13 глава

Я сидела, всё ещё прижимая телефон к уху, и слушала, как быстро билось в груди сердце. Вроде бы сама же бросила, а чего плохо то так?

— Получается, минус одна проблема? — Чуть улыбнулся босс, смотря на меня с довольным лицом.

И это стало последней каплей. Я просто вскочила и выбежала из приемной в сторону туалета, пока не сказала или не сделала ничего лишнего.

Проблема? То есть для него моя личная жизнь была просто каким-то мелким недоразумением, которое нужно было решить?

Я оперлась руками о столешницу, на которой были размещены раковины, и посмотрела на себя в отражении. Взъерошенная, лицо красное, пылает от злости, зубы сведены…

К чёрту всё. Плевать. Не буду. Ещё ведь можно повернуть дела вспять?

Головой сама уже понимала, что нет. Хоть контракт ещё и не был подписан, официально по бумагам я уже была женой Владимира Степановича, плюс он уже рассказал партнёрам.

Полная решимости вернулась в приемную, подхватив контракт, почти с ноги вошла в кабинет босса. Он, надо сказать, выглядел несколько изумленным, но ничего не сказал по поводу моего поведения и такого неожиданного визита.

— Значит так. — Я села на небольшой кожаный диван, стоящий здесь же. — Я хочу помимо двойного жалования на время нашей сделки получать оплату и за прочие выполняемые мной обязанности: я буду жить с вами, а значит, обслуживать ваше жилище, прибираться и так далее, плюс я буду заниматься ребёнком, готовить для него, мне придётся всё своё свободное время играть роль, а не жить свою жизнь. Всё это требует компенсации.

— Ладно, я не против. Звучит разумно, внесу эту строчку в контракт.

— В документах нет не слова про нашу личную жизнь на период сделки.

— Потому что я думал, что мне придётся делать дополнительное соглашение с твоим парнем, после разговора с ним. Но ты, как я понял, этот вопрос уже решила.

— Угу. — Недовольно поджала я губы.

— Перестань так смотреть на меня. Всё равно он тебе не подходил. Какой-то хлюпик. Не представлял такого мужчину рядом с тобой. Его и мужчиной назвать сложно, скорее мальчик.

— Давайте по делу, Вла… Давай по делу, Вова. — Когда я назвала начальника по имени, он неожиданно чуть напрягся, и его глаза загорелись каким-то хищным блеском, который я раньше не замечала.

— Ну а чего тут думать? Тебе точно нельзя ни с кем встречаться на период наших «отношений», — говоря «отношений», он сделал жест руками, словно поставив слово в кавычки, показывая, что они были не настоящими. — Так что пропишем, что ты обязуешься на период действия договора ни с кем не встречаться.

— То есть я не буду ни с кем встречаться, а ты сможешь зажигать с другими женщинами?

— Давай признаем, Катя, что мужчины куда более осторожны в своих связях. У меня всё будет под контролем. Да и как ты предлагаешь мне год продержаться без с… без сбрасывания напряжения.

— Ничего. Напряжение можно и руками отлично посбрасывать. У меня же получалось в нашей командировке, которая почти семь месяцев длилась… — Я и сама не поняла, что ляпнула, пока не увидела, какой интерес вдруг отразился на лице босса.

— Правда? Я даже не думал, что…

Мои щёки уже не горели, они просто пылали! Так. Отставить смущение.

— Это не важно. Важно то, что я не буду подписывать договор без пункта о том, что вы тоже обязуетесь «хранить верность». Слишком велики репутационные риски для меня. Я не могу позволить вам общаться в этот период с другими женщинами. Представьте, кто-нибудь из девушек обидится, и растрепет всем, что спала с вами. Как буду выглядеть в этом случае я?

— Давай ещё обсудим варианты. Потому что этот мне не очень подходит. Я довольно горячий мужчина в этом плане. И ты снова перешла на вы. Пора уже начать тренироваться.

— Перестраиваюсь пока. Скоро привыкну. И нет. Другие варианты для меня недопустимы. Ты сам на это пошёл, сам придумал, и здесь, если честно, я именно та сторона, которая пострадала больше всего. Это мне придётся поменять всю свою жизнь ради твоего бизнеса.

Босс напряженно смотрел на меня, явно прикидывая что-то в уме, но в конце концов вздохнул.

— Ладно. Пусть будет по-твоему.

— И ещё одно. Туда же нужно добавить, что я с тобой спать буду не обязана. А то, мало ли, как подействует на тебя воздержание.

— Можешь не переживать. Я всегда очень четко отделяю работу от личного. Что-то ещё? Говори, пока можно. Потому что к вечеру я внесу правки, и мы подпишем бумаги. Не хочу тянуть.

— Я всё думаю про Елисея. — Я сглотнула, смягчив тон, когда начала говорить про мальчика. — Что с ним будет, когда всё закончится? Дети привязываются. Ему надо будет называть меня мамой? Как, когда я буду возвращаться к своей привычной жизни, можно будет объяснить ему это?

— Давай будем решать проблемы по мере их поступления. Я бы не стал забегать так далеко вперёд.

— Но всё же… Не совершаем ли мы ошибку? Всё-таки, он маленький, живой человек. Ваш сын.

— Вот именно. У него останется отец, к которому он привыкнет. Да и психологов никто не отменял. Современная наука творит чудеса…

Я, кивнув, скорее просто механически, поднялась с дивана, и положила свой вариант договора на стол перед боссом.

— Как организуем твой переезд ко мне? Нужно, чтобы было всё тихо, без шумихи. А ещё, надо предупредить твоих родных. Думаю, что родителей мы обмануть вряд ли сможем, и твоих, и моего отца. Надо будет попросить их молчать. Когда новости всплывут, им наверняка позвонят.

— Лучше сказать им лично. Не хочу, чтобы узнали из прессы. Я могу съездить к ним на выходных? Могу взять и Елисея с собой.

— Хорошо. Поедем все вместе тогда. Раз уж, как ты говоришь, я заварил всю эту кашу…

Выходила от босса в смешанных чувствах. Вроде бы и обговорили всё, но внутри остался непонятный осадок. Ещё этот разрыв с Тимофеем…

Ну и, конечно, я уже начала задаваться вопросом: если с Елисеем будет всё хорошо, то какого будет мне после этого года? Главное, не привязываться ни к кому слишком сильно…