Пленница светлого эльфа. Глава 6

— Добро пожаловать, — издевательски хмыкнул эльф и бесцеремонно толкнул меня к одной из каменных стен. В ней было вмонтировано кольцо, и Дамиан ловкими движениями привязал мои поднятые над головой руки к нему. — А теперь ты расскажешь мне все.

— Мне нечего рассказывать, — со злостью выдохнула я. Мое положение было настолько беззащитным, что сердце заходилось от страха. Отец когда-то говорил, что принцесса должна сохранять достоинство в любой ситуации, но я не представляла себе, как это сделать, когда мое тело открыто для ударов. Мужчина, что стоял, нависая надо мной, мог сделать со мной все, что угодно, и все, что мне оставалось, это кричать. Так громко и так жалобно, чтобы растопить его каменное сердце. Вот только я подозревала, что у этого светлого сердца не было вовсе, потому что, едва ли не обжигая дыханием мое ухо, он медленно произнес:

— Если не начнешь говорить здесь, окажешься в моей спальне, привязанная к моей кровати. И там, поверь, я буду беспощаден.

Зажмурившись, я мотнула головой. Глаза жгло от непролитых слез, и мне стоило огромного труда сдерживать их, не дать им пролиться. Бесполезная принцесса. Бестолковая, не способная защитить себя. Наверное, Лисандр был абсолютно прав, считая меня глупой и никчемной. Все, что во мне было достойного — это происхождение. А так я даже инициацию не прошла и не стала полноценным магом, несмотря на внушительный резерв.

— Я сказала правду, — сказала я, и мой голос прозвучал хрипло от того, что в горле застрял колючий ком. — У меня не было никакого намерения проникать на вашу территорию. Всплеск магии, который вы наверняка почувствовали, был от блуждающего телепорта. Я провалилась в него с набережной Шаенона.

— В блуждающем телепорте невозможно выжить, — повторил эльф, хмуро разглядывая меня. От его взгляда, без сомнения, не укрылся ни мой потрепанный вид, ни рваной платье. А моя туфелька все еще была в руке принца. Будто вспомнив об этом, Дамиан отбросил мою обувь в сторону. Я же, воспользовавшись тем, что он отвлекся, посмотрела по сторонам. Мы были в подземелье. Сухом, тускло освещенном несколькими магическими огнями, но, бесспорно, это была именно темница, потому что в противоположной стене были тоже вмонтированы кольца с закрепленными на них цепями.

— Считай, что мне повезло, — ответила я. — Хотя это вряд ли можно назвать удачей. Ты убьешь меня?

— Да, — ни на мгновение не усомнившись, ответил эльф. — Если ты не дашь мне повод оставить тебя в живых.

Губы невольно растянулись в кривой, горькой усмешке.

— Нет ни единого повода, — честно ответила я и посмотрела на свою грудь, скрытую плащом. От смерти меня отделял один удар в сердце. И оставалось лишь надеяться, что мой враг будет достаточно милосерден, чтобы не подвергать меня пыткам. Но, по крайней мере, он не использует меня в своих политических играх и не будет требовать от моего отца капитуляции в обмен на мою жалкую, никчемную жизнь.

— Я чувствую, что ты говоришь правду, — Дамиан разглядывал меня, склонив голову набок, а потом вдруг широко улыбнулся, — скажи, помолвка с лессом Лиареном уже состоялась?

И откуд он узнал о моей помолвке? Неужели разведка светлых так хорошо осведомлена?

Я опустила голову, чтобы скрыть свои эмоции, но этот жест, судя по всему, оказался красноречивее любых слов.

— Значит, состоялась, — удовлетворенно кивнул светлый, и в его взгляде разгорелось пламя чистой, неприкрытой ненависти. Ни для кого не было секретом, как именно эльфийский принц лишился своей невесты. Это было жестоко, кроваво и целиком и полностью на совести Лисандра, потому что именно ему подчинялась стая ларков — экспериментальных монстров, выведенных в наших лабораториях для борьбы с Драконами.

Я уже точно знала, какая мне была уготована участь. Ничего личного, просто месть. Дамиан имел полное моральное право расправиться со мной самым жестоким образом, и никто в Алассаре не осудил бы его за это. Я неожиданно для себя усмехнулась. Возможно, светлый принц любил свою невесту, и ее утрата стала для него настоящей потерей. А вот Лисандр вряд ли прольет по мне хоть одну слезинку. Но стоило ли говорить об этом моему врагу?

Определенно, нет.

В его глазах не было ничего, кроме жажды крови, и я опустила голову, чтобы не смотреть в сверкающую бездну, в которую меня неумолимо затягивало. Но Дамиан, обхватив пальцами мой подбородок, заставил меня поднять взгляд.

— Ты думаешь, я монстр? — спросил он.

И я точно знала, какой ответ читался у меня в глазах.

— Думаешь, я поступлю с тобой так же, как твой жених — с моей невестой? Ты ждешь, что я стану упиваться твоим страхом и твоими страданиями?

Судя по тому, что мне рассказывали, именно этого и следовало ждать. Но ответить я не могла, боясь даже вдохнуть лишний раз. Я не плакала из-за предательства Лисандра, но теперь, перед лицом злейшего врага, глаза пекло, и я чувствовала, что готова разрыдаться.

Потянувшись, но не сводя с меня пристального взгляда, светлый коснулся цепи, что удерживала меня возле стены.

— Я подбирал ее не для тебя, — сказал он глухо. — Я годами мечтал, что он окажется здесь, передо мной, слабый и окровавленный. Но эта цепь не позволит ему совершить ничего, чего я бы ему не позволил.

— Например, убить себя? — уже догадываясь, каким будет ответ, спросила я.

— И это тоже, — кивнул Дамиан и снова усмехнулся. Для мужчины, охваченного жаждой мести, он держался на удивление спокойно. — И я сделаю все, чтобы мое желание исполнилось, и Лисандр Лиарен оказался прикован к этой стене.

Светлый, будто неохотно, сделал шаг назад и окинул меня долгим, изучающим взглядом.

— Твоя участь решится на рассвете, — сказал он. — А теперь я, к сожалению, вынужден тебя оставить.

По его губам скользнула мрачная, предвкушающая усмешка, и страх, что все это время сжимал мне грудь, неожиданно отпустил. Я смогла сделать глубокий, полноценный вдох, и даже сердце, что все это время колотилось, будто сумасшедшее, стало биться ровнее.

— А допрос? — спросила я. — А пытки?

— Возможно, в следующий раз, — хмыкнув, светлый просто ушел, оставив меня в тишине и одиночестве размышлять о своем будущем.