Глава. 21

Я осмотрела почти всю темницу, когда мне на глаза попался рюкзачок, лежащий недалеко от моих ног. Рюкзачок, в котором находился домирал. Я кинулась к рюкзачку, и осторожно его потрогала, под рукой никто не шевельнулся, сердце замерло от страха. – Неужели, моя Манюня погибла в этом магическом туннеле?! На глаза, тут же навернулись слезы. – Что случилось Мика? Керан уже был рядом со мной. Я повернулась к нему, и увидела тревогу в его глазах. Указала на рюкзак с домиралом внутри. Ах, ну да, он же не видит как я. – Там, в рюкзачке мой домирал. И я боюсь, что он погиб. – Твой кто? Домирал?! У тебя в сумке домирал?! Я бы рассмеялась, видя его удивленно вытянутое лицо и не менее, удивленный голос, если б не размазывала сейчас слезы по щекам. Как же!? Всегда холодная, железная выдержка господина директора, погнулась об одного маленького зверька. За все время, что я видела этого мужчину – первый раз, когда он удивился настолько, что забыл про свой статус «железного человека». – Да, да, да мой домирал! Мы его нашли там, возле скалы, когда забирали осколок, и он признал меня хозяйкой. Я, сквозь всхлипывания, сбивчиво объясняла, про то, как стала хозяйкой звереныша. И так недолго ею пробыла. Керан положил мне руку на плечо, – мне надо посмотреть. Мокрую от слез руку, вытерла об штаны, взяла его за ладонь, и положила на рюкзак. – Вот, она здесь. – Она?! Пресветлый! Откуда ты знаешь, что этот домирал, женского рода. Он уже не смотрел на меня, а пытался в темноте разобраться с рюкзаком. – Она мне сама сказала. – Сама сказала?! Теперь голос Керана, лишь слегка был удивленным, он уже взял себя в руки. – Нет, ну не прямо сказала, а мысленно передала. Керан оглянулся, и посмотрел на меня. Если б этот диалог происходил у нас в мире, например между мной и каким-нибудь Айболитом… Ладно, что просто сидеть. Я отвела руки господина директора в сторону. Пришлось обращаться с ним, как со слепым. Сама развязала рюкзак, затем, опять положила его руки, на открытую прореху рюкзака. Мое магическое зрение, давало мне преимущество, а вот истощенный маг, в темноте, был абсолютно слеп. И темницу, он обошел, не дожидаясь, пока я ее осмотрю, лишь по тому, что такая беспомощность, его угнетала и заставляла хоть что-то делать. Теперь, когда он начал осматривать домирала, то сосредоточенно принялся за дело. Раскрыв рюкзак по шире, Керан запустил руки внутрь и потихоньку вытащил зверька наружу. Я отодвинулась, чтоб не мешать, и зажмурила глаза. Мне казалось, что зверек сейчас обмякнет на руках у Керана, и он сообщит мне, что ничего сделать нельзя. Все. А что если понадобиться моя помощь? Тут же открыла глаза снова. Керан бережно держал зверька на одной руке, а второй ощупал его, затем, приподнял его мордочку и подул на нее. Прошло пару мгновений. Вдруг у Манюни дернулись усы, по тельцу прошла волна дрожи, дернулась лапка свисающая с руки мага. Он ничего этого не видел, просто наверно чувствовал изменения в домирале, потому что улыбнулся и погладил Манюню по шерстке. Я тоже подобралась к ним поближе, и тихонько, дрожащей рукой погладила, Манюню. – Моя ж ты девочка. Хорошая моя! Живая! Манюня ткнулась мне в ладонь мордочкой, а затем лизнула руку, своим шершавым язычком. – С ней все нормально? Я посмотрела на Керана. – Да! Просто ее тоже оглушило. Тут Манюня открыла глаза, они ярко заблестели в темноте. От неожиданности Керан, разжал руки. Манюня, воспользовавшись, случаем, выскользнула из его ладоней и перебралась ко мне. Мне, зверек, был виден полностью, а вот если не видеть ее, и неожиданно, в темноте узреть два горящих глаза, которые смотрят на тебя в упор… Зрелище, не для слабонервных. Она немного повертелась, а потом, как кошка, пристроила мордочку у меня на плече, подобрала под себя лапки, и заурчала. Ее хвостик, обвился вокруг моей талии, а я улыбалась от радости. Моя Манюню жива. – Теперь расскажи, как вы ее нашли? Похоже, что, время у нас не ограниченно. Мы опять сели у стены, и я рассказала все, что произошло с того момента, как мы покинули на рассвете дом в селении, и до того момента, как подъехали к порталу. Как я, стреляла первый раз по живым людям. Мужчина, ничего не сказал, а просто легонько сжал мне руку, в знак поддержки и понимания, что для меня это значило, отнять жизнь. Пусть они были врагами, но они все, же были людьми. Рассказала, как обнаружили домирала. Как все удивлялись, обнаружив маленького детеныша домирала. Как он выбрал меня в свои хозяйки. Пока я рассказывала, Керан слушал, закрыв глаза. Даже решила, что он заснул. Но тут, Керан усмехнулся, – Мика, ты полна сюрпризов. Смогла перебороть себя, и помочь ребятам – это серьезное для тебя испытание, я понимаю. Ты его с честью выдержала. И с домиралом… Эльф прав, домиралы, действительно очень редкие, и очень ценные звери. Кстати, как ты ее назвала, Манюня? Что за имя? – Не смейся. Понимаешь, у меня никогда не было домашних животных. Поэтому я не особо задумывалась, какими именами можно назвать домирала. Моего домирала! В моем голосе отчетливо слышались ехидные нотки. – Я ей предложила имя Маня, когда узнала, что она девочка. Но пока, решила звать Манюней, она, же маленькая. Мужчина рассмеялся. – Мика, ты представляешь, какой она будет, когда вырастет? Ребята рассказали правду, но ты видно, не поняла. Домирал, вырастет до размера взрослого волка. Как ты думаешь, такому животному подойдет имя Манюня? Я кое-что могу тебе рассказать о домиралах. Домиралы очень преданны своим хозяевам. Если придется защищать, то будут это делать до конца. Могут охотиться, чтобы прокормить, и хозяина, и себя. Они чувствуют яды, могут по ауре определять суть человека. Это хищник, крупный, сильный, ловкий. И как, по-твоему, ей, подойдет такое имя? В его голосе я расслышала насмешку. Вот уж мне его нравоучения. Я обиделась, засопела. Почувствовав, мое настроение, Манюня, тоже зафыркала, – Значит, когда вырастет, будет Маней! Мой звереныш! Я отвернулась от Керана. – Прости Мика, не обижайся. Просто я удивляюсь. В Эвельгирии, когда кто-либо, получает возможность, заиметь такого зверя идет в храм. Хозяин такого зверя, что бы дать ему имя, проводит целый ритуал, обращаются к жрецам, принося подношения. Да и, имя дают не простое, чтоб в нем, было что-то от имени владельца, его титулах. Добавляют, название драгоценного камня – оберега, или талисмана их рода. Даже устраивают, торжественные приемы. И имя домирала потом вписывают в книгу рода, со всеми добавками, вот так! А ты… он хмыкнул. Даже не знаю, как это у тебя выходит?! Понятно! Уж извините, что просто дала ей имя, а не устроила, ритуальных плясок с бубном, у костра. – Тогда мне гораздо проще, Керан, – я усмехнулась, – у меня нет ни титулов, ни званий. За мной нет именитого, древнего рода. А из камней-оберегов, лишь та подвеска, что ты мне подарил. Поэтому и имя, я ей выбрала простое, как я сама. Мой зверь, – упрямо заявила я, – могу называть ее как хочу. Ведь так? Теперь уже я смеялась. От того, что домирал живой. Даже не глядя на Керана, я чувствовала, он улыбался. – Да Мика, это так! Но у меня был еще вопрос к магу. – Знаешь, когда раскрыли мешок, там были все ребята. Почему же он выбрал именно меня? Керан улыбнулся, – тут-то, как раз, все понятно. У домиралов, есть одна особенность, – он сделал паузу для того что бы я осознала важность информации. – Они могут чувствовать и поглощать магию осколков кристалла, в чистом виде. И в тебе Мика, он признал, – Керан махнул рукой – жест, когда не могут подобрать слово, для сравнения, – если можно так сказать, равного по дару. Я осознала, я изумленно посмотрела на него. – То есть, на них магия, излучаемая осколками, тоже не действует, но они ее чувствуют? Он кивнул, соглашаясь. – Да, вот так! Они ее чувствуют. Мало того, у них, в пасти, есть специальный мешочек, за щекой, куда эти звери могут помещать какие-то запасы, осколки в том числе, и он там, будет так же изолирован, как в ларце из тифрина. А когда надо просто выплюнут его. – Прямо, как хомяк. – Хомяк? Что за хомяк? – В нашем мире, есть такой небольшой зверек, который собирает запас пищи, в такие же защечные мешочки.. – Похоже! Керан улыбнулся. – Об этой их особенности, гасить магию осколков, знают единицы, только те, кто мог прочесть старые книги по магии из библиотеки, находящейся в королевском дворце. К этим книгам, без королевского разрешения, никого не подпускают. Видно тот маг, у скалы, знал об этом, раз раздобыл для поисков осколка, домирала. Может ему кто-то рассказал об этом. Он задумчиво потер пальцем подбородок. Мне не хотелось его расстраивать. Но молчать было нельзя. – Знаешь, тот маг, что был у скалы… Я слегка запнулась все еще сомневаясь, говорить или нет. – Это был Диал! Я, его узнала. И хорошо разглядела, когда, он был возле портала. Перстень, у него на пальце, был точно такой же, как и у мага, возле скалы. Керан, затих, устремив взгляд куда-то вдаль. Сейчас он был в своих мыслях. Молчание затягивалось. Я подумала, что он нечего на это мое обвинение не скажет. Затем он тяжело вздохнул. – У меня были подозрения, но я не хотел верить, все-таки он мой брат. Я вспомнила про свою мать, которая практически отказалась от меня, и если бы не бабушка, как знать, скитаться мне по детским домам. Семья это так важно. И получить удар от родных… – Я понимаю. Когда предают родные, это всегда тяжело. Он горько усмехнулся, – ты совсем еще ребенок Мика, кто мог тебя предать? Вот что мне под нос тыкать, постоянно своими “сто тридцатью” годами, я, что ли виновата, что они живут сотнями, тысячами лет, и мои двадцать с хвостиком, считается у них, чуть ли не младенчеством. Обидно, да! В нашем мире, для некоторых, двадцать пять, уже середина жизни. Я самым холодным голосом, какой смогла найти в своей фонотеки, заявила: – Во-первых, я не ребенок. В нашем мире в этом возрасте, у некоторых за спиной пара браков, и куча детей. И я, достаточно пожила, что бы кое-что в этой жизни узнать. Во-вторых, в вашем мире, тоже никто не посмотрел на мой возраст, когда возложили на меня миссию по его спасению. Я фыркнула и обиженно отвернулась от господина директора. Но, не успела, как следует, насладиться своей обидой, как услышала смех Керана. Он просто хохотал. От удивления, пришлось забыть про обиду. – Что это за смех? – Ты Мика, такая смешная, когда злишься. Он смеялся от души и так заразительно, что я тоже невольно засмеялась. Мы смеялись с чувством, до слез. И, смех этот был для успокоения нервов, как сказала бы моя бабушка. Когда мы отсмеялись, я все-таки спросила. – Что насчет Диала? Показалось, что Керан застыл. – Ты уже знаешь Мика, Диал – это мой младший брат. Точнее мой сводный брат. Моя мать умерла, когда я был совсем маленьким, через какое-то время, мой отец, снова женился. Моя мачеха не плохо ко мне относилась, до того времени, пока у нее не родился ребенок – мой брат. После этого, наши отношение изменились. Может это я был виноват? Я ревновал и делал что-то, что им не нравилось. Сейчас, я уже не смогу сказать точно. Мой отец с мачехой, решили, что с рождением ребенка, уже не смогут уделять мне много времени. Отец, отправил меня учиться в столицу. Когда я приехал домой, на первые каникулы, по их отношению ко мне, сразу понял, что по мне никто не скучал. Я им стал не нужен. Они всецело отдались воспитанию младшего брата, а обо мне, вроде как забыли. Когда каникулы кончались, я с облегчением вернулся на учебу. После второй поездки домой ничего не изменилось, даже стало хуже. Потом я уже не стремился вернуться домой. Реже стали приходить вести от отца. И я, перестал отвечать даже на те редкие письма, что получал от него. Меня съедала обида. Наверно, все кончилось бы для меня плохо. В то время, я был очень, и очень непослушным. Он усмехнулся. – Если б не Лемар, он появился в самый сложный для меня период. Старый дракон, взял под опеку и стал везде брать с собой. Он, скажем так, заменил мне отца. Помог проявиться моей магии, научил ее контролировать, использовать. Он сам, совершенствовал мои навыки. Лемар служил королю, поэтому я стал часто бывать во дворце, там я подружился с Максианом. С ним вместе, мы обучались в школе, затем поступили в Академию магии, затем служили, попутно изучая боевую магию. Да и много чего потом делали вместе. Он весело засмеялся. Видно припоминая их совместные проказы. – Вместе пошли воевать. Максиан, стал для меня больше, чем другом, он стал братом, которого я хотел иметь. Я был приближен к королю. Моя жизнь заполнялась делами, друзьями, работой. С Лемаром король, всегда советовался. Потом на этих советах, стали бывать и мы с Максианом. Во время войны и я, и Максиан, проявили себя, как сильные маги. Во многом это была заслуга Ивора и Лемара. И мы им за это очень благодарны. Со временем, я и думать забыл о своих детских обидах, а вот брат был другой. Он не обладал, выдающимися магическим даром. Для отца, отсутствие магического дара, высокого уровня у Диала, стало разочарованием. Он стал постоянно ставить ему в пример меня, чем еще больше ухудшил и без того натянутые между нами отношения. Да и в финансах, брат зависел от отца. У него проявилась неконтролируемая тяга к богатству и славе. Но он, так и остался, только сыном одного из знатных вельмож, и средних способностей магом. Это, его очень злило. По своему характеру он тщеславен, заносчив, хитер. И как потом мы узнали, жесток. Керан, опустил голову и замолчал, видно вспоминая что-то. Затем вздохнул и продолжил. – Диал, стал упрашивать отца, чтоб тот, надавил на меня, с просьбой, принять его, на королевскую службу. Я взял приглашение на аудиенцию к королю, для брата. Диал, был представлен королю, но он его не выделил, из всех тех отпрысков знатных господ, что были представлены в то время, ко двору. Тем более, что магом он был посредственным. Чуть сильнее был развит дар некроманта, но этот дар на тот момент, не пользовался особым спросом. Некромантов, и так при дворе не жаловали, а после войны особенно. При Иворе, служила пара верных магов-некромантов, и этого было достаточно. Так что, Диал ушел не с чем. Отец, начал заваливать меря просьбами, устроить брата, но я отказал. Если он не представлял интереса для его величества, я был бессилен, что-либо изменить. Я предложил его устроить в другую службу, но он отказался, решив, что она, менее престижна. Наши отношения, опять надолго прервались. Прошло несколько лет, прежде чем я услышал вновь о Диале. Оказывается он переехал в соседнее государство, в Орданию и стал там заниматься торговлей. Пару лет назад он вернулся в Эвельгирию, и нашел меня. При наших встречах, он всегда изображал радость. «Изображал», потому что она была какой-то неестественной, наигранной. Мы изредка стали общаться, но близкими людьми так и не стали. Мужчина тяжело вздохнул. – Я никогда не интересовался его делами, а выходит, что зря. Похоже, он тоже занялся поисками осколков, раз раздобыл домирала. Вот только, сам он это решил, или кому-то служит? Теперь надо выяснять. – Это он, хотел тебя похитить? – Скорее всего, но наверняка он действовал по чьей-то указке. Понимаешь Мика! Амулет «искажения направления», мог на меня навесить, тот, кто приближался ко мне. И теперь я точно знаю, что это он, потому что из посторонних, приближался ко мне так близко только он. Да, это мог быть лишь Диал. – Разве амулет не могли подкинуть раньше. – Нет, раньше, я бы его почувствовал. Вспомни, Мика! Сильная магия!? Всякая магия, имеет свой отпечаток, фон и оставляет след после использования, который способен почувствовать практически любой маг. А магия портала, как раз ее перекрывает своей силой. Перед порталом, ко мне приближался только Диал, так что, это его рук дело. Керан замолчал, я тоже молчала, каждый думал о своем. Мой желудок тоже о своем, о насущном. Причем желудок стал думать очень громко, буквально вслух. В тишине, раздалось урчание. Манюня, у меня на плече, вздрогнула, Керан уставился на нас, пытаясь определить, кому принадлежит звук. Хорошо, что было темно, потому, что я почувствовала, как краснею. – Извини, просто, я очень хочу есть. Мужчина поднялся, и, держась за стену, подошел к дверям. – Да, пора выбираться отсюда. Он сделал пас рукой, и перед ним загорелся тусклый пульсар, осветив дверь. Он недовольно покачал головой, видно, что силы к нему еще не вернулись в полной мере. Керан толкнул ее, но дверь не поддалась, потом он попытался, подтянуть ее на себя. Тоже безрезультатно. Спустив звереныша с рук, поднялась и подошла к двери. – Может, я попробую? Керан резко развернулся ко мне. «Ой! А что так смотреть то на меня? Вот если бы, кого-то приложило так магией, как меня. Шарахнуло со всей дури об стену, а потом, свело бы от голода живот. Посмотрела бы я как, у них, голова сразу заработает. Смотрит, понимаешь, как на сумасшедшую». Конечно, это мной, не было сказано вслух. Он отступил от двери, и показал на нее рукой, как бы уступая мне дорогу. – Прошу, – Керан саркастически усмехнулся. Пришлось напомнить о моем вновь приобретенном даре. – Я, в своей астральной оболочке, могу посмотреть, что там за дверью. Тут его настигло понимание, и он кивнул. – А! Давай. Я потерла руки. Так. Ну-с, приступим. – Может тебе лучше сесть, Мика. Иначе ты упадешь, а это больно. Он усмехнулся. Точно! Кто бы мог подумать, что в трудных ситуациях, он становиться таким весельчаком. Опять вернулась к стене и села на расстеленный плащ, тут же на колени ко мне прыгнула Манюня. Попробовала! Но отделить оболочку, не получилось. Дар какой-то одноразовый, пришел – дар ушел. – У меня не получается? Керан? Ведь тогда, меня звал осколок? Мужчина подошел, и сел рядом. Взял мою руку, по телу сразу же стало разливаться успокоительное тепло, как тогда ночью, в сельском домике. – Закрой глаза. Успокойся, дыши ровно. Теперь представь себе дверь. Представила!? Теперь попробуйте приблизить ее к себе. Сделали? – Да. Я сделала все как он сказал. – Теперь открой глаза. Я открыла глаза, и увидела дверь, прямо перед своим носом. Ткнула в нее рукой, и рука провалилась сквозь железную дверь. С испугом отдернула ее назад, и оглянулась. Оказывается, я все-таки покинула свое тело. И снова, как и тогда в деревне, мое физическое тело, обмякнув, сидело рядом с Кераном. Домирал, беспокойно обнюхивала мое лицо. Я приблизилась к ним. Поймала момент, когда Манюня, повернулась ко мне, и пристально посмотрела ей в глаза. Мы с Маней, если и общались мысленно, то это получалось, когда мы смотрели друг другу в глаза. Я постаралась передать ей, что все хорошо, успокоить. «Успокойся Манюничка. Все хорошо!» Манюня замерла, глядя прямо в мою оболочку. Передав, что она меня поняла. Звереныш успокоился, и опять устроился у меня на коленях. – Ну, что успокоила, свою подружку? – Керан улыбался. Я приблизилась к нему, и мысленно передала: – Спасибо, что помогли мне господин директор. Он ухмыльнулся. – На будущее, просто запомни! Надо мысленно визуализировать какой-нибудь предмет. Создать мысленный крючок, за который зацепится и потянется, твоя оболочка. Так легче «выходить из себя», – он усмехнулся. – Отправляйся Мика. Я ведь уже говорил, лучше, не покидать тело надолго. Я взяла под козырек, – Я воль, май фюрер! – Это ты о чем? – Так, глупая шутка, извини. Я пошла. Приблизилась к двери, и, перекрестившись, прошла сквозь нее. Мой бестелесный дух, оказался в широком, длинном, темном, коридоре. Но здесь, в коридоре, темнота не была абсолютной, в конце коридора, сверху падал яркий, дневной свет, освещая лестницу, и рассеивая тьму вокруг. После мрачной темноты, нашей темницы, мне хотелось кинуться на свет. И все-таки, прежде я решила обследовать подземелье. Сначала, я прошла весь коридор, в который выходило еще несколько дверей. Таких же широких дверей, как та, что вела в нашу темницу. Оглянулась назад, на свою дверь, она, была перекрыта бревном-перекладиной. На двери были две внушительные скобы-крюки, в которые, опускалось бревно и, заходя на стенки, плотно фиксировало ее. Довольно неудобный запор. Нет бы просто, крючок или щеколду расположить на двери. Такой запор даже моему физическому телу, было бы сложно сдвинуть, что уж говорить про мой бестелесный дух. Неужели мы в ловушке? Потом расскажу Керану, он обязательно что-нибудь сделает. Почти все двери в подвале, были заперты, но так прочно, только наша, с позволения сказать, камера, прямо по закону подлости. Видно, наша была рассчитана на особо опасных заключенных. Угораздило же попасть, из всех, именно в эту темницу. Надо быстро, осмотреть все темницы, вдруг что-нибудь, или кто-нибудь обнаружиться. Мы с Кераном находились в крайней темнице. Дверей было десять, по пять с каждой стороны. Проверив три, из пяти по нашей стороне, ничего интересного в них не обнаружилось – пустые. И двери в этих темницах, запиравшиеся на обычные запоры, были открыты. Когда, приблизилась к пятой темнице, заметила, что у нее такой же мощный запор, как и, на двери, нашей. А когда просочилась внутрь, увидела, такую же темницу, как та, в которую попали мы с Кераном. Вернее с такими же цепями и оковами, с той лишь разницей, что на них, висел скелет. Выбеленный временем, непонятно, как он вообще держался на цепях. Скорее всего, он удерживался в таком положении, из-за отсутствия движения воздуха. Потому что малейшее дуновение, обрушило бы его на пол. Скелет принадлежал динозавру!!! Это точно!!! Такой же огромный. Я такой видела в музее палеонтологии, еще в школе, когда ездили с классом на экскурсию. Теперь, было понятно назначение цепей на потолке, и разной длины на стенах. Те, что были по короче, удерживали задние ноги. Они были короткими, и не позволяли отойти от стены больше, чем на пару метров. «Ручные» или передние, были длиннее. Эти цепи с оковами, прочно удерживали передние лапы, не давая зверю двигаться. От обоих колец, вделанных в потолок, свисали две короткие цепи, на них были металлические оковы – ошейники из тифрина. Оба ошейника, удерживали длинную шею животного в двух местах. Скелет, сохранился почти не тронутым, и только по бокам от него, лежали тонкие, осыпавшиеся косточки, как веточки. Растянутый скелет, в темноте, как бы сиял, фосфоресцирующим свечением, а тифриновые обручи, добавляли зелени. Как будто, неоновая вывеска. Картина получалась, зловещей, даже жутковатой. Теперь понятно, для каких узников предназначались эти две темницы. Только непонятно, откуда тут динозавры? Хорошо, что я, в своем астральном, теле, не так восприимчива к ужасам. Я облетела скелет со всех сторон. Бедное животное, как же его сюда заманили? Главное, для чего? Надо будет потом спросить у Керана. Затем облетела, оставшиеся камеры, расположенные напротив. Они были пустыми, только в крайней, была прикреплена в углу цепь. Другой ее конец, был мне не виден, из-за груды какого-то истлевшего тряпья, сваленного на полу. Узнать, что за бедолага закончил там, свой жизненный путь, я все равно бы не смогла. Поэтому, отправилась дальше, на разведку. Покинув подземелье, поднялась наверх, и попала в освещённый коридор. Он был таким же широким, как и в подземелье, который заканчивался с обоих сторон, широкими площадкой с лестницами. С одной стороны, было две лестницы. Одна из них вела вниз, собственно оттуда я и поднялась, вторая вела, наверх. Весь лестничный пролет освещался высоким стрельчатым окном, в которое бил яркий солнечный свет. Даже запыленное, затянутое паутиной стекло, не смогло остановить этот световой поток. В коридор выходило несколько дверей. Я прислушалась, не было слышно ни единого звука. Стояла мертвая тишина. Быстро облетев весь этаж, убедилась, что здесь никого нет. И вообще, у меня создалось такое впечатление, что здание давно заброшенно. Те комнаты, что я осмотрела, на этом этаже, несли на себе следы запустения, кругом, на полу, на скудной мебели, лежала толстым слоем пыль. Все стены были покрыты трещинами, кое-где обвалилась штукатурка. Лепнина, украшавшая стены и потолок, была занавешена пыльной паутиной. По всему этажу стояли диваны, диванчики, и кресла, с остатками истлевшего, толи атласного, толи шелкового покрытия. Вероятно раньше, все это выглядело великолепно, но сейчас, здесь царила разруха и полное запустение. Здесь же, на этаже, находился просторный холл с большой двустворчатой дверью, служившей, по-видимому, парадным входом. Напротив нее, еще одна широкая, лестница, вела наверх, даже сейчас находясь под слоем пыли, веток, сухой листвы, и еще какого-то мусора, выглядела торжественно, иначе и не скажешь, и служила в свое время, бесспорным украшением холла, и гордостью хозяев. Широкие ступени, из предположительно, розового мрамора, с черными вкраплениями, была обрамлена, балясинами из белого мрамора, каждую, из которой опутывал, искусно вырезанный из черного мрамора, растительный узор, создавая опору для широких, гладких перил. Камень, не удалось разрушить, ни человеку, ни времени, поэтому эта лестница, была единственным, что уцелело и привлекало внимание. Ни у стен, ни у пола, уже, нельзя было различить, цвет. Можно было лишь понять, что стены, раньше, украшали картины. А пол был покрыт плитами, отшлифованными до зеркального блеска, в свое время…. Сейчас, весь покрытый толстым слоем пыли пол, был испещрен следами, мелких животных, кучками мусора из листьев и веток. Осколками, служивших ранее посудой, люстрами и еще каких-то украшений дома. Так как больше ничего интересного на этом этаже не было, я по лестнице, “поднялась” выше. Лестница, заканчивалась широкой площадкой перед распахнутыми дверями. Здесь, на этом этаже, за широкими, украшенными витиеватой резьбой дверями, располагался большой зал с камином. В былое время, дневной свет проникал сюда, через огромные, во всю высоту стен, окна. На них еще висели остатки тяжелых штор, а за окнами, была сплошная зеленая стена, разросшихся растений. Пол, покрытый плиткой, сохранил черно-белый орнаментный узор, густо покрытый пылью, и сухими листьями, попавшими сюда, через сломанные стекла. Портал камина, кстати, довольно внушительного размера, как и лестница, был сделан из мрамора, в той же цветовой гамме: черного, розового, белого. При желании, я бы свободно, смогла войти туда, даже не пригибаясь. В этом зале, вдоль стен, стояли маленькие диванчики – скамеечки. Как и вся мебель, они выглядели плачевно. Между диванчиками, стояли большие вазоны для цветов, с остатками засохших цветочных букетов. Дальше по коридору, располагалась, такая же просторная столовая. Как и в каминном зале, здесь были арочные окна в пол. Посредине стоял длинный стол, вокруг него в беспорядке, были раскиданы стулья. В двух буфетах, расположенных по бокам от двери, таких же в свое время красивых, с резными дверцами и ножками, стояла посуда. В основном, вся побитая. Стекала, в дверях буфета, так же, как и в окнах, были разбиты. Рядом со столовой, располагалось еще пара гостиных, поменьше. И здесь везде была такая же картина – разрушение и запустение. Двери следующих комнат, следовавших за гостиными, как и в комнатах, на всем этаже, тоже двустворчатые, вели в библиотеку, и прилегающее к ней, два рабочих кабинета. Книжные шкафы библиотеки, такие же высокие, как и окна, были почти пусты. За исключением, некоторых книг, которые, по-видимому не заинтересовали, тех, кто учинил здесь беспорядки, или мародерствовал. Кроме, каминной залы, и холла, во всех других комнатах, был паркет. Видно, каминная зала, использовалась как бальная. На стенах, кое-где, сохранились рамы от картин, но от самих картин не осталось и следа. И еще везде, присутствовали следы, жизнедеятельности, каких-то мелких животных, цепочки следов, кучки отходов, огрызки. В общем, осмотр этого этажа ничего не дал. Надо подняться на следующий этаж. Здесь не было следов, пребывания живых существ. На третьем этаже, было светлее всего, деревья еще не разрослись настолько, чтоб полностью закрыть окна, как на нижнем этаже. Здесь царило такое же запустение, как и во всем доме. Почти все двери были открыты, за исключением, двух последних комнат. В открытые двери было видно, что комнаты здесь не такие просторные, как на нижнем этаже, так что они, скорее служили спальнями. Из спальни, небольшая дверь вела в санузел. Но именно в этих гигиенических комнатах, было все перебито основательно, причем во всех. Либо, у тех, кто здесь жил после хозяев, стойкое отвращение к предметам сантехники, либо, фаянсовые изделия, в доме были инкрустированы золотом, их попросту разбили, а инкрустацию сдали в ломбард. Туалетные вандалы! Интересно, а у них здесь принимают, где-нибудь, цветной металл? Дверей было восемь. По четыре с каждой стороны. Во всех комнатах, все было перевернуто, и переломано. В трех комнатах, стояли широкие «кровати», больше напоминавшие, большущие шкатулки, размером с кровать. С боку даже имелась такая же широкая доска, странно напоминающая, и по размеру, и по форме, крышку от этой спальной шкатулки. «Есть шкатулки музыкальные, а у нас здесь спальные». Так что ли? В конце, концов, это не мой мир, и не мне их учить, где и как спать. Но ведь в замке обычные кровати… Может здесь обитали маги, и им лучше думалось и спалось, вот в таких закрывающихся коробочках. С чего я взяла, что эти коробки служили кроватями? А вот с чего! В этих коробках были матрасы и покрывала, изрядно попорченные, и потрепанные, но это были именно спальные принадлежности. Видно, какая-то живность, облюбовала их в качестве жилья. Получается, у них здесь все-таки, имеются грызуны!? Поди, какого-нибудь лимонного цвета мыши? А, и пусть, лимонные, лишь бы размер, как у наших. А что? Птички черные с рожками, голубые домиралы, черничного цвета кони, серебристые люди – волки, почему мышам, нельзя быть лимонными?! Рассохшиеся, распахнутые двери, держались на честном слове. Окна, разбиты, проросшими в них ветками деревьев. В некоторых комнатах, на стенах, висели выцветшие, полуистлевшие тряпки, которые, по-видимому, раньше были коврами или гобеленами. С люстр, и по углам, свисала паутина. Интересно, я даже не задумывалась, есть ли в этом мире пауки? Вероятно, есть, раз есть паутина. Кое-где, лежала разбитая посуда, ее было немного. Красивые осколки переливались в солнечном свете. Вероятно, раньше, это были вазы или блюда. Сломанные статуэтки, тоже служили когда-то, для украшения комнат. Подлетев к окну, решила посмотреть, что там на улице. Через окна, не удалось, ничего рассмотреть. Можно было бы конечно просто просочиться сквозь листву, но я девушка последовательная. Решила все делать по порядку. На этаже, комнаты располагались напротив друг против друга. Почти все двери были открыты, за исключением двух последних комнат. Двери, этих комнат были, не в пример, другим, в лучшем состоянии, и закрыты. Это разожгло мое любопытство. Я просочилась в первую комнату. В не очень далеком прошлом, это, была жилая комната. Такая же, запущенная, как все. И все же, это комната, была более обжитой. В этой комнате, была вся необходимая мебель: кровать, шкаф, полки над столом, пара стульев. Вся мебель была целая. На окне висели занавески, а на полу лежал ковер. Все, было тоже покрыто пылью, но не таким толстым слоем, как во всех остальных комнатах. И все предметы мебели, в комнате, находились в лучшем состоянии, чем во всем доме. И все-таки, здесь, очень давно никого не было. Все поверхности, были пустыми, ни книг, ни каких-либо, других предметов. На столе валялись письменные принадлежности и несколько бумаг. А на полках нашлось немного посуды. В комнату напротив, уже отправилась без всяких раздумий. Я теперь была уверенна, дом заброшен, и во всем доме, ни единой живой души. Вот только вторая комната, меня заинтересовала, не в пример больше, чем все остальное. Она была больше, чем другие на этаже. Кто-то, совместил санузел и спальню. Это комната была лабораторией. Причем как в фильмах про волшебников! Где показывали, как у них вариться в ретортах и колбочках, какие-то снадобья. Растираются в порошок травы. Магические лаборатории в нашем замке, мне представлялись, именно такими. Гм. Я назвала замок, нашим… Короче, два больших стола, были заставлены, колбами разных объемов, ретортами, стеклянными спиральками, горелками. Фарфоровые ступки, разных размеров, какие-то баночки, коробочки, палочки, кисточки, перья. Рядом с окном, стояла небольшая печь-буржуйка, ее труба была выведена прямо в окно, а рядом с печью стояли, сложенные друг в друга, котлы и котелки разного калибра. У одной из стены, стояло завешанное тряпкой, большое, как дверь, зеркало. Мне удалось разглядеть внизу, лишь небольшой треугольный кусок зеркала с рамой. Но даже по тому фрагменту, что я увидела, зеркало было интересным. Старинное, в богатой, резной, с позолотой, оправе. На зеркале, были видны следы коррозии амальгамы, вероятно, это случилось из-за того, что этот край, не был прикрыт тканью, и на него постоянно, попадали солнечные лучи. Видимый кусок рамы, украшали вырезанные из дерева цветы, с листочками и птичками. Все покрыто золотой краской, немного потускневшей, от времени, но все равно замечательно сохранившейся. Полностью, рассмотреть зеркало, мне сейчас, не удастся, а жаль. Я люблю зеркала в рамах, особенно в «картинных», рамах, стилизованных под старину. В одно время, в нашем мире, это стало очень модным. А на такую, раму, и зеркало, часть которого, я видела сейчас, мне бы очень хотелось посмотреть, но нужно было двигаться дальше. В шкафу, за закрытыми, стеклянными дверцами, стояли книги. Старые, кожаные потрепанные, переплеты. Книги были по магии, написанные на древнеэвельгирийском языке, их название само мне открылось. И я, уже не удивилась, зная, что понимание, древнеэвельгирийского – это часть дара, от кристалла. Даже не зная букв и написания, мне было понятно значение слов. Еще стояли книги, на корочках которых, были надписи, на каком-т древнем языке. Толстые тетради, тоже изрядно потрепанные, стопки бумаг, как в шкафу, так и на столе, сильно, густо исписанные и исчерченные формулами и схемами. Здесь тоже кругом лежала пыль, примерно, одного возраста с пылью, из жилой комнаты напротив, но моложе, чем во всем другом доме. Что ж!? Пора осмотреть, внешний периметр. Не затрудняя себя поиском дверей, я вылетела наружу. Ну, таки, что мы имеем за стеной? А за стеной, был лес! Вокруг был сплошной зелёный лес. Непроходимые заросли. В дали, виднелось зубастое, очертание гор, со снежными вершинами. И море!!! От дома, заросли простирались до самого берега. Чудесное место. Курортное! Море, пальмы, песок. Пальм, конечно, не было, их заменяли другие, высокие, разлапистые деревья, но смысл вы поняли?! Так теперь смотрим, магическим зрением. Переключаем. Ты-дыщь! Ага, в отдаление, есть высокая горная гряда. Пики горных вершин, были покрыты снежными, сахарными, шапками, а значит их высота, не менее трех тысяч метров над уровнем моря, если судить по горам, в нашем мире. Например, возле замка Вилхклац, горы, не были покрыты снегом, а значит они были ниже, чем эти. Я обернулась, так, тут у нас вода. Очень много воды. Может быть это даже океан, а не море. Должны же быть у них тут океаны?! Надо бы подняться выше, и оглядеть местность с высоты птичьего полета. Это было сделано незамедлительно. Поднявшись над домом, посмотрела вниз. Сверху стало видно, что дом, в который мы с Кераном угодили, находился на небольшом полуострове. Интересный полуостров. Если нарисовать полуостров на карте, то он напоминал, полураскрытый веер, воткнутый в большую землю. Основная площадь полуострова, была покрыта лесом, лишь не очень широкая полоса, прибрежного пляжа, отделяла лес от воды. Острый угол, также покрывали деревья, а вот дальше были горы. Это их снежные шапки, я разглядела, от дома. Посмотрела вниз на крышу дома. Ее почти уже не было видно, из-за деревьев, хотя домик то не маленький, скорее и не дом, а усадьба. Но точно разглядеть здание, из-за разросшейся растительности было невозможно. Помимо деревьев, вокруг разрослось еще и какое-то вьющееся растение, которое, как сетями оплетало все вокруг, создавая сплошную зеленую массу. Только если присмотреться, можно, разглядеть, проступающую сквозь листву, черепицу крыши, и каминные трубы. Оглядев весь полуостров, я не обнаружила признаков жизни. А вот интересно?! Может, здесь, где-нибудь есть осколок. Надо бы проверить, так на всякий случай?! Не будем изменять традиции! Я закрыла глаза, и позвала кристалл, – Где ты? Родной мой! На особый успех я не рассчитывала. Ведь, даже толком не знала, затронуло ли эту местность, магической взрывной волной при разрушении кристалла. Проверить решила так, на всякий случай. Но результат был неожиданным! Две красные линии, почти параллельные друг другу, тянулись к одному из веерных углов полуострова и, обрывались возле берега в воде. Вау! Получалось, там находилось сразу два осколка. Здорово если там не глубоко, заодно можно будет и искупаться. Купаться я любила, и даже плавала, но плохо. От предвкушения, потерла радостно руки. Когда купаться если не летом? А вот, кстати, лето летом, но что-то я замерзла очень. Мне стало очень холодно, прямо зуб на зуб, не попадает. Моя астральная оболочка, в первый раз не чувствовала, ни жары, не холода! Что же случилось в этот раз? Надо спуститься ниже иначе моя душа «заледенеет». Запомнив место, куда упали осколки, я отправилась назад, в дом, в тело, греться. Меня уже прямо колотило от холода. На подлете, возле самого дома, мне, стало, тепло. Странно?! В прошлый раз, когда я путешествовала, была ночь, и было прохладно, но я не чувствовала так резко холода, как сейчас, да и тепла, не чувствовала тоже. Наверно, в этот раз, я просто поднялась слишком высоко над землей, а там, в «стратосфере», холодно? Или отсутствовала слишком долго? Полуостров пуст. Помощи, ждать не откуда. Вся надежда на Керана, надеюсь, он хоть чуть-чуть восстановился, пока я тут летала. Если у него нечего не получиться…. Подлетая к дому, я услышала в своей голове взволнованный голос Керана, – Мика, Мика, возвращайся. Возвращайся! Я прибавила скорости, – Господи! Что, у них там произошло?! Быстро преодолев этажи, я влетела в нашу камеру. Керан, сидел, обняв меня, вернее, мое физическое тело. Мою голову он прижимал к своей щеке, растирал руки, плечи и спину. Рядом беспокойно поскуливая, кружила Манюня. А моё тело, сотрясала дрожь. На первый взгляд, в темнице, все было по-прежнему. Так, надо воссоединиться с телом, потом разберемся, чего они всполошились. Я нырнула в тело. Б-р-р, замерзла. Закрыла глаза. Задержала дыхание, затем вздохнула уже полной грудью. Правда, Керан, держал меня так крепко, что мне показалось, будто у меня трещат ребра. – Можешь уже отпустить, меня. Каждое мое слово, сопровождалось бодрым клацаньем зубов, подтверждающих степень, моего же, окоченения. Он резко разжал руки, и от неожиданности, я чуть не завалилась на бок. – Зачем же так рррезко! Мужчине опять пришлось меня подхватить. Манюня, тут же принялась обнюхивать мое лицо, передавая мне свое беспокойство. – Что ссслучилось? Я выровнялась и откинулась на стену. Подгребла к себе Манюню, и зарыла замерзшие руки в ее теплую шерстку. Посмотрела на обеспокоенного мужчину. – Мика, тебя долго не было. А потом вдруг, ты стала дрожать, и была такой холодной, что мы с домиралом испугались. Вон, ты и сейчас стучишь зубами от холода. Пришлось принять меры, – он сделал вид, что смутился, – прошу прощения, но это был, самый быстрый, и самый эффективный метод. Ха! Так я ему и поверила. Еще и Манюню приплел. У меня просто закрывались глаза. – Можно, я чуть-чуть посплю, а потом все вам расскажу. И разбираться будем потом, и с методами моего спасения, и с тем, что я увидела за стенами. – Конечно, спи, – мужчина, приобнял меня за плечи, и велел положить голову ему на плечо, – так будет удобнее и теплее. А я что? А я нечего! Пусть мне будет удобнее и теплее. Как только, я пристроила свою голову на плече у Керана, мои веки налились свинцом, и я улетела в царство морфея.