Глава 25

С любимыми не расставайтесь

Я посмотрела на часы: почти девять. Взволнованно постучав пальцем по экрану смартфона, тяжело вздохнула. Ещё две минуты и пора будет вызывать такси. Мероприятие уже в разгаре, но я там не появлюсь, подожду его возле ресторана. Там и поговорим, на улице.

Это я настояла, чтобы встреча прошла таким образом. Сама не знаю почему. Мне казалось, что я боялась близко подходить к Антону, боялась смотреть на него. Боялась ему поверить и снова оказаться обманутой.

Я обхватила себя за плечи, осмотрелась в небольшой квартире, что досталась мне от мамы – тут не так давно закончился ремонт. Тот самый ремонт, благодаря которому, по сути, мы и оказались с Принцем в одном проекте…

Сердце пронзила звенящая боль, такая невыносимая, будто бы тонкую иглу резким движением пропустили через бьющуюся плоть. И оставили там, потому что боль не проходила...

Я выдохнула и опустила голову, борясь со слезами – уже не было сил плакать. Мне даже невыносимо было смотреть на себя в зеркало – я выглядела так, словно была бледной тенью…

Людка бы подивилась, увидев меня сейчас. Она думала, что я раньше не отличалась яркостью. Ха-ха…

Предательство, недоверие, страхи, сомнения – всё это казалось мне незначительным, каким-то наигранным. Фантиком… Потому что сильнее всего болела любовь.

Я таяла. Я любила его, и не могла без него. Я вспоминала своё расставание с Мишей, но одни сутки этого кошмара, в котором я жила сейчас, не сравнились бы со всем тем периодом, который я переживала тогда при расставании с Карташовым.

«Потому что я его не любила, а Антона люблю и буду любить», - подумала я, отстраненно подхватывая смартфон, чтобы ответить таксисту.

Накинув плащ, я подхватила сумку и зонт, спустилась вниз. Дождь лил, не намереваясь прекращаться. Отблески света на мокром асфальте, размытые огни фонарей и темнота городского вечера…

В теплом и сухом салоне авто я почувствовала себя чуть лучше. Назвала адрес, вслушалась в приятную музыку на известной волне, уставилась в окно. Москва разбивала мне сердце. Я здесь родилась, всю жизнь жила здесь. Я любила столицу, но при всём этом я не справлялась с её величием, с тем ритмом, который здесь был задан…

Мне не удавалась жить легко и красиво, как тем многим, что здесь жили – скорее, парили, наслаждаясь жизнью. Мне приходилось вкалывать и выживать. Я жила в родном городе, но жила здесь в роли Золушки.

Раньше, в приступе отчаяния, мне хотелось забыть обо всём, просто сесть на тротуар и смотреть за тем, как мимо ходят прохожие – все эти принцессы, золушки, принцы, пажи…

Мелькнул свет фар проезжающей навстречу машины, и я мигом погрузилась в воспоминания…

Прошло два дня, но эта картина, как я собираю свои вещи в квартире Антона, стояла перед глазами: рыдая, я закидывала всё в сумку. То и дело опускалась на пол, захлебываясь слезами и умирая, вспоминая о том, как счастлива была ещё месяц назад…

Всё это счастье, которое и так казалось мне невозможным, теперь ускользало от меня навсегда…

Блуждая по квартире из стороны в сторону, я тогда собралась и уехала. Позвонила Соне, моей Соне, которая тут же приехала и забрала меня к себе на несколько дней.

Сестра не задавала мне лишних вопросов, она только слушала меня, обнимала, поддерживала… Смотрела на меня с бесконечным сочувствием.

Мне казалось, что она не была со мной согласна, но ничего не говорила. Сказала, что для начала я должна прийти в себя, чтобы слушать чью-то позицию. Наверное, она была права…

Помню, что в воскресенье я не могла найти себе места. Смотрела на часы, на телефон, снова начинала ходить из стороны в сторону: Антон должен был как раз вернуться.

«Он не позвонит, - думала я. – И всё разом встанет на свои места… Зачем ему мне звонить?»

Он позвонил без четверти двенадцать. Я зажмурилась: зачем же? Был ли смысл Принцу обманывать меня дальше?

Нет. Тогда зачем он звонит?

Я смотрела на экран смартфона и понимала, что я ведь даже не дала нам с ним шанса, я им поверила. Не ему, а Чернову, который прислал мне фотографии, и Арианне, которая пришла к Антону.

«Ну, Маша? – спросила я у самой себя. - Ты себе это простишь?»

- Маша, где ты? – спросил Принц. Мне показалось, что у него очень усталый голос. Усталый и отчужденный.

- У Сони.

- Надеюсь, всё в порядке.

Я с силой сжала ладонь в кулак.

- Если можно так сказать.

На некоторое время в трубке повисло молчание.

- Мне жаль, что ты им поверила.

Пусть даже вся эта речь Арианны – выдумка, но фотографии… Антон сказал, что она вела себя как ненормальная, без конца лезла к нему и прочее… Может, они и правда специально сделали такие фото? Чтобы прислать их мне…

- Это не телефонный разговор, - прошептала я. – Я приеду и поговорим.

Я могла бы бросить трубку, остаться наедине со всем миром, больше никогда не разговаривать с Антоном и страдать, страдать… Но чувство, что я ошиблась, что я всё сама сейчас ломаю – не оставляло. И более того – я так хотела его увидеть…

Тогда мы договорились с Принцем встретиться во время мероприятия по поводу завершения нашей сделки, и теперь я ехала на эту встречу.

Меня не отпускало, тяжелый камень давил на сердце… Впервые за всё это время поняла, насколько сильно я могла ошибаться в Антоне, и насколько сильно я больна своим недоверием и неуверенностью…

Машины толпились в пробке, водители сигналили друг другу, прохожие, удерживая зонты в руках, спешно пытались побыстрее убраться с улицы.

Мне уже стало невыносимо сидеть в машине, когда, наконец, известный мне ресторан, который Антон предложил для мероприятия Расплетину, показался на горизонте.

Мои руки дрожали, и волнение тугим комом свернулось внутри. Я едва могла свободно дышать…

Открыв сообщения, написала Антону, что я приехала, затем протянула купюру водителю, открыла дверь и вышла из салона.

Шёл дождь: косые линии расчерчивали сумеречный город с тусклыми отблесками огней. Было холодно и сыро. Мой плащ мгновенно вымок, как и волосы.

Я увидела, как Антон выходит из стеклянных дверей ресторана, горящего праздничными огнями и пышущего шиком, и спускается по лестнице. Моё сердце болезненно сжалось, и я с силой прикусила губу. Он был прекрасен… В этом черном пальто, со светлыми волосами и своей королевско-ангельской внешностью.

Я разом вспомнила всю нежность и любовь, что царили между нами, и мне стало невыносимо.

- Привет.

Антон обернулся.

- Привет.

Его взгляд заставил меня покраснеть и уставиться куда-то в сторону. Не было в нем того холода или презрения, который я ожидала увидеть.

Мы некоторое время помолчали. Шумел дождь, шелестели проезжающие мимо машины, разговаривали люди, проносившиеся мимо…

- Скажи мне…, - начала было я, но не успела договорить.

- Я знаю, что Арианна приходила, - сказал Антон. - Всё было подстроено – это очевидно. Но ты даже не усомнилась и сразу поверила ей.

- А ты бы не поверил, будь на моем месте? – спросила я, мучаясь чувством вины. - Я видела фотографии.

Антон чуть прищурился, глядя на меня.

- Я же говорил, что у нас с тобой много врагов, и что они будут делать всё, чтобы всё закончилось так, как заканчивается сейчас. Мы могли бы поговорить для начала. Кто прислал тебе эти фотографии?

- Егор, - прошептала я.

Антон развел руками – мол, сама же видишь, кому веришь.

«Он прав. Проблема не в нём, и не во врагах и их кознях, проблема во мне», - подумала я.

- Ты же понимаешь, что мы так не сможем, - сказал Антон так, что я сразу поняла, что да, это конец, и я сама подвела нас к этому концу.

Наши взгляды встретились, и этот пронзительный взгляд серых глаз заставил моё сердце упасть, рухнуть к ногам, разбиваясь…

Я сама разбила свое сердце. И разбила сердце Антону.

Боясь, что меня предадут, предательницей стала я.

Принц стоял под дождем, в своём черном пальто с поднятым воротом, со светлыми взъерошенными волосами, влажными от дождя. Он был прекрасен, как принц из сказки, и я ненавидела себя за то, что никогда ещё, кажется, я не встречала человека честнее, чем он. Глядя на него, слушая его, я понимала, что он говорит правду. Понимала, какой отвратительной параноидальной дурочкой я была, веря им, не Антону.

Я верила ему. Теперь верила, а раньше?... Как я могла?

Теперь я удивлялась, нет, поражалась тому, как вообще всё это время я могла сомневаться и не верить Антону?

Но было поздно.

Это всё случилось, потому что я не верила в себя и себе. Слова застряли где-то в горле. Если бы можно было хоть как-то остановить то, что происходило, повернуть в другую сторону, исправить…

- Антон… - задыхаясь от отчаяния, позвала я.

- Я люблю тебя, - сказал Антон тихо, затем развернулся и ушёл вперёд по улице.

Он скрылся в темноте, а я осталась стоять на месте, не двигаясь.

Внутри словно что-то лопнуло. Разорвалось с надрывом…

Солёные слёзы смешивались с дождём, и я понимала, что я сама разрушила всё, попавшись на крючок к тем, кто этого так хотел.