Глава 6

(ЭЛИРА)

Неделя в море стала для меня медленной пыткой. «Утренняя Заря», столь великолепная в гавани Соларии, здесь, в северных водах, превратилась в хрупкую скорлупку, которую швыряло с волны на волну. Воздух с каждым днем становился все холоднее, высасывая из воздуха последние капли тепла. Я проводила часы на палубе, завернувшись в самый теплый плащ, и смотрела, как мир вокруг меня меняет краски. Лазурное море сменилось свинцово-серым, а затем и черным, усеянным плавающими льдинами. Они были похожи на надгробия — белые, молчаливые, безжизненные.

Я пыталась черпать силы в своем кристалле, в горсти родной земли, но их тепло казалось таким далеким, призрачным. Лианна старалась поддерживать во мне бодрость, но и ее обычно жизнерадостное лицо стало озабоченным и бледным.

В тот день я как обычно стояла у борта, вглядываясь в сплошную пелену тумана впереди, когда вахтенный матрос крикнул: «Впереди сани! Северные сани!»

Сердце у меня упало и замерло. Мгновенно палуба наполнилась людьми. Все смотрели в туман с одинаковым выражением — смесь страха и любопытства.

И тогда я их увидела.

Они вынырнули из тумана, словно призраки. Не сани, а нечто иное — огромные, угрюмые повозки из темного дерева и полированной стали, на полозьях, похожих на лезвия. И волки. Боги, эти волки… Они были размером с лошадь, с густой белой шерстью и глазами, полными древней, безразличной злобы. Они бежали почти бесшумно, лишь снег хрустел под их лапами.

На передних санях, держась за поручень, стоял молодой мужчина, воин. Даже на расстоянии он казался воплощением этого ледяного края. Высокий, поджарый, закутанный в темные меха. Черные короткие волосы, и лицо с резкими, словно высеченными изо льда чертами. Я не видела цвета его глаз, но чувствовала его взгляд на себе. Тяжелый, изучающий, холодный.

Альрик Варгот? Именно он должен был встречать меня. Мой жених и будущий муж.

Его сани скользнули вдоль нашего борта с пугающей легкостью. Он взял какой-то шест и одним движением вскочил на палубу. Его движения были грациозными, как у хищника, и от этого еще более пугающими. Дерево палубы, казалось, прогнулось под его тяжестью, хотя физически он не был таким уж массивным. Это была тяжесть присутствия. Власти.

Моряки молча расступились, образуя перед ним коридор. Его взгляд скользнул по ним с безразличием и уперся в меня.

Он подошел ближе. Теперь я видела его лицо. Молодое, но уже со шрамом через бровь. И глаза… Боги, его глаза были того самого ледяного синего цвета, что я видела в своем кошмаре. Только в них не было пустоты. В них была концентрация. Холодный, безжалостный расчет.

Он не поклонился. Он просто начал говорить, и его голос, низкий и резкий, резанул слух после тихих, певучих голосов моих спутников.

— Принцесса Элира. Я — Альрик Варгот. Мой отец прислал меня за вами.

Я заставила себя выпрямиться, поднять подбородок. Я не позволю ему увидеть мой страх. Я — принцесса Соларии.

— Принц Альрик, — мой собственный голос прозвучал тише, чем я хотела, но достаточно твердо. — Мы благодарны за вашу встречу.

Уголок его рта дрогнул в чем-то, что должно было быть усмешкой.

— Это не встреча, — отрезал он. — Это транспортировка. Ваш корабль не пройдет дальше. Льды уже впереди. Вы и ваша свита пересядете в мои сани.

Он окинул «Утреннюю Зарю» медленным, уничижительным взглядом, словно видел не корабль, а кучу мусора

— Этот утлый горшок не переживет и часа в настоящем шторме.

Гнев, горячий и живой, на мгновение прогнал страх. Как он смеет? Этот… этот варвар! Но я сжала пальцы в кулаки, чувствуя под ногтями шероховатость солнечного кристалла, спрятанного в складках платья. Долг. Я должна помнить о долге

— Как скажите, — сказала я, вкладывая в эти слова всю ледяную вежливость, на какую была способна.

Он кивнул, повернулся к своим людям и отдал короткое, отрывистое распоряжение на своем гортанном языке. Потом снова повернулся ко мне и, не говоря ни слова, протянул руку, чтобы помочь мне перейти на подножку его саней.

Это был не жест рыцарства. Это был чисто практический жест, как протянули бы руку, чтобы помочь взобраться на крутой уступ.

И все же у меня не было выбора. Я сделала шаг вперед и положила свою руку в его.

И мир взорвался.

В тот миг, когда моя кожа коснулась его, я почувствовала не физический холод, а нечто иное. Волну абсолютного, всепоглощающего леденящего безразличия. Она прокатилась по моей руке, пытаясь проникнуть внутрь, заморозить саму душу. Я чуть не вскрикнула от неожиданности и ужаса.

Но в ответ из глубины моего существа, из самого сердца, где хранился мой свет, вырвалась ответная волна. Теплая, золотистая, полная жизни и ярости. Она ударила в его холод, отталкивая его.

Я увидела, как его глаза расширились от изумления. На его руке, там, где касались мои пальцы, мгновенно наросла густая, узорчатая изморозь. А вокруг моей руки на мгновение вспыхнуло мягкое сияние, растопившее иней на моих рукавах.

Контакт длился меньше секунды. Он резко отдернул руку, словно обжегшись. Я тоже отпрянула, сжимая онемевшие пальцы.

Мы стояли и смотрели друг на друга — он с холодным изумлением, я — с отчаянной попыткой скрыть шок. В воздухе между нами трещала невидимая буря, смесь льда и пламени.

Однако наследник Ворона быстро пришел в себя и надев перчатку, помог мне наконец спуститься и сесть в его сани.