Глава 29

Габриэль Небесный Посмотрел, как растворилась наша жена, и еще несколько минут не мог понять, что произошло, а потом застонал, не зная, как долго ее не будет на этот раз. Перевел взгляд на побратимов, они были не менее ошарашены, что она опять нас бросила, ничего не объяснив. Демон рыкнул и устало прикрыл глаза, борясь с собой, чтобы не разнести все в пыль. Наша связь еще не окрепла, расставаться надолго очень сложно, мне, наверное, в этой ситуации легче всех, а вот демон и наг страдали от своей второй сущности, которая требовала защищать, оберегать, особенно сейчас, когда наша истинная ожидает ребенка. – Выпорю заразу или залюблю, – прошипел Арш, заставив меня нервно рассмеяться. Обстановка немного разрядилась, и все отмерли. – Отец, мы пойдем, у нас есть еще дела, – подвел я итог этой встречи, – и не подтасовывай факты, Арину не получится провести, только отношения испортишь. – Я уже понял, – поджал губы Повелитель, – лучше сразу покаяться и надеяться, что простит по-родственному, все же я скоро дедом стану. И вообще, ты мне нужен, я тут подумал, что пора передавать тебе бразды правления, хватит с меня этого бремени. – Ничего не знаю, – открестился от него, – не раньше, чем через год. – Что значит «через год»? – Он включил Повелителя и нахмурился. – Отец, – я в точности отзеркалил его взгляд и тон, – я только ее обрел, все, чего сейчас хочу, быть рядом, особенно в такой непростой для моей пары период, а ты мне зачем-то подсовываешь корону. Она мне и раньше не нужна была, а сейчас тем более, да и ты у нас еще огонь. Побратимы смотрели на нашу перепалку и хмурились, переглядываясь. – Простите, что вмешиваюсь, – Дариус кашлянул, чтобы привлечь внимание, – но Габриэль и правда не может, нам пора идти, нужно многое подготовить, перед тем уйдем за барьер. – Прощаю, – отмахнулся отец и посмотрел на нас строго, – но когда вернешься, не отвертишься. – Обещаю, папа, – радостно кивнул в ответ, – мои дела ты и так курируешь, так что разберетесь, а мне и правда пора. И, пока отец не вспомнил что-то другое, быстро перенес побратимов в особняк Дариуса. Переглянулись и молча разбрелись по своим комнатам. Душа рвалась за женой, но, судя по тому, как она ушла, ей нужно было время. Тяжело выдохнул и сжал голову в ладонях, так хотелось ей помочь и быть сейчас рядом, чтобы поддержать, но она опять сбежала без объяснений. Посмотрел на ладони, вспоминая, как держал ее в руках. Казалось, ее запах пропитал меня всего, но мне мало, мне всегда будет ее мало. Остается только ждать, опять ждать. Дариус Карбо Вернувшись из Поднебесной, долго не мог прийти в себя, хотелось все крушить, и лишь одна мысль меня останавливала: это не поможет вернуть жену, как бы я ни ярился. Утро было таким прекрасным, новости еще лучше, и вот она опять исчезла, словно вода, сквозь пальцы. Испугалась, но чего? Обиделась? Устала? Как пережить эти часы, пока ее нет, ведь даже работать себя приходится заставлять через силу. Прикрыл глаза и сел в кресло, с силой сжимая подлокотники, которые затрещали, рассыпаясь в прах. Послышался шорох, приоткрыл глаза и увидел перед собой Феликса, который смотрел виновато и с опаской. – Что? – Там прибыл Повелитель Преисподней, просил доложить, – шаркнул ножкой бес и поклонился. – Проводи сюда, – устало кивнул, не понимая, зачем такие церемонии разводить, видно, так утро подействовало. Отец вошел и по моему виду все понял без слов. Опустился в кресло и покачал головой. – Это всегда так больно? – спросил его и скривился от своего голоса, который был хриплым. – Сколько бы лет ни прошло, Дариус, это каждый раз все больнее, что бы между вами ни происходило. Они прорастают в нас, оплетая своими корнями. – он улыбнулся светло и задумчиво, – и знаешь, очень быстро приходишь к пониманию, что пусть истерит, скандалит, но лишь бы не закрывалась и не уходила, и не важно, барьер это, как у тебя, или поместье, в которое тебе будет закрыт по ее просьбе доступ. Молча выругался и схватился за голову двумя руками. – Мы даже не поняли, почему она сегодня сбежала, а ведь все так было хорошо, – произнес задумчиво и посмотрел на отца, расплываясь в улыбке, – поздравляю! Скоро ты станешь дедом. Родитель посмотрел на меня недоуменно, а потом резко подскочил и тут же сел обратно. – Умеешь ты шокировать сын, – радостно хлопнув себя по коленям, – порадовал, сын. – Мне нужен год, – посмотрел на отца, предупреждая любые возражения, – даже если ты будешь против, я уйду, ей я сейчас нужнее. – Хорошо, но считай это отпуском перед тем, как займешь мое место, а на место ректора проведем конкурс, выберем достойного, – покладисто согласился он, – хотя такого, как ты, сложно заменить. – Может, не надо, – сморщился в ответ, – чего тебе не сидится на своем троне? – Надо, я теперь стану дедом, я не видел, как ты вырос, за всеми этими государственными делами, могу хоть с внуком провести свое время как положено? – То есть ты мне предлагаешь ради государственных дел не видеть своего сына, чтобы ты побыл образцовым дедом? – возмутился в ответ, посмотрев на отца с возмущением. – Может, повременишь лет десять, пока подрастет? – Я подумаю, – поджал он обиженно губы и почесал рог, – Лизонька будет против. – Это мой ребенок, может, сам решишь вопрос с мамой? – не менее обиженно спросил его. – Она успокоится только в том случае, если у нее получится родить, ты же знаешь, – грустно покачал головой. – Организуем, – прищурился в ответ, – мне почему-то кажется, Ариша с радостью поможет. – Дай бог, если это так, – вздохнул отец, посмотрев грустно, только со мной он мог показать свою слабость и боль, которая в нем сидела из-за невозможности подержать своих детей на руках, я не в счет. – Давай не будем о грустном, – вздохнул в ответ, отводя глаза, – знаю, что мама опять загорелась этой идеей, но попридержи, пока я не поговорю с Ариной. Возможно, проблема в том, что источник, на котором построено государство драконов, тому виной. Скоро барьер будет снят, и проблема решится сама собой. – Попробую, – кивнул родитель, – ты давай собирайся и не подведи там меня, мне нужен внук, чувствую, тебя я уже потерял как наследника. Твоя драконица уже не выпустит тебя из своих цепких лапок. Рассмеялся, в душе надеясь, что так и будет, печально качая головой. – Передавай дела проректору и пиши, сын, как там дела. – Отец вздохнул и тут же, взмахнув рукой, исчез. Вот и поговорили. С матерью прощаться не пойду, я еще обижен за ее вмешательство, пусть немного подумает. Прошел в душ, пора привести себя в подобающий вид и начать решать все, что требует моего внимания, чтобы завтра уже быть готовым к переходу, не желаю задерживаться. Ожидание невыносимо, даже секунда промедления губительна без любимой жены. Аршамах Анатахан После переноса в дом побратима поднялся в свою комнату, а оттуда уже отправился во дворец. На душе было пусто и тоскливо, с одной стороны, радость, с другой – глухая стена непонимания. Да, я знал, что это будет непросто, ведь нас у нее трое, а она одна, но что в это вмешается и ее непростое происхождение, не подозревал никто. Как во всем этом разобраться и найти свое место рядом, я плохо понимал. Почему она вдруг ушла? Что мы сделали не так? Сколько нам ждать на этот раз? Одни вопросы, на которые ответы может дать лишь она сама. Ждать, снова ждать. Это чувство ожидания разрывает на части от понимания, что ты сам не способен никак повлиять на ситуацию и можешь только ждать. Быстро нашел отца и все объяснил, собрал вещи и вернулся в особняк. Ждать, что она на этот раз вернется быстрее и все объяснит. Хорошо, что отец меня понял и просто махнул рукой. Да и толку от меня сейчас, не могу сосредоточиться и здраво мыслить. Арина, что же ты делаешь, маленькая, и чем тебе помочь? Сидеть в комнате не получалось, прошел в общую гостиную, где мы всегда собирались с побратимами, и увидел Дариуса стоящим у окна. Он обернулся на мои шаги, на его лице отразилась целая гамма чувств, но он молча кивнул и вернулся к своему созерцанию. Что-то подсказывало, он смотрел и не видел ничего, потому что без истинной становишься ко всему безразличным. Услышал шуршание и посмотрел в сторону кресел, там сидел Габриэль. Встретились глазами, так же молча кивнув друг другу. Вот и началась семейная жизнь, но не так я ее представлял, совсем не так. Что же ты творишь с нами, Арина? Посмотрел в окно, где немым укором маячил побратим, день подходил к своему завершению. Услышал, что в коридоре творится что-то странное. Переглянувшись, мы пошли на выход, где я счастливо выдохнул, словно сбросив груз всех переживаний.