Глава 23

— Ты когда-нибудь что-то подобное видел? — шепнула Ева, затаив дыхание.

Они с Каем стояли на капитанском мостике, и вглядывались в планету, к которой летели эти три дня.

— Не уверен, что мы видим одно и то же, — тихо ответил Кай, не в силах оторвать взгляда от этого места.

Ева говорила, что это золотой мир. И, вероятно, таким его и видела.

Кай же видел обычную планету. Зеленые материки, голубые океаны, земли, испещренные горами и ущельями. Зато то, что капитан чувствовал — не поддавалось никакому описанию. Словно он всю жизнь был потерянной частью чего-то необъятного, и только что нашелся, нашел себя. Каждую клеточку тела наполняло энергией и спокойствием. Казалось, что можно горы свернуть, и при этом остаться на этом месте встречать почтенную старость, если она когда-нибудь решит наступить.

— Колыбель цивилизаций, — Кай не мог объяснить, но чувствовал это.

То, откуда все началось. Во всяком случае, то, откуда пришел симбионт.

— Почему здесь никого нет? — удивился Кай, проверяя сканеры.

Условия — идеальны для жизни и развития. И он сам видит леса, с каждой секундой все отчетливее, по мере того как они снижаются.

— Кто знает? — Ева пожала плечами.

— А что ты видишь? — спросил Кай, жалея, что неспособен смотреть так, как это делает девушка.

— Симбионт везде. Планета… Она словно живая. На самом деле живая, а не образно. Словно все это — один сплошной организм. Сложный. И бесконечной большой, если он тянет свои щупальца на другие планеты…

— И ты собралась с ним говорить? — уточнил мужчина на всякий случай. Это вылазка явно отличалась от того, к чему он привык. Ни подготовки, ни исследований.

— Сколько у нас есть еще времени? Прежде чем генерал-ящер прилетит на мою планету, чтобы запустить рулетку на выживание?

— Сложно сказать, — Кай не знал. — Если не задержимся здесь надолго, сможем нагнать корабль генерала на подлете. Но я понятия не имею, как ты думаешь…

— И я понятия не имею, — согласилась Ева. — Давай, нужно туда, — девушка указала на северо-запад. — Кажется, я видела его там.

— "Его"?

Кай уже отчаялся что-либо начать понимать.

— Там, — Ева указала направление. — Вроде гигантского пульсирующего дерева…

— Там ничего нет, — заметил Кай, видя, что девушка выбрала чуть ли ни единственную зону, где на самом деле ничего не росло.

"Эх ты", — Ева потрепала по голове своего напарника.

— Жаль, ты этого не видишь… — девушка действительно жалела.

Они с Каем снова были вместе. Снова разделяли что-то, что останется только для них.

Только на этот раз не полностью.

Они по-разному запомнят этот день. Очень по-разному.

— Я как-то странно себя ощущаю, — признался Кай, совершенно не желая раскрывать слабость. Но он знал, что рядом с Евой может себе это позволить. Чувствовал.

— Как будто растворяешься? — Ева испытывала именно это.

- Да…

Словно симбионт в их телах сливался с этим местом.

— Готова? — стыковка прошла мягко, Кай остался доволен проделанной работой.

— Не знаю, — это было ее признание. — Я… Я могу задать тебе вопрос?

— Конечно.

— Что будет потом? — Ева поежилась, осознав, что это нужно было спрашивать давным-давно. Возможно, каждый день. Возможно, устраивая допрос с пристрастием. — Ты сдашь меня обратно в Центр? Женишься на будущей ящерице? Меня посадят в клетку, или будут промывать мозги, или заставят смотреть, как поработят мою планету? Или…

Кай подошел к девушке вплотную. И накрыл ее губы своими.

Потому что у него не было ответов. И потому что другого способа сделать так, чтобы Ева замолчала, он тоже не знал.

И потому что хотел этого.

Каждый день хотел, когда видел ее. Такую близкую, и такую недосягаемую. Не имел никакого права касаться.

Но кто его теперь осудит?

Каю было плевать. Впервые за все это время, ему было плевать. На все. Правила, установки, порядок, высшая цель…

Все может катиться в бездну, если это поможет быть рядом с Евой.

И плевать на все. На весь мир.

На всех.

— Это не ответ, — прошептала Ева тихо, но с улыбкой.

Это было лучше любых ответов.

Честность. Ведь Кай не мог знать, что будет дальше. И не тешил пустыми обещаниями. И абсолютная откровенность. Будто мужчина оказался полностью обнаженным перед ней. Ничего не скрывал. Оставил свои маски позади.

— Пойдем? — позвала девушка, смело вжимая кнопку для открытия двери. — Нам еще мир спасать.

Высокая трава поглотила их фигуры почти до талии Евы. Девушка видела, как золотые травинки стараются оплести ее ноги и впитать новые знания с жадностью пересохшей губки, которая дорвалась до воды. Кай тоже это почувствовал. И ощущения ему даже понравились.

— Улавливаешь? — от Евы это скрыть не получилось. Да и зачем скрывать?

Кай раскрывался, и планета, полная симбионта, делилась всем.

Ева знала, что ей стоит сосредоточиться на цели. Картинка, что сложилась в голове, ее внутренняя карта, все еще была перед глазами. Ей нужно самое сердце этого бездушного существа, чтобы показать свою правду.

И все-таки Ева отвлекалась. Не могла не отвлекаться, когда Кай раскрывался рядом с ней, как книга. И он испытывал то же самое по отношению к ней. Видел ее, узнавал, хотя думал, что узнать еще больше и невозможно.

Головная боль ненадолго коснулась висков, когда шквал откровений накрыл обоих, но симбионт вокруг помог быстро с этим справиться.

"И все-таки помощник", — Ева шагала увереннее к гигантскому древу, что пульсировало, звало. Хотело услышать альтернативное мнение.

"Почему не дать жизнь миллиардам симбионтов, которые принесут благо".

Ева боялась, что проиграет.

Что не найдет слов. Или способа донести свою просьбу.

"Остановись", — то ли ее просьба симбионту, то ли его слова ей.

В этом месте все сливалось воедино. Целая вселенная буквально на ладони, только протяни руку, чтобы получить все. Все, куда когда-либо протягивал свои золотые нити вечный спутник.

— Это здесь, — Ева взяла Кая за руку, чтобы поднести ее к пульсирующему стволу. Если он до сих пор не видел его.

— Это… — Кай пытался подобрать слова, но у него не получалось.

— Как думаешь, здесь кто-нибудь когда-нибудь был?

"Очень давно", — отозвался голос в сознании. И Ева, и Кай это услышали, — "Ваша история не хранит этого…"

Сбивчивые образы замелькали в головах, показывая планету совсем другой. Когда древо было еще совсем маленьким ростком. Как неуверенно и с каким трудом оно пробивалось в сухой земле и тянуло своими корни-нити во все стороны. Как дорывалось до воды, и как из воды появлялись первые редкие травинки, обращающиеся в леса. Как быстро древо становилось чем-то большим. Как пришел кто-то первый…

Ева не видела. Пыталась остановиться на этот моменте, но симбионт уносил дальше.

Плоды древа разнесли по планетам. В другие миры. Еще пустые и мертвые. И везде появлялась жизнь. Разная. Прекрасная. Ужасная. Неповторимая.

"Я хочу жить", — такое простое и понятное желание, которое отозвалось в сознании двух незваных пришельцев миллионами воспоминаний о смерти.

Не все плоды выживали. Не все планеты его принимали. Или принимали, и уничтожали.

Ева почувствовала, что задыхается. Кай подхватил, чтобы не дать ей упасть.

"Мы тоже хотим", — Ева не могла поделиться многим. Она и так отдала всю себя симбионту. Он знал все. Видел все. Мог посмотреть любой момент, который Ева когда-либо видела или воображала.

"То, что происходило с тобой… Ты хочешь сделать с нашим миром. Посеять миллиарды "плодов", но снова ощутить, как миллиарды из них погибнут", — Ева крепко держала Кая, чтобы чувствовать его, как якорь. Потому что боялась раствориться окончательно в бесконечном числе чужих воспоминаний.

"Центр… Разве ты не видел всего? Сколько людей погибло? Черт, я пытаюсь говорить с живым деревом… Я знаю, что там проблемы со связью. Может, ты не знаешь? Их ошибки, их намерения…"

"Я… хочу… жить…"

Ева видела это. Как медленно отмирают золотые нити там, где симбионт больше не получал нового. Не развивался.

Для нее медленно. А для чего-то вечного — стремительно и, возможно, неотвратимо.

"Тебе какая разница?" — девушка прислонилась лбом к золотой коре, — "Я понимаю… Ты не можешь дать им всех знаний. Но они умеют слышать… Есть другие пути. Должны быть другие пути… "

Девушка постаралась сосредоточиться. Перед ней были все знания мира, оставалось только поймать в этом океане то, что действительно нужно.

"Останови их. Заставь найти другой способ. Без смертей", — Ева повторяла это, как заевшая пластинка, — "Для тебя время не играет значения. Для твоих "детей" оно не играет значения… Но у людей… У нас нет ничего другого…"

Древо молчало. Изводило той тишиной, что воцарилась в мыслях

"Чего ты хочешь?" — спросила Ева, не представляя, что может предложить взамен, — "Я прошу тебя. Ты хочешь жить… Ты будешь… Покажи… Покажи мне все миры, которое видела. Мы найдем каждый. Я… Я заставлю найти каждый. И зайти дальше. Ты можешь говорить, я могу тебя слышать. А не играть в сломанный телефон со своими марионетками. Ты… ты инстинкт для них. Ведешь вперед, но как слепых щенков. Позволь… Просто позволь попробовать что-то другое…"

Ева приложила все усилия, чтобы представить альтернативу.

Заставить совет углубить исследования. Если симбионт неизбежен — то найти, как подсаживать его другим, не причиняя вреда. Даже если на это уйдут годы — что они для вечного создания? Путешествовать не слепым перебором, а по существующей карте. Совершенствовать интеграцию. Не забирать, а спасать жизни.

Вместе.

"До тебя кем я была?" — девушка шмыгнула носом, — "Посмотри. Увидишь. Я даже дышать не могла. Умирала. Буквально умирала от случайного цветка или любого вируса. Ты спас меня. И можешь спасать других… Есть другой способ. Должен быть другой способ…"