Глава 25

Кирилл

Сев в машину, молча перегибаюсь через коробку и открываю бардачок, задев рукой ее колени, обтянутые длинной вязаной юбкой.

Мазнув глазами по каменному бледному лицу, роюсь в глубоком пластиком кармане бардачка и достаю оттуда стопку машинных “вонючек” с разными запахами. Купил пару дней назад, потому что не только ее одну напрягает запах салона в этой тачке. Надеюсь, что набор венерической херни не передается через кожу, потому что понятия не имею кого и как имел в тачке мой брат.

Вернувшись в свое кресло, оглашаю список:

— Лимон, морской бриз, клубника, кофейные зерна. Если не нравится, тут недалеко есть заправка…

— Лимон.

Приняв заявку, разрываю упаковку и вешаю на зеркало лимонный ароматизатор, остальные возвращаю назад. Искусственный запах тут же попадает в нос, и не мне одному, потому что Аня шумно тянет его носом, независимо глядя в окно.

— Мы тебе нужны, Кир? — спрашивает тихо и напряженно.

— А я вам? — интересуюсь в ответ.

Смотрит на меня испытующе. Прежде чем ответить, теребит свое запястье, и я вижу на нем… свой новогодний подарок. Кажется, это было десять лет назад, и с тех пор кто-то жестко меня перепрошил.

Дернув за рукав, прячет под ним запястье, будто я коснулся своими глазами чего-то личного. Кажется, не у меня одного есть барьеры.

Скучала, значит?

Это у нас взаимно.

— Я одна не справлюсь. Никак, — опускает лицо.

Я не тупой. Я знаю ее финансовое положение. Знаю ее возможности. Либо вместе, либо никак, это и дураку понятно.

— Я спрашиваю о другом. Я нужен тебе? Он тебе тебе нужен?

Вскидывает голову.

— Дубцов, — бросает в сердцах. — Ты и правда такой дурак?

— Просто ответь на вопрос, — настаиваю.

Мечет по моему лицу молнии, будто если бы могла, дала бы мне в нос.

— Твоя мать сказала, что…

Блять.

— Забудь о том, что она сказала, — говорю с нажимом. — Ответь на мой гребаный вопрос!

— Нужен! — взрывается. — И ты, и он. Доволен?! Доволен? Вы оба мне нужны!

— Это взаимно, — чеканю, отвечая на ее вопрос. — Что ты будешь делать, если она придет к тебе опять? — спрашиваю хрипло, глядя в ее пылающее лицо. — Если к тебе придет мой отец?

Облизнув губы, Аня сглатывает слюну, от чего дергается тонкое горло.

Моя мать пришла к ней, потому что выбрала из нас двоих слабое звено. И это сработало. Почему? Потому что она выбрала правильно. В этой истории могут быть любые вводные, неважно какие. Моя жизнь отличается от ее. Желающих насрать на мой порог столько, что глаза разбегаются. Но ответ у моей будущей жены всегда должен быть один при любых вводных, и это должно отпечататься в ее голове, как гребаная аксиома!

Кажется, до нее доходит, чего мне надо, потому что в ее голове вращаются шестеренки. Это видно даже невооруженным глазом.

Жду ее ответа.

— Что мне нужно делать? — упрямо смотрит перед собой.

— Что ты должна делать? — настаиваю на свой формулировке.

— Рассказать тебе, — проговаривает, снова задирая свой маленький подбородок.

— Справишься? — спрашиваю резко.

Я вижу сомнения в ее глазах. Вижу в них долбаную внутреннюю борьбу. Ее страхи просто на ощупь потрогать можно. Я знаю, на что способна моя мать. На что способен мой отец. Она не должна сомневаться. Никогда. Только доверять. Мне. Если я не вызывал у нее доверия месяц назад, то сейчас мы стартанем именно отсюда.

— Аня, — зову угрожающе.

— Да! — падает на сиденье, кусая губы. — Справлюсь!

— Офигенно! — Зажимаю старт-кнопку, заводя машину.

Тронув её с места, медленно выкатываюсь на дорогу и сворачиваю в сторону ближайшего светофора.

— Куда мы? — спрашивает устало.

— В гостиницу, — отвечаю коротко.