Глава 51. Эхо из прошлого

Сена.

Я не помню Монреаль, но это совсем не мешает мне влюбляться в него каждый день всё больше. Воспоминания ко мне пока так и не вернулись – только несвязные отрывки и фразы, которые я не всегда могу определить, кому принадлежат. Я вижу лица, но не узнаю их; слышу голоса, но не разбираю, что они говорят. Мои реальные мысли и желания смешиваются со снами и отголосками прошлого, запутывая моё сознание ещё сильнее. Всё осложняется тем, что меня сводит с ума мой вынужденный сосед, в чьей квартире я, собственно, и живу. После пары эротических снов с участием Курта я вообще перестала доверять своим ощущениям и внезапным «просветлениям».

Со стороны мы кажемся супружеской парой, у которой есть чёткий распорядок дня, выработанный годами. Утром вместе идём на пробежку и завтракаем, потом Максвелл уезжает на работу, а я погружаюсь в бесконечный океан информации под названием Интернет. Я ищу, чем могу заниматься в жизни, на кого учиться и, самое главное, где. Элли рассказывала мне, что после Монреаля и обучения на двух иностранных языках я наотрез отказалась учиться где-либо ещё, кроме как в России. Но того времени я не помню. Сейчас для меня открыт целый мир, и нет никакого послевкусия негативного опыта. Может быть, дело было не в стране или городе, а в самом учебном заведении?

Ближе к четырём часам дня я обычно еду на тренировку к Дону, Марте и остальным ребятам – здесь начинается моя любимая часть дня. Мы придумываем хореографию, пробуем интересные трюки и постоянно изучаем новые стили. Полностью погружённая в процесс, я вовсе забываю о своей амнезии. С ребятами я чувствую себя абсолютно полноценной, нужной и счастливой. Несколько раз даже ловила себя на мысли: зачем я столько времени гналась за олимпийской медалью, если могла заниматься чем-то менее изматывающим и более вдохновляющим?

Уставшая, но воодушевлённая, я стараюсь приехать домой до девяти вечера. Если задерживаюсь, то Курт, Элли и Картер начинают превращаться в невротиков и звонят мне каждые пять минут поочерёдно.

Ещё одним моим любимым ритуалом стало хождение по ресторанам и кофейням. Каждый день я стараюсь обедать в новом заведении и пишу про него отзыв у себя в заметках. Не знаю, зачем я это делаю, но мне кажется, так я не просто набиваю своё тело калориями, а делаю что-то полезное.

Одним словом, я стараюсь жить полной жизнью и пробовать всё то, что раньше запрещала себе из-за строгого графика и спортивной диеты. Я никогда ещё не была настолько расслабленной и бесцельно плывущей по течению. С одной стороны, мне нравится свобода в выборе – Элли не требует от меня карьерных высот. Но с другой стороны, я постоянно ощущаю гнетущую пустоту внутри себя. Из-за того, что я не помню важнейший год своей жизни, кажется, мне не хватает пазла, чтобы сделать верный выбор. Я будто иду наощупь по минному полю, ожидая момента, когда память вернётся и перевернёт всё моё мировоззрение с ног на голову. После этого мне придётся снова искать себя и начинать заново.

На часах двенадцать дня – самое время отправиться на обед и прогуляться по новой улице. Так я каждый день надеюсь наткнуться на что-то знакомое и, если повезёт, словить новую дозу воспоминаний. Но пока мой план не особо работает: видимо, кроме как в университет и на тренировку я больше никуда не ходила.

– Не может быть, чтобы у него не было термокружки… – бормочу себе под нос, пока ищу в верхнем кухонном ящике стаканчик, который можно взять с собой. – О! Подходит!

Довольная находкой, спрыгиваю со стула с бумажным стаканом в руке. Не термокружка, конечно, но для недолгой прогулки вполне сойдёт.

+1-219- 615-10-33

Замечаю цифры, написанные на нём, и выпускаю саркастичный смешок.

Конечно, ему даже напрягаться не приходится: девчонки сами на шею вешаются и свои номера оставляют. Я ревностно изучаю цифры и, как влюблённая фанатка, уже прокручиваю в голове план, как найти владелицу по номеру в социальной сети и посмотреть, какие девушки клеятся к Курту.

Интересно, он ей перезвонил? Но раз стаканчик не выбросил, значит, понравилась?

Я начинаю злиться и уже хочу смять, разорвать и выбросить этот чёртов стакан, чтобы эти голубки так и не встретились. Но мою злость притупляет узнаваемая двойка, написанная слишком странно.

Сколько в мире людей пишет двойку с дополнительной петлёй на хвосте? Один! Всего один человек пишет двойки так, потому что сам это придумал в пятом классе, когда играл в шпиона с соседом по парте.

– Это же мой почерк… – шокированная, я всматриваюсь в незнакомые цифры и пытаюсь то ли силой мысли, то ли активностью мозга выдавить из себя хоть какую-то ретроспективу.

Ничего. Просто стакан с номером, написанным явно моей рукой.

Я кручу кусок картона в руках и нахожу логотип заведения – стильно написанное название Echo Coffee.

– Если это мой почерк, значит, я там точно была, – рассуждаю вслух и больше не трачу времени на размышления. Хватаю рюкзак и выбегаю из квартиры.

Сегодня я обедаю в Echo Coffee!

***

Заведение находится между университетом и ледовым дворцом. Как я могла не догадаться сразу сюда прийти? Почему Курт не показал мне эту кофейню, когда мы первый раз приехали к нему на работу?

Терзаемая сомнениями, я несмело вхожу внутрь. Уютно. Сразу ловлю соблазнительный аромат горячей выпечки и свежесваренного кофе. Подхожу к витрине и делаю вид, что изучаю ассортимент, хотя сама просто анализирую всё вокруг, надеясь расшевелить свою память.

– Сена! Поверить не могу, ты вернулась! – темноволосая девушка-бариста с лучезарной улыбкой выходит из-за прилавка и расправляет руки для дружеских объятий.

– Прости, мы… ты…

Будет невежливо спросить у неё, кто она, верно? Решит, что я её не узнала или зазналась?

Пока я обдумываю свою реакцию, девушка уже сжимает меня в объятиях и счастливая возвращается на рабочее место.

– Рассказывай, как ты? Поздравляю с медалью! Это было просто феерично, мы смотрели всей семьёй и болели за тебя!

– Слушай… – я наваливаюсь на стойку и понижаю голос. – Тут такое дело, только не пугайся…

– Да что случилось? – она тоже наклоняется ближе в готовности слушать меня.

– Как тебя зовут?

Девушка начинает хихикать.

– Сена, ты как всегда со своими приколами! – отмахивается и выпрямляется, чтобы продолжить работать. – Будешь что-то? Для олимпийских чемпионов всё за счёт заведения! – подмигивает и принимается орудовать у кофемашины.

– Нет, ты не поняла, я серьёзно… – сообщать людям, что ты их не помнишь, оказывается совсем непросто. – Со мной произошёл несчастный случай, и я…

Девушка периодически бросает на меня заинтересованные взгляды, показывая тем самым, что слушает, но при этом ловко наполняет стаканчики и меняет холдеры с кофе.

– Я потеряла память!

Теперь внимание баристы полностью направлено на меня.

– Ты что? В смысле?

– У меня ретроградная амнезия. Я не помню примерно год жизни – то есть всё время, что я жила в Монреале. – Я выдохнула.

Темноволосая застыла с молоком в руке и пустым стаканом.

– Девушка, можно капучино? – рядом со мной материализуется молодой парень.

– Да, конечно! – отмирает она и прежде чем броситься обслуживать гостя наклоняется ко мне: – Дай мне пять минут, и потом ты мне всё в подробностях расскажешь, ладно?

– Лучше ты мне расскажи, я всё равно ничего не помню, – быстро отвечаю с лёгкой улыбкой.

Моя амнезия уже стала чем-то вроде соратника и главной темы для шуток. Я почти смирилась с ней и даже начинаю её любить.

– Меня Камилла зовут, – хихикнув, отвечает она и тут же поворачивается к парню, чтобы принять заказ и вбить его в кассу.

***

– Ты совсем ничего не помнишь? – кажется, уже в третий раз она задаёт этот вопрос.

– Иногда бывают какие-то вспышки прозрения, но они слишком быстрые и несвязные. Будто я смотрю короткометражку на перемотке.

– Обалдеть, думала, такое только в фильмах бывает.

– Расскажи мне, мы подруги?

– Можно и так сказать, – пожимает плечами Ками. – Я из России. Ты как-то услышала, как я ругаюсь на русском, и подошла познакомиться. Ты тогда тренировалась и училась недалеко, поэтому часто заходила ко мне выпить кофе и поболтать.

– Я тебе много чего рассказывала?

– Не особо. В основном жаловалась на противных преподавателей и непонимающего тренера.

– Короче, я была жутким нытиком, – разочарованно заключаю я, откидываясь на спинку лавочки.

– Нет, ты была забавной! Я всегда радовалась, когда ты приходила. Нам было весело. Да и на русском поговорить иногда приятно.

Я благодарно улыбаюсь ей и тянусь к рюкзаку, чтобы достать улику, которая привела меня в это заведение.

– Я нашла это дома, поэтому пришла сюда. Может, ты знаешь, чей это номер?

Губы Камиллы расплываются в хитрой улыбке.

– Да, знаю. – Я тут же поворачиваюсь к ней лицом, вся во внимании. – Это мой номер.

– Чего? Зачем я его написала на стакане?

– Это смешная история! – весело заявляет она.

– Ну давай выкладывай… – немного разочарованно прошу я, понимая, что эта история вряд ли даст мне новые зацепки. Но хоть посмеёмся.

– Как-то раз мне приглянулся один из гостей. Он был у нас впервые. Пока я готовила ему кофе, пришла ты и я сдуру рассказала тебе об этом! – последнее слово она выделяет интонацией.

– Так… Я что-то натворила?

– Ещё как! Ты предложила мне самой с ним познакомиться! Я сразу отказалась, а тогда ты возомнила себя свахой и написала мой номер на его стакане.

– А этот парень…

– Оказался твоим новым спортивным врачом, – заканчивает за меня Ками. – Курт Максвелл! Ты узнала об этом на следующий день, пришла и призналась мне в своей выходке. Ох, как я тогда злилась на тебя – не представляешь! Он же после этого случая бывал здесь почти каждый день. А я как его видела – постоянно краснела.

– Узнала? То есть я не знала, кто он до этого?

– Нет, откуда? Он впервые появился здесь: у него было собеседование в спортивном центре.

– То есть нас познакомил не Картер… – говорю сама себе, пытаясь собрать все отрывки информации воедино.

– Кто?

– Неважно, – отмахиваюсь от вопроса подруги и задаю свой: – Подожди, так он тебе не позвонил в итоге?

– Конечно нет! Думаю, он и не собирался.

– Но почему тогда стаканчик сохранил?

– Сена, у тебя вместе с памятью ещё и логическое мышление пропало?

– Не надо бить лежачего! – фыркаю я на подругу. – А как я ему стакан передала?

– Поставила на стол и убежала. Но он тебя увидел и догнал.

– И что было потом?

– Я не знаю подробностей. Только то, что твой план провалился: он решил, что это твой номер на стакане. Пошёл за тобой сказать, что на него такие подкаты не действуют. Так вы и познакомились.

– Если не действуют, то почему он его не выбросил… – задумчиво произношу я, рассматривая стакан.

– Боже мой, Сена, это же очевидно, – я перевожу взгляд на Ками. – Ты ему понравилась. Причём настолько сильно, что он до сих пор хранит этот стаканчик как память.

– Или просто забыл выбросить, – опровергаю я её теорию, которая вызывает у меня тахикардию.

– Или ты можешь спросить у него лично. Стоп, ты сказала, что нашла стакан дома? У кого дома?

Я запрокидываю голову и глубоко вздыхаю.

– Камилла, Курт Максвелл – лучший друг мужа моей сестры. Сейчас я живу у него и совершенно не понимаю, в каких мы были отношениях до моей амнезии.

– Тогда поезжай домой и выясни! Наверняка этот стакан – не единственная подсказка, которую можно найти в его квартире. – настойчиво предлагает Ками, толкая меня плечом в подбадривающем жесте.

– Спасибо небесам за гениальных подруг!

– Главное, держи меня в курсе. Твоя жизнь теперь мой любимый сериал, – смеётся она и горячо обнимает меня на прощание.

Я вызываю такси и возвращаюсь в квартиру. Как только захожу внутрь, сразу включаю режим сыщика. Мне не стыдно копаться в личных вещах Курта. Во-первых, он сам виноват: слишком много от меня скрывал. А во-вторых, я больше не могу просто сидеть и ждать, пока память ко мне вернётся. Я хочу знать всё, что со мной произошло в этом городе.