные поверхности теперь напоминали поле какой-нибудь кулинарной битвы, а я лениво жевала бутерброд и думала, что бы ещё придумать, пока не отпустил соответствующий запал.

От новых свершений меня отвлёк телефон. Вытерев руки, я отшвырнула полотенце, глянула на экран и, вздёрнув брови, усмехнулась.

– Привет, папа. Прости, что уехала рано. Не хотела тебя будить и…

– А ты уехала? – недослушав, переспросил папа и, помявшись, всё же рассекретился: – Тимур уже сказал. Ну… Как устроилась? Квартира нравится или есть замечания?

– Спасибо. Всё шикарно, – соврала я и, вздохнув, попыталась надавить: – Пап, дату свадьбы мы ещё не назначили, а пока…

– Могу приехать в гости, и вместе обсудим, – снова перебил папа, а я скривилась.

– Папуль, ну куда торопиться? Должна же я узнать своего будущего мужа поближе.

– Конечно, – поддержал он, но тут же намекнул: – Но и тянуть не стоит. Лето в самом разгаре. Как тебе август? По-моему, самое удачное время для свадьбы. Успеем всё подготовить, купить платье, забронировать ресторан и…

– И переоформить всё на меня, – ввинтила я строгим тоном, а папа снова поддакнул.

– Ну и это тоже. Тимур уже занимается оформлением квартиры и доли в бизнесе. Машину, надеюсь, ты тоже выбрала?

– Пап, а почему ты доверил оформление Тимуру? – хмыкнув, поинтересовалась я и, понимая, что правды всё равно не добьюсь, вздохнула: – Ладно, с этим всё понятно, а сейчас я хотела бы обсудить наше совместное проживание.

– А что тут обсуждать? – отозвался папа и, почему-то заговорив тише, добавил: – Живите в твоей квартире. Места много, район отличный, ремонт свежий.

– Пап, я о другом, – с трудом сдерживая раздражение, процедила я и, закатив глаза, произнесла максимально беззаботно: – Будет лучше, если до свадьбы Тимур поживёт отдельно. Мы же пока друг другу никто, а квартира только моя.

– Алиса-а-а, – с укором протянул папа и, помолчав, сознался: – Не могу я его выставить, пойми ты… Он всё продал и вложил все свои деньги в свой… кхм-м… в наш общий проект.

– Так верни ему долг и всё, – теряя терпение, выпалила я, а папа усмехнулся.

– Не могу… Слишком большая сумма и… дочка, ты не торопись, – сбивчиво выдохнул папа и, выдержав паузу, завёл старую песню: – Квартира большая, места много, а вы итак вскоре поженитесь.

– А если нет? – проворчала я и, вздохнув, попыталась оправдаться: – Пап, мы друг друга почти не знаем. Вдруг не уживёмся или передумаем.

Мысленно я добавила, что если кто и передумает, то только Тимур, а причины я с радостью и азартом обеспечу ему в полном объёме. Будет бежать, роняя тапки, если в списке его достоинств есть хоть капля здравомыслия и чувство самосохранения.

– Если не сложится, я найду выход, – пообещал папа и, посопев в трубку, попросил: – Просто дай мне немного времени. Хорошо?

– Хорошо, – не слишком радостно буркнула я и, услышав на заднем фоне какие-то странные звуки, опешила: – Папа, а ты сейчас где? Разве не дома? Почему кто-то рядом с тобой сказал про халат и бахилы?

– Я тут это… заехал к… – слегка заикаясь, выдавил папа и, прерывисто вздохнув, протараторил: – Друга после операции навещал. Всё, Алиса, мне пора. Нельзя здесь телефоном пользоваться.

– Что за друг? – затаив дыхание, спросила я и, прищурившись, потребовала: – В какой больнице он лежит? Могу тоже приехать.

– Ты его не знаешь, – явно соврав, отмахнулся папа и, не прощаясь, бросил трубку.

Растерянно глядя на телефон, пикающий короткими гудками, я не могла подавить тревогу. Папа определённо соврал, и я не могла смириться с фактом, что родной отец не может мне довериться. Сама виновата, понимаю, но!..

Покружив по кухне, я решила перезвонить и потребовать объяснений, но не успела. Дверной звонок сообщил о госте, и я пошла открывать, напрочь забыв, что у Тимура есть свои ключи. За что и поплатилась…

– О, привет, – похлопав ресницами, промямлила я и, смерив неожиданного гостя растерянным взглядом, уточнила: – А что ты здесь делаешь? И как узнал, где я живу?

Вместо ответа этот нахал сунул мне в руки огромный букет роз и, ввалившись в квартиру, закрыл дверь, притянул меня к себе и стиснул в крепких объятиях.

– Привет, Лиса. Думала, не найду?