Пленница светлого эльфа. Эпилог

— Дыши, — словно сквозь слой ваты потребовал кто-то, и моих губ коснулось горячее дыхание.

А в следующее мгновение, я готова была в этом поклясться, меня поцеловали. Глубоко, настойчиво, яростно. И этот поцелуй вернул меня к жизни, наполнив так необходимым воздухом мои легкие. Я все еще не чувствовала свое тело, но точно знала, что каким-то чудом выжила после падения в озеро. Последнее воспоминание — бледное лицо в ореоле золотистых волос, сильные руки и взгляд, полный отчаяния. А потом меня поглотила спасительная тьма, в которой не было ни боли, ни предательства.

— Дыши! — повторилось настойчиво, и я послушно сделала глубокий, судорожный вдох, после которого легкие болезненно сжались, и я закашлялась, исторгая из себя потоки озерной воды. До моего слуха донеслось частое, хриплое дыхание, и я не сразу сообразила, что оно принадлежало мне.

Значит, кто-то вытащил меня из воды.

Друзья или враги?

Еще до того, как открыть глаза, я знала ответ на свой вопрос.

— Им удалось уйти, ваше высочество, — донесся до меня усталый голос. — На том берегу был подготовлен каркас портала, и они активировали его в считанные мгновения.

— Я найду способ заставить их ответить за это, — я узнала голос Дамиана Морвейна. — И у нас все еще есть великолепный козырь для ведения переговоров.

Он говорил обо мне?

С трудом разлепив мокрые ресницы, я увидела светлого, что сидел прямо рядом со мной. И не осталось никаких сомнений — именно его губы вернули меня к жизни.

— С возвращением, мышка, — усмехнулся он, окинув меня внимательным, хищным взглядом.

Я хотела ответить, но снова закашлялась. Грудь болела, и я, наконец, начала чувствовать свои замерзшие конечности. Все тело онемело от холода, и я даже дрожать не могла из-за слабости. Мой магический резерв был пуст, но у меня не получалось вспомнить, куда я могла израсходовать такое количество сил. Руки были свободны, и я даже пошевелила пальцами, но этим мои возможности и ограничились.

— Что дальше? — спросила я, почти не надеясь на ответ.

Но Дамиан Морвейн умел удивлять.

— Дальше все будет зависеть только от тебя, — произнес он мягко и неожиданно взял меня за руку. — У меня есть для тебя предложение, которое, скорее всего, тебе не понравится.

— Предложение? — хрипло выдохнула я, глядя на своего врага из-под мокрых ресниц. Он тоже явно пострадал в короткой стычке с темными: на скуле алела свежая ссадина, которая уже почти не кровоточила, а отголоски его силы, разлитой вокруг, вызывали покалывание в кончиках моих пальцев.

— Да, — с серьезным видом кивнул светлый. — И хоть сейчас не время и не место, потому что обстоятельства не располагают, но… Скажи, Элия, ты достаточно пришла в себя, чтобы дать обдуманный ответ?

Прежде, чем ответить, я прислушалась к себе. Мысли не путались, я очень ясно осознавала, где я, с кем, и что именно со мной произошло. Даже страх, что сковывал меня каждый раз при взгляде в изумрудные глаза Дамиана отступил, сменившись чем-то, чему я никак не могла дать определение.

Тот, кто должен был убить меня при первой же возможности, наоборот, спас мне жизнь. В то время как тот, кто должен был меня защищать, вонзил мне кинжал в спину.

— Достаточно, — подтвердила я, и светлый помог мне сесть. Мы все еще были на берегу озера. Целители занимались ранеными, и снег сверкал от потоков ровного золотистого света, что временами мог вернуть с порога Садов Безмятежности.

— В таком случае у тебя есть два варианта, — сказал Дамиан, глядя мне в глаза. — Один из них — это смерть. И в этом случае ты уже никогда не сможешь отомстить Лисандру Лиарену за то, что он сделал. Мы оба знаем, что он пытался прикончить тебя.

Я сжала зубы, потому что злость на жениха-предателя жгла меня изнутри, и я готова была наизнанку вывернуться, но заставить его поплатиться. К тому же выяснилось, что Лисандр — заговорщик, и даже устранив меня, он найдет способ заполучить трон моего отца.

— Какой второй вариант? — процедила я, потому что умирать уж точно не собиралась.

— Брак, — склонившись к самому моему лицу, выдохнул Дамиан. — Ты выйдешь за меня замуж, Элия.