Глава 65. Любовь испепелит мир

Холод пробирался к сердцу. Почему так холодно? Весь мир разом остыл? Я почувствовала лёгкое касание — о мою голую ногу потёрлась своей головой Ванка.

— Хозяйка, он летит, мы с Рином чувствуем, — прохрипела она, укладываясь рядом.

— Почему так холодно, Ванка? — спрашиваю я, поглаживая ладонями огненную шерсть. Но даже мой горящий питомец меня не греет.

— Лучше так, госпожа. Иначе от жара вы бы не смогли дышать. Скоро всё изменится, — огненная тварь потёрлась об меня носом. — И если вы останетесь живы, Ванка будет служить вам вечность.

— Я сделаю всё, чтобы остаться в живых, — улыбнулась я, гладя огненного слугу, — ведь я… — но договорить не смогла. Потому что увидела огненный закат. Такой невероятной силы, что пришлось зажмуриться.

И когда в следующий раз я открыла глаза, меня ошеломил уже не этот огненный закат. Ко мне летел чёрный дракон.

Я не знала, что думать. Нужные заклятья были произнесены, нужные слова сказаны. Сожжены амулеты и какая-то необходимая трава. Но в сердце своём я так и не смогла правильно обратиться к дракону. Не могла вызвать его образ в своих мыслях. Не могла позвать его, пропустить это желание через себя и отправить куда-то сквозь магические барьеры и слои в мир, где он живёт. В мир, который совсем рядом.

Вместо того, чтобы пытаться вызвать Чёрного дракона, я думала Кысе. Больше всего на свете мне бы хотелось, чтобы он сейчас оказался рядом со мной. Он мне нужен. Его спокойная сила, его уверенность. И если я сейчас умру, я даже не смогу с ним попрощаться.

Я представляла себе всякие глупости. Что Кирас поймёт, где я, примчится, чтобы попрощаться. Ну или… сама не знаю. Но нет… Ко мне летел настоящий чёрный дракон. Может быть — тот самый? Тот, что спас меня, вытащил из водопада, тот, что чуть не сжёг нас с Кысем, когда мы ночевали вместе. Тот или нет?

Он сейчас такой устрашающий, огромный, своими крыльями он закрывает небо. Он вообще сможет приземлиться здесь, на куске этой скалы?

Ванка и Рин зашипели, склонив головы, но остались подле меня, согревая мне ноги. Вскоре их тепло уже не понадобилось — вокруг стремительно теплело. Дракон одним своим присутствием согревал наш мир.

— Ты меня звала, Ай? — прогремел дракон, взмахнув крыльями и устраиваясь на скале, впиваясь в неё мощными когтями.

“Он знает моё имя!” — пронеслось в моих мыслях, когда я полетела вниз, ведь от такого взмаха меня снесло потоком горячего воздуха. К счастью, Рин и Ванка вовремя подхватили меня и поставили обратно.

— Звала, — ответила я, выпрямляясь. А потом встретилась с огненным взором кошачьих жёлтых глаз. Во мне перевернулась вечность. Моё существо пережило серию внутренних взрывов. Я отказывалась поверить, но моё сердце не могло обмануть.

— Кысь, это ты? — тихо прошептала я.

— Узнала меня в этом обличии? — проурчал дракон, удобнее складывая крылья. Устроиться совсем неподвижно он не мог — не хватало места. А ещё меня могло обжечь его горячим дыханием.

— Ты изменился с нашей последней встречи, — выдавила из себя я. — И даже с нашей встречи в этом твоём обличии. Ты сейчас… побольше.

— Набрался сил, — рыкнул мой дракон, продолжая пожирать меня взглядом.

— Как это вообще возможно? — осмелилась я, не понимая, что сейчас чувствовать. Дракон спасёт всех нас? Какой ценой? Это наше долго и счастливо, потому что нас соединила судьба, или сейчас кто-то умрёт?

— Так жарко… ты не мог бы… — начала я, потому что надеялась увидеть своего Кыся таким, к какому я привыкла. Нет, я рада, что он здесь, даже такой, но…

— Обратиться человеком? — рыкнул дракон, выпуская облако дыма. Я слабо кивнула.

— Закройте её! — прорычал дракон, обращаясь к Рину и Ванке. И в следующее мгновение я поняла, зачем.

Меня окатило волной огня. Если бы не закрывшие меня своими телами мои огненные слуги, я бы превратилась в угольки.

— По другому никак, Ай, прости, — услышала я знакомый голос. А потом увидела Кыся.

Он стоял на самой кромке скалы, накалившейся до предела. Как можно так сильно нагреть камень? Но, кажется, Кысю это не мешало. Он выглядел мужественнее, чем обычно. Неужели время в наших мирах идёт настолько по-разному? У меня сложилось ощущение, что Кысь возмужал и хорошо подрос. И, конечно, он по прежнему оставался для меня самым прекрасным в этом мире.

— Я так рада… Хотя я не ожидала, что это ты… Я даже смогла бы поверить в то, что ты сможешь прилететь верхом на драконе, но что ты…

— Что я сам окажусь драконом из твоего пророчества? — Кысь улыбнулся и сделал шаг ко мне. Я уж было рванулась, чтобы упасть в его объятия, но он остановил меня движением руки, как бы поставив барьер между нами.

— Нет, Ай! Ты сгоришь. Сейчас ко мне не стоит подходить.

— Да ты издеваешься надо мной! — я разозлилась. — Я так скучала, и я даже не могу тебя обнять!?

— Прости, Ай, — Кысь поднял руки в примирительном жесте. — Давай поговорим.

Мне пришлось смириться. Я подошла настолько близко, насколько смогла. Казалось, протяни руку, и можно коснуться его лица. Этих красивых скул, губ. Глаза его горели необычайно ярко. До сих пор сложно поверить…

— Почему ты прилетел?

— Ты позвала меня.

— И всё? — я нахмурилась. — А с пророчеством это как-то связано?

— И да и нет, — Кысь усмехнулся. — Ты Лунное дитя и самая сильная из живущих ведьм, но… Ай, ты ведь получила силу от своей матери?

— От настоящей матери, — кивнула я. А потом рассказала Кысю про то, что узнала недавно от Короля и Королевы. Что моя мать — иномирянка, явившаяся в наш мир в Лунную ночь, и она называла себя Лунной принцессой. Но её отравили, и я воспитывалась чужой мне женщиной. К счастью, то воспитание свелось к минимуму.

— Теперь всё понятно, — вздохнул Кысь. — Ай, мне тоже надо кое-что рассказать тебе.

— Я вся внимание, — подражая ему, вздохнула я. Сердце в груди бешено колотилось, и я судорожно вспоминала строчки из пророчества, которые всё никак не могли уложиться в один общий рисунок.

— Сейчас я чёрный дракон, но до меня им был мой отец, — наконец решился Кысь на разговор. Мне показалось, что слова давались ему с трудом.

— Вот как… — выдохнула я, вспоминая, что знаю про отца Кыся — воина и охотника Лема.

— Он погиб не на зимней охоте, как думают моя сестра и мать, — Кысь нахмурился. — Незадолго до прошлой Лунной ночи в наш мир проникло зло. Лунная девушка шла за ним по пятам, чтобы сразиться. Она знала, что обладает большой силой, но даже этой силы недостаточно. Она искала чёрного дракона. Но с этой девушкой что-то случилось. Древние говорят, что она потеряла память и не нашла свою судьбу. Никто не противостоял злу и начались несчастия.

— Пришёл туман, морок, голод, болезни? Как сейчас? — спросила я.

— Да, — ответил Кысь. — Мой народ уже давно хранил пророчества, в которых сказано, что чёрный дракон должен встретить Лунное дитя, и вместе они смогут уничтожить зло. Но вот только…

— В тот раз Лунное дитя не явилось, — прошептала я.

— Да, девушка из пророчества — самая сильная ведьма, которая смогла бы дополнить своей магией силу чёрного дракона, так и не появилась.

— И что случилось? — чуть не плача, спросила я.

— Думаю, ты знаешь, тут наши рассказы дополняют друг друга, — Кысь помолчал немного, рассматривая меня. — Отцу пришлось противостоять злу в одиночестве. Он сжёг себя и погиб. Но мир остался цел, и мы все живы.

— Благодаря Лему.

— Да, — Кысь подошёл ближе. От того, что он стоял на скале, она накалилась, так что Ванка и Рин подняли меня в воздух. Зато теперь мы с Кысем могли быть немного ближе.

— Тебе ведь жарко, — ласково сказал мне Кысь.

— Ничего, я потерплю, — я всё-таки протянула руку, остановив пальцы, лишь слегка не дотянувшись до его лица.

— Не обжигает? — спросил Кысь, волнуясь за меня.

— Горячо, но терпимо. С тобой так часто, — выдавила улыбку я. В этих глазах хотелось раствориться. Что нас ждёт?

— А что происходит теперь? — я должна узнать, оттягивать неизбежное бесполезно.

— Зло вернулось. Но знаешь, ничего не бывает просто так, — Кысь взглянул внимательно. — Ты обрела силу, и как если бы вы были связаны, зло воспрянуло, чтобы тебя убить.

— Почему меня?

— Потому что ты можешь противостоять ему. Ты унаследовала силу матери. А я — силу отца.

— Значит, сражаться со злом должны были наши родители, — я покачала головой. — Прости, Кысь. Моя мать не пришла на помощь твоему отцу. Она стала невестой  моего отца — Короля и родилась я. А потом мою маму отравили.

— Мне жаль, Ай.

— Мне тоже, Кысь. Мир несправедлив. Быть может, если бы они — моя мама Амелия и твой отец Лем выступили против всех напастей вдвоём, они бы оба выжили, и твой отец смог бы вернуться к семье  — к тебе, Акейше и Кайре.

— В пророчестве сказано, что кто-то один должен умереть. И эта кто-то — Лунная принцесса. Потому что…

— Только она может получить сердце Чёрного дракона? — вспомнила я слова из предсказания.

— Только она может объединить две силы вместе. Именно поэтому Лунная ведьма нужна. Именно поэтому она сжигает себя ради жизней других. Драконы так не умеют. Отец отдал свою жизнь, но этого оказалось мало.

— Кирас, тогда что я должна сделать?

— По преданию… Ты получишь мою силу, а я, после того, как помогу тебе, стану простым смертным, а ты самой могущественной ведьмой на свете. Ты сгоришь, потому что не перенесёшь это бремя. Но вместе с тобой сгорит весь туман и принесенное им зло.

— Ого… — прошептала я. — Но если это моя судьба, значит… надо прощаться.

— Ты на это согласна? — спросил Кысь, внезапно подойдя совсем близко. На удивление я перенесла эту близость довольно легко.

— Согласна, — ответила я. — Мне лишь жаль, что у меня нет ещё одной жизни. А если бы была, — я сделала паузу, всматриваясь в любимое лицо и решилась вернуть Кысю его же слова. — Будь у меня другая жизнь и другая судьба, я бы, не раздумывая, провела их с тобой.

— А я даже поцеловать тебя не могу, — улыбнулся Кысь, едва касаясь пальцами моих щек.

— Я тебя за это прощаю, — рассмеялась я. — Я буду любить тебя всегда, сколько бы жизней не прошла моя душа, сколько бы раз не родилась, в какой бы мир не попала — всегда.

— Осторожно, Ай, — Кысь прикрыл глаза. — Ты даёшь клятву, которая будет высечена у тебя в душе.

— Я этого хочу, — кивнула я. — И ещё… Если я умру, не храни мне верность. Женись, пусть у тебя будут дети. И если вдруг родится девочка — назови её Амелией — в честь моей погибшей мамы. Я бы хотела так сделать — добавила я, покусывая губы, — но сама, видимо, уже не смогу.

— Ай… знаешь, мы с тобой — это судьба, — Кысь нахмурился.

— Ведьма и дракон, которым нужно спасти мир? — рассмеялась я. — Я только надеюсь, что я подойду. Ведь во мне только половина от той, нужной, настоящей ведьмы. Я же её дочь, а не она сама…

— Мы ведьма и дракон, это да, но это не всё, — Кысь показал свою руку.  — Ещё мы с тобой охотник и ведьма, которых сила соединила на обряде во время отбора.

— Ну это же пустяки по сравнению с нашей проблемой, да? — я обвела взглядом подбирающийся всё ближе туман.

— Как знать, — загадочно усмехнулся Кысь, вглядываясь в клубы серого тумана. — Нам пора начинать, Ай. И знай, что бы не случилось — прости меня.

— Прощаю тебя навсегда, что бы ты не совершил! — прокричала я, потому что с Кысем что-то начало происходить.

— Мало времени, Ай, не бойся! — Кысь протянул мне руку. — Я, Кирас, сын Лема, прошу тебя, ведьма Айана из рода Райсанов, обменяться со мной силой.

— О чём ты говоришь? — не поняла я, хватая его за руку. По телу тут же разлился нестерпимый жар.

— Мы Дракон и Лунное дитя, но ещё и Охотник и Ведьма, помнишь?

— Я знаю, что должна умереть, Кысь! — прокричала я ему в лицо. — Всё хорошо! Сделай что нужно!

— Тогда я забираю твою силу, Ай! — и он ощутимо потянул что-то из меня.

— Как это забираешь!? — завопила я, пытаясь забрать свою руку. — Ты должен отдать а не забрать!

— Я забираю, — повторил Кысь, пристально смотря мне в глаза. — Мы много времени провели вместе, спали рядом и смотрели общие сны. Эта дорожка силы от меня к тебе и обратно уже протоптана, Ай. Наши нити судьбы не только в том, что уготовано пророчеством. Я могу забрать твою силу и сжечь туман вместо тебя.

— Нет! — прокричала я, вырываясь.

— Так сделал отец. Но он был один, и у него не хватило сил. Драконы умеют обращаться с огнем, Ай. Не из-за чего переживать!

Кирас всё больше разгорался пламенем. Я тоже начала пылать, но всё неважно. Боль такая, что невозможно представить, что кто-то из нас выживет, но… Кысь-дракон вытягивает из меня мои силы!

— Ай, твоя сила сейчас тёмная. Именно поэтому тебе подчиняются все тёмные твари. И я возьму в себя столько зла, что, наверное, навсегда очерню свою душу.

— Я не понимаю тебя! — кричала я, стараясь пересилить ужас и боль.

— Я умру в этом мире, умру для тебя. Но моя душа отправится в водоворот, и… она будет чёрной. Я не знаю, кем перерожусь, может — тёмным магом. Такая сила не может исчезнуть без остатка.

— Я уже простила тебя и могу повторить ещё раз: кем бы ты ни был, кем бы ни родился — я буду ждать тебя в следующих жизнях!

Возникший вокруг нас вихрь трепал мои волосы, моё белое платье. Огни чистого, искристого пламени смешались с чёрной мглой. Мне важно успеть договорить. Я хочу успеть сказать.

— Я буду любить тебя всегда! И я прощаю тебя навсегда! Что бы ты не натворил, Кысь, потому что сейчас ты спасаешь весь мир!

— Ты меня не вспомнишь, — отвечает мне голос из мрака. Я хочу увидеть любимого ещё раз и вглядываюсь в эту полыхающую черноту.

— Ты не будешь помнить меня, а я не вспомню тебя, — продолжает Кысь, — но я был счастлив.

— Не важно, что мы друг друга не вспомним! — я собралась с силами, бросаясь в чёрное. — Влюбимся друг в друга заново. Наши души будут знать, что принадлежат друг другу.

— Всё-таки клятва длиной в вечность, Ай? — Кысь показался из круговерти тьмы. Алое пламя сияло в его волосах, глазах, бегало язычками огня по коже.

— Клятва длиной в вечность, Кирас, — подтвердила я. — Я даю клятву.

— И я даю тебе клятву, дочь Райсанов, — в последний раз улыбнулся мне Кысь. — А теперь, Ай, пора сжечь здесь всё.

Тьма шипела, скалилась, принимала причудливые формы, вставала горбами, ходила волнами, била и хлестала, разрывая бытие на части. Я держала внутри себя нить своей жизни, чувствуя её пульсацию. Хотелось жить. Теперь у меня есть осознанная цель — выжить, стать Королевой, помочь своему народу выбраться из тьмы, восстановить королевства из пепелища.

— Слишком много силы, Ай. Нужно куда-то направить излишки. Иначе мы сожжем всех.

— Я не знаю, что делать, Кысь! — кричала я в черноту, чувствуя, что любимый рядом.

— Ваши маги хотели установить магические барьеры. Не то чтобы мне нравилась эта идея…

— Зачем они? — не унималась я.

— Мы сможем сжечь всё, но живому придётся где-то спрятаться. Пока барьеры могут послужить этой цели.

— И как нам их организовать?

— В виде куполов. Сможешь?

— Прямо сейчас?

Мы говорили мысленно, кричать больше не получалось. Но я слышала Кыся прекрасно, я даже не всегда могла различить, где его голос, где мой.

— Я попробую.

— Отправь с Ванкой сообщения для своих магов. Пусть сделают то, что хотят. Силы будет очень много — хоть застройся.

— А тебе хватит, чтобы сжечь туман?

— Хватит с лихвой. И ещё, Ай.

— Что?

— Ты больше не будешь сильной ведьмой. Я заберу почти всё. Нужно выкурить споры зла, спрятать живое за куполами, выжечь темноту без остатка. И защитить саму тебя тоже. Мне будут нужны силы на кокон для тебя.

“Так я могу умереть с любимым?”

— Кысь!

— Даже не думай!

— Но я хочу!

— А я не позволю. Ты должна жить.

А потом я видела только яростную игру пламени и взмах огромных чёрных крыльев. Слышала хлопок от направленного мощного взрыва. Я, заточённая в магический защитный кокон и закручивающиеся вокруг спирали силы, расходящиеся волнами. Мир вспыхнул, содрогнулся и замер. И я умерла. Какая-то часть моей души точно. Я ощутила страшную тоску, как-будто в моей душе появилась зияющая чёрная дыра. Умер мой любимый. Исчез из этого мира. Мне осталось верить в множественность миров и в то, что в какой-то из них направилась пламенная душа. Но здесь, со мной, Кыся больше нет.

Такой боли я не чувствовала никогда. И, вероятно, никогда больше не почувствую. Мир догорал, и вместе с ним догорала я. Когда пепел начал оседать и я смогла осмотреться — я увидела их — магические силовые барьеры. Он горели чёрным и золотым, разделяя земли, накрывая их как колпаком сверху. За ними прятались выжившие народы. И какая-то часть магии тоже. Через какое-то время я перестала видеть барьеры, только смутно ощущала их наличие. Кирас был прав — понадобились все наши силы. Я больше не могущественная ведьма. Придётся наращивать былую мощь по крупицам. А мой любимый мёртв.