Глава 19

И ещё немного о доверии

На работу я опоздала по всем мыслимым и немыслимым представлениям. Мне кажется, что я так вообще никогда и никуда не опаздывала. К моему счастью, моя лекция была назначена на вечер.

Мои замечательные коллеги по кафедре лишь посочувствовали моему вранью про ремонт и отнеслись с пониманием, отчего я почувствовала себя ещё хуже.

Работа не клеилась. Кое-как собравшись после обеда я-таки сосредоточилась, заставив себя одним махом закрыться от всех проблем. На телефон мне даже и смотреть не хотелось.

В голову невольно проникали мысли о сообщение Арианны, о том, мог ли Антон и правда меня обмануть или предать… К тому же, вспоминался недавний разговор с Егором…

Если бы не этот разговор, я бы сомневалась бы в Антоне? Увидев это сообщение – да, сомневалась бы.

Остаток рабочего дня пролетел незаметно. Я выскочила из университетского корпуса и, запахнув пальто получше, заторопилась к автобусной остановке. Осенняя сырость после дождя была мне приятна, как и вечернее небо с уже разбежавшимися тучами. Перепрыгивая мелкие лужи, я смотрела в зеркальное отражение неба в них и думала, думала, думала…

Я так и не ответила Антону на его вопрос в сообщении. Написала, что сегодня много работы, и я занята…

С Соней мы встретились в метро. Светлые волосы, кудри мелким бесом, большие зеленые глаза и невозможно любимая улыбка, всегда заряжающая весельем и хорошим настроением.

Сонька в полосатой куртке и синих джинсах, с рюкзачком за спиной и шлейфом яблочного аромата сгребла меня в охапку и крепко-крепко обняла. Я обняла её так же крепко, потому что невообразимо скучала! Всем бы таких подруг или сестёр – любовь, тепло и поддержка. Мне уже в её объятиях захотелось расплакаться, жалуясь на всё-всё без слов. И Соня сама это видела и понимала.

- Идём, Машка! Сейчас всё расскажешь, а я попробую помочь!

И мы пошли. Выбрались из метро, влились в вечерние людские потоки – кто домой, кто отдыхать, кто куда, взлетели из подземки на улицы вечерней столицы и – вперёд.

Наша любимая с Сонькой кофейня традиционно грела уютом, мягким светом и запахами свежей выпечки и любимого кофе. Теплые оттенки, живые цветы, мягкие диванчики и деревянная мебель. А ещё окна-витрины, возле которых и было наше любимое с сестрой местечко. Нам повезло и в этот раз.

Я обхватила руками большую чашку с какао и уставилась на мягкие пастилки, утопающие в шоколаде.

- Вот такая история… - Я почувствовала, как мои губы задрожали и всхлипнула. Однако тут же сжала волю в кулак – хватит уже реветь. – Как-то всё глупо, да?

Я вскинула взгляд на Соню. Та смотрела на меня, застыв в чашке с кофе в руке. Бровь изогнута, губы поджаты в некотором сомнении.

- Нет, не глупо, Машка, - сказала Соня непривычно серьёзным голосом. – Это не глупо. Глупо будет, если ты закроешься и продолжишь молчать.

- О чём это ты?

- Слушай. – Соня поставила чашку на стол с глухим стуком, затем положила руки перед собой, словно была преподавателем на экзамене, и мрачно всмотрелась в мое лицо. – Я очень хорошо помню историю с Карташовым, в которую ты влипла. Маш. Я плохо знаю Принца. За одну посиделку человека хорошо не узнаешь, но мы с тобой прекрасно понимаем, что он весьма красивый и успешный парень, и твоё недоверие вполне оправдано. А учитывая ту историю, когда Миша Карташов крутил хвостом за твоей спиной с этой бабёнкой, твоё недоверие оправдано втройне – всё-таки после такого не сразу начинаешь вообще доверять парням, а красивым и успешным – подавно.

Я уныло кивнула. Соня была права, только легче мне от этого не становилось.

- Ну, так и что ты предлагаешь мне делать?

- Поговори с ним. – Соня прищурилась. – И не выдумывай. Что значит ты боишься показать ревнивой недоверчивой бабой?! Ему, блин, бывшая пишет какие-то странные сообщения! Ты сама подумай – стоит ли вообще на такое закрывать глаза?

Отодвинув свою чашку в сторону, я тяжело вздохнула и уронила голову на сложенные на столе руки.

- Ненавижу всё это… Я уже от унижения чувствую себя пылью под плинтусом… Почему у меня всё время одна и та же история – парень за моей спиной устраивает какие-то непонятные шашни…

- Я, кстати, верю, что Принц за твое спиной ничего не устраивает, потому что, во-первых, он реально влюблен в тебя, и это видно, а, во-вторых, как по мне, он не такой человек. Это больше про Чернова, - деловито сказала Соня. – Да и про шашни Миши Карташова как раз всё было понятно. Но то Миша, мы-то с тобой знаем…

- Да, знаем…

Я подняла голову и уставилась в окно, мимолетом вспоминая былые дни. Как же мне не хватает мамы… А теперь ещё и папа уехал так далеко. Бросить бы всё к чертям собачьим и тоже уехать куда-нибудь далеко…

- А если у него реально какие-то шашни с ней? – спросила я тихо. – И он не признается мне. Скажет, мол, всё хорошо, придумает что-то и продолжит врать… Как я узнаю? Я ведь всё равно буду обращать внимание на каждую подозрительную деталь.

- Просто ты не доверяешь ему, Маша. – Соня смотрела на меня хмуро. – Признайся себе в этом. А потом задай вопрос – будут ли у вас вообще нормальные отношения, если ты ему не веришь и верить, кажется, не собираешься.

- Это моя самая большая боль, - прошептала я, всё-таки не удерживая слёз. – Знаешь, Сонь, я боюсь, что вообще не смогу быть рядом с ним – я слишком не уверена в себе, у меня целое портфолио из травм и отвратительных историй – что история с Черновым, что с Карташовым… И вообще – Принц и я… Арианна была права… Она принцесса, а я кто? Книжный червь и серая мышь…

- Ты с ума сошла? Ты не серая мышь! Не выдумывай! – искренне возмутилась сестра. - А эта стерва не принцесса, а ведьма!

Я закрыла лицо руками и протяжно выдохнула. Как можно из абсолютно счастливого человека за две недели превратиться в такую унылую размазню, как я – уму непостижимо!

- Значит, прежде всего, мне надо разобраться с собой…

Домой к Антону я приехала уже в девять. На улице моросил дождь, вся романтика осени растворилась в сгустившихся сумерках и пронзительном холоде. Я ужасно устала, мысли путались, а ещё хотелось выпить.

Дверь щелкнула, закрываясь, и я тихонько прошла в прихожую.

Принц стоял, опираясь плечом о стену. В белой рубашке с расстегнутым воротом, в черных брюках. Светлые волосы чуть растрепаны, взгляд – холодный. В руках – бокал с виски, который он тут же протянул мне и который я тут же осушила.

«Угадал, надо же. Какая проницательность! – кисло подумала я, возвращая бокал. - А ты всё бухаешь, Маша. Так и знай, до добра тебя твои мужики не доведут…»

Так-то. Докатилась.

Антон помог мне снять пальто, взял меня за руку и повёл за собой…

Я подошла к столу, но садиться за него не стала. Повернулась к Антону и прижалась спиной к стене. Принц не спускал с меня пристального взгляда. Полумрак, царивший на кухне, не угнетал, а наоборот успокаивал. Это было странно для меня, у Антона была такая большая квартира, что мне частенько было страшно без включенного освещения.

- Что она написала? – спросил он тихо, но я всё равно вздрогнула, услышав его вопрос.

Честно говоря, я не знала, как говорить с Антоном обо всём этом и правильных вариантов у меня не было, поэтому я решила говорить так как есть.

- Спросила про твой план.

Было как-то зябко, даже тепло, разлитое внутри от выпитого, не грело. И даже почти не расслабляло, только усиливало усталость и желание спать… Я понимала, что при любом исходе разговора, моя проблема останется со мной – изломанное сомнениями доверие не вылечишь одним разговором, одним днём или самоконтролем… Долго на цыпочках не устоишь.

- План?

- Да, план.

Антон чуть поджал губы и нахмурился, не спуская с меня взгляда.

- Она звонила мне сегодня. – Я промолчала. Принц покрутил свой бокал с виски в руках и продолжил: - Спросила, сработал ли мой план начать новую жизнь, расставшись с ней.

«Мог ли Антон обсудить всю ситуацию с Арианной? И если у них есть какой-то план, то он может быть уже в курсе, что мне говорить… - Я одернула себя. – Господи, да я же превращаюсь в параноидальную идиотку…»

В этой полутьме при малом освещении, включенном на кухне, Принц казался мне ненастоящим. Я будто бы сейчас проживала эту сцену в своём воображении… С одной стороны, мне хотелось подойти к Антону и обнять его, с другой – опуститься на пол, закрыть лицо руками и не видеть его. И вообще… оказаться где-нибудь далеко. Одной.

- Скажи мне, что тебя беспокоит.

- Зачем ты с ней вообще разговариваешь? – выпалила я, начиная злиться.

- Маша. – Холодно позвал Антон. - Ты же знаешь, что она участвует в совместном проекте по бизнесу с моим отцом и моей сестрой Ангелиной. Я не могу просто взять и вычеркнуть её из всех рабочих процессов.

- Вопросы про новую жизнь после расставания с ней – это же рабочий процесс?

Я горько усмехнулась, приподняв бровь. Антон вздохнула, закрыл глаза и потер пальцем переносицу.

- Я не собираюсь оправдываться, - бросил он мне. – Ты знаешь, что Арианна будет при каждой возможности начинать говорить об отношениях и прочем. Мне это неинтересно. Это, мне казалось, ты тоже знаешь.

Ощущая себя растоптанной, я повела плечом.

- Я не имею никаких претензий. Просто спросила.

Молча развернувшись, я направилась прочь из кухни. Главная проблема не в Принце, а во мне. Чтобы он ни ответил, я всё равно, кажется, не поверю ему, а если и поверю, то вскоре вернусь обратно к этим опасениям и мыслям…

- Прекрати.

Антон поймал меня за руку и притянул к себе. Я не сопротивлялась – мне так хотелось его обнять… И в то же время хотелось упасть на пол и плакать…

- Прости, - выдохнула я, прижимая к нему. Как сильно давил ком в горле…

- Ты не веришь мне?

Я с силой прикусила губу. Так, что мне стало больно. Нет, не верю. И пока что не могу себя заставить поверить… Это ужасно подло с моей стороны, но пока мне себя не переступить.

Не начало ли это конца?...

Я вздохнула, отвела взгляд, но ответить не смогла. Врать не хотелось, а говорить правду я не решалась. Я сама боялась от себя это услышать, хотя внутри легко признавалась себе в этом.

Я любила Антона… Так сильно любила… И понимала, что не могла ему поверить, потому что боялась. Если бы он предаст меня или разобьёт сердце, после всего того, что мне уже пришлось вынести, что тогда от меня останется?

- Маша, если ты будешь верить в то, что я тебя предаю, с этим не сможешь смириться ни ты сама, ни я.

Антон перебирал пряди моих волос, а я, уткнувшись ему в шею, сходила с ума от близости с ним.

- Это не из-за тебя, Антон.

- Я знаю, - ответил он тихо. - Я знаю, что ты пережила, и знаю, что тебе тяжело так просто принять какие-то вещи, но ведь и ты, Маша, хорошо меня знаешь - я бы себе не простил предательства. Никогда.

Я ничего не ответила. Улыбнулась, вдохнула аромат морского ветра, закрыла глаза и представила, что мы с Антоном где-то далеко-далеко и рядом никого нет. Тогда бы я была спокойной.

И вся эта ласка, нежность, любовь, которые царили между нами, которые сводили меня с ума, они бы делали меня счастливой каждую секунду, каждое наше мгновение, проведенное вместе.

Но сейчас всё не так… Сейчас, как бы мне не хотелось наслаждаться нашим счастьем, я понимала, что червячок сомнения все равно рано или поздно будет точить меня.

В тот вечер я ещё верила, что справлюсь, что перестану верить в слова Арианны, которые она мне сказала тогда, в доме родителей Антона, но на самом деле, с того вечера меня стало только глубже затягивать в этот зыбучий песок сомнений и страхов…

И это стало тем, что помогло задуманному ими плану осуществиться.