Глава 9

Тетушка Ку поведала много чего интересного о драконах, о проклятых землях и о том самом ведьмином Слове. При моих пра-пра тетушках на лунных землях жилось хорошо и в достатке. Ведьмы помогали городским жителям, горожане с уважением относились к своим ведуньям. Все были довольны и счастливы. Драконов, кстати, тоже ценили, любили и уважали. Многие девушки мечтали выйти замуж за любого из Гарденов. Род никогда не был многочисленным, в семье рождались только мальчики, обычно двое и с большой разницей в возрасте. Никто не знал, отчего так, но драконы сами по себе загадка. Историю о том, откуда они пришли и по какой причине выбрали именно наше отражение Грани, не отыскать даже в старых легендах. Я пыталась, бесполезно. Просто однажды драконы появились в Одразе, и с тех пор хранили порядок, оберегали земли и жили долго и счастливо вместо со всеми. Пока одна лунная ведьма их не прокляла. – Как это случилось тетушка Клу? – подливая кофе в наши чашки, задала я наводящий вопрос. – Странная это история. Вот мы с кумой до сих пор спорим, кто прав, а кто виноват: несчастная Кайлин, или эта ведьма, которая увела у девочки дракона, наплевав на все законы мира и Луноликой! Хозяйка схватила пирожок и с такой силой куснула его в порыве возмущения, что ягодный сок брызнул во все стороны. – Ох, что это я! Прости, деточка! Айсу! Неси полотенце и тряпку, стол протереть! Началась суета, и мне пришлось терпеливо ждать, когда все закончится, чтобы вернуться к волнующему меня вопросу. – Так что там с ведьмой? Вы про светлую? – А то про кого же еще! Эти светлые – чистое зло, хочу тебе сказать, – навалившись на стол мощной грудью, придвинувшись ко мне поближе, чтобы я лучше слышала, проворчала тетка. – Если бы не та вертихвостка, ничего не случилось бы! – Так она здесь причем? Он же сам Кайлин бросил, а ведь любил, говорят, и даже ребеночек у них зародился. – Вот я и говорю, гадина эта светлая! Ведь знала, все знала, а вот взяла и приворожила дракончика! – от возмущения тетушка засопела, колыхнула могучей грудью и едва не перевернула собственную кружку с кофе. А я сделала стойку. – Приворот? Уверены? Это запрещено законом. – Конечно, приворот! Что же еще? У них же любовь истинная приключилась, – лицо рассказчица просветлело, появилась умильная улыбка. – Да что говорить! У ведьмы ребеночек-то нипочем не появится, пока она в чувство не придет. – Это как? – поперхнулась я напитком, услышав интересное определение. Тетушка, недолго думая, перегнулась через стол и похлопала своей широкой натруженной ладонью по моей спине. Хорошо, я успела поставить чашку, иначе облилась бы с ног до головы от такой серьезной помощи. – С-спасибо, хватит! – попросила я, вытерла губы салфеткой и вернулась к теме. – Так что там с приворотом? – Вот и я говорю – приворот не иначе. Вы ж, лунные, если любви нет, так и детей нет. А тут дракона этого и девочку лунную сама богиня благословила, в храме печати поставила, брачными браслетами оплела. Без колдовства тут точно не обошлось, говорю тебе! Истинную любовь просто так не порушить. А он взял и другую в храм повел. Как так-то, я тебя спрашиваю? – Не знаю, – пожала я плечами, попутно делая записи в блокноте. Надо обязательно проверить историю про приворот. Если это правда, тогда светлые нарушили все мыслимые законы равновесия, а это грозит большими опасностями не только людям, но и всему нашему отражению. Не потому ли артефакт, на котором держится защита нашей Грани, начал разрушаться? Не из-за этого ли Сонцето так долго скрывали правду о Сердце? А если вспомнить договор, который заключили ведьмы с черными драконами, историю вырисовывается очень странная. – А еще, – таинственным шепотом продолжила тетушка Клу и придвинулась ко мне поближе. – Говорят, каждую полную луну лорд превращается в чудовище и пьет кровь! – Прекрасных дев? – не удержалась я от шутки. – Ох, ты ж, Луноликая, спаси и защити! – женщина вытаращила на меня глаза, но через пару секунд уже смотрела с сомнением. – За дев не скажу, не слыхала, – хозяйка пожевала нижнюю губу, размышляя, но потом призналась. – А вот за кровь знаю. Охотники… из ваших… тварей ему продают. А он из них кровь пьет! Вот! – торжествующе закончила Клу. – Не может быть? – я настолько удивилась, что даже растерялась. – Откуда сведения? – Дык, ловцы-то все через мою таверну проезжают. Портал-то недалеко, а на границе с проклятыми землями я одна гостишку держу с трапезной. Да и вкусно у меня, чисто, клопов и прочих гадов не имеется. И лорду Гардену сподручней сюда на встречу ходить, чем к себе приглашать. – Почему? – еще больше удивилась я. Меня-то Дрейк пригласил к себе погостить, с проживанием. – Так нельзя ему за пределы-то своих земель выходить. Ограничила ведьма пути-дороги, заперла его здесь. Да и солнышко он плохо не переносит, чешуёй начинает покрываться. Этот… как его… нерко… неркотро… Тьфу ты, не-кон-тро-ли-ру-е-мый! Во, некон-тро-лируемый оборот начинается! Вот! – тетушка выдохнула и залпом допила остывший кофе из своей чашки. – Я видела его на балу в Академии! – засомневалась я, черкая в блокноте очередную пометку. – Так то редкость великая. Когда луна молодая, милорд только тогда-то и может покинуть проклятые земли. Ненадолго. Артефакт у него для таких дел имеется. Уж не ведаю, откуда он у него, но сама лично видела, Луноликая не даст соврать, – женщина быстро изобразили знак богини. – А про кровь-то откуда? – Дык Неома сама лично видела, – простодушно пояснила Клу. – А Неома – это кто? – уточнила я. – Так служанка замковая. У Гарденов-то всегда полный штат прислуги был. До проклятья-то. После несколько человек в услужении остались, должности по наследству переходили. А после того случая, он и Неому выгнал, и остальных рассчитал. При нем только старый дворецкий остался. Девочку до смерти чуть не довел, окаянный, – тетка снова осенила себя лунным символом. – Что конкретно Неома видала? – Ну как кровь-то пьет молодой лорд! И в зверя превращается. Страшного! Он труп-то прям когтями драконьими на части разрывает, и в горло впивается, и пьет. – Чей труп? Сказать, что я обалдела, это ничего не сказать. Живое воображение нарисовало мне мрачного Дрейка, который рвет на кусочки чей-то труп, выпускает клыки и когти и присасывается к шее. Из трупа, ага. Ладно, пометки про кровь и тварей сделаю, но нужно как-то проверить эту маловразумительную и сомнительную сплетню. Зачем дракону твари? Монстров Из-Гранья мы, охотники, не ловим. Их либо уничтожают сразу, на месте, когда поймали проклятье. Либо вышвыривают за Грань, запечатывая прореху. Тогда каких чудовищ могут доставлять ловцы? Да и охотники ли это, или просто какие-то темные личности, которые врут местным? – Так монстра запредельного тушку и рвал-то, – пояснила тетушка Клу. – Что? – я вынырнула из своих размышлений. – Монстра, говорю, запредельного, – повторила женщина чуть громче. – Запредельного, говорите… А зачем ему кровь-то пить? Я не стала объяснять своей собеседнице, что у мертвой запредельной тварюшки, так же как и у любого существа нашей Грани, после смерти кровушки попить не удастся, она просто-напросто свернется. Да и не пахло от дракона мертвечиной. Такое… кхм… питание оставляет свой след. Хотя если предположить, что проклятье постепенно повреждает жизненную структуру организма в целом, поэтому дракон временно сходит с ума в определенные дни месяца. Но… В каждом слухе есть приличная доля правды. Что-то, а докапываться до истины я умела. Когда лунные каналы терпят трансформацию из-за тяжелого проклятья, кровь может помочь. Но кровь чистая, лунная. Для таких случаев у нас в мире существует рудный банк, в которой все ведьмы и члены первой клановой семейной линии каждый месяц сдают по пять капель крови. Больше и не нужно. В нашей жидкости такая концентрации силы, что для переливания обычному человеку приходится разбавлять пылью лунных или солнечных камней, чтобы не убить пациента. А вот такую историю за всю свою пятилетнюю карьеру охотника я слышу впервые. Мало того, даже старые ловцы не рассказывали подобных сказок. Надо поинтересоваться у крестного, что он об этом думает. – Почему Дрейк… лорд Гарден один? Где его семья? – Так нет никого, – просто сказала тетушка Клу. – Как это? Куда все делись? – Так окаменели. – Это как? – опешила я. – А вот так, – хозяйка печально вздохнула. – Как только в семье-то мальчик нарождается, так старый дракон и тю-тю, – горестно вздохнула женщина. – Сынок на крыло, а папка в камень. – В каком смысле тю-тю? – рассказчица ошарашила меня второй раз за пять минут. – Говорю же, мальчоночка в шестнадцать годков на крыло встает, а отец-дракон на следующую ночь в камень обращается. Аккурат в полнолуние. Хоть прячься, хоть на луну вой, а все одно – мертвым камнем посреди двора али в комнате застынет. – Драконом? – Драконом, – закивала тетушка. «Интересно, и где же это кладбище каменных драконов прячется? – мелькнула мысль. – Посмотреть бы хоть одним глазочком. Надо будет уточнить у самого Дрейка, что из всего, мною услышанного, правда. А что вымысел местных. Сверить потом рассказы, проверить новые слухи-факты и найти зерно истины». – А за год до этого дня старый дракон начинает покрываться чешуей, и из дома совсем не выходит. И морда, говорят, драконьей становится. Жуть жуткая, – хозяйка в очередной раз осенила себя лунным знаком. – А вы сами видели? – Я нет, а вот бабке моей довелось. Страху натерпелась на всю жизнь! – доверительно закончила тетушка Клу. Я задумалась. О таком крестный мне не рассказал. Не знал, или не хотел пугать заранее? Почему именно шестнадцать лет? Возраст принятия? У нас, у ведьм, тринадцатая луна считается важным годом. Период, когда сила успокаивается, а девочка определяется с выбором: охотник или артефактор, целительница или садовница, архитектор или интуит. Луноликая нас не ограничивает, и при желании можно овладеть всеми дарами. Но как правило, выбирают одну лунную дорожку, по которой следуют. Остальные таланты не забывают, но и не развивают сильно. Почему в камень? Положим, почему в полнолуние, я поняла. Слов проклятья в такую же ночь было сказано. Но как такое возможно, чтобы каждый раз момент возраста крыла совпадал с полной фазой? Непонятно. – А куда деваются жены? – вдруг осенило меня. – Так ведьма-то живет здесь только до рождения дитя, – поднимаясь из-за стола, ответила Клу. – А дальше? – А дальше по договору ребеночка непутевая мамашка оставляет дракону, а сама возвращается в свой клан, – в голосе женщины звучало явное неодобрение. – Оставляет? – я не поверила тому, что услышала. Какая мать согласится бросить своего ребенка? Но это Сонцето, у них свои законы, насколько я слышала, достаточно жёсткие. – Именно так, девочка, – вздохнула тетушка. – Именно так. – А Гардены пробовали жениться на ком-то другом, не на светлых? – Было дело, – хозяйка подхватила поднос, наморщила лоб вспоминая. – Прадед, кажется, или дед нашего Дрейка воспротивился договору, и решил, что ведьмы обманывают. Ну и взял в жены местную девицу из хорошего рода. – И что? – я затаила дыхание. – Дык убили его, – тетушка собиралась уходить, но я ее остановила. – Кого?! – Так дракона-то. – КТО? – Дык местные мужики-то во главе с отцом и братьями девицы той. После того, как он жену-то свою убил, его вслед за ней и отправили. – Да за что? – Да кто его знает. Перемкнуло его на полную-то луну. Вот он её и разорвал голыми руками. Говорят, рвал и кровь пил, рвал и пил… А еще плакал… Вроде как беременная жена-то была, срок ранний, но все ж таки дитятко… – тетушка всхлипнула. У меня голова пошла кругом от такой дичайшей информации. Я даже записывать перестала и вскочила с места. – Так, стоп! Что за глупость! Дракон был один? – Ну, дык они всегда по одному-то рождаются. Когда-никогда еще одну ведьму присылают, года за два до шестнадцатилетия первого сыночка. – А как тогда отец Дрейка на свет появился, если прадеда или деда убили? – я торжествующе уставилась на тетушку Клу. – Так девицу-то дракон в жены взял, после того как ведьма ему сына родила. Годков через пять, – хозяйка пожала плечами и потопала на кухню. Я плюхнулась на скамью и схватилась за голову. История становилась все страньше и страньше. Логика отсутствовала напрочь. Будем надеяться, что Дрейк отыщет семейные архивы и разрешит мне их перешерстить.