Глава 4

Мы только что вернулись с пляжа. Загоревшие и уставшие. Пока Настя принимала душ, я набрала папу. Голос его был грустным, хотя он пытался скрыть это. Сердце сжало тисками — не привыкла я оставлять его одного. Когда я рядом он еще держится, старается жить дальше. Но одному ему сильно сложно, одиночество и тоска буквально снедают изнутри.

Папа уговаривал меня не грустить, убеждал, что он все время работает, и у него дел невпроворот. Но я то знала, что он просто не хочет меня расстраивать.

После разговора странное тревожное чувство засело внутри.

— Вик, — в комнате появилась Настя. Ее влажные были распущены и с их кончиков стекала вода.

— Родители просят подойти. Отец смурной какой-то, — нахмурилась девушка.

Мы спустились на первый этаж арендованного родителями Насти дома. Честно говоря, я была в диком восторге от нашего жилья. Условия просто великолепные — резвись на море сколько хочешь, гуляй до самого утра в ночных клубах города. Родители Насти вполне демократичные люди и доверяют своей дочери. Поэтому проблем с ними нет совсем. Мы здесь уже два дня, а впереди еще неделя. И эта мысль заставляла сердце петь от восторга. Если бы не разговор с папой.

— Проходите, девочки, как раз обед принесли, — улыбнулась Роза Тимофеевна.

Эдуард Андреевич уже сидел за столом. В его руках неизменно была газета.

— Девочки, у нас с папой не очень хорошие новости, — начала Роза Тимофеевна. А вот теперь я не на шутку разволновалась. Даже аппетит мгновенно пропал.

— Нам нужно срочно вернуться в город. У отца на фирме небольшие проблемы… — женщина замолкает. Словно не знает, какие слова подобрать.

— Может, пусть папа вернется, а мы останемся еще? — спрашивает Настя.

— Нет, — грубо чеканит Роза Тимофеевна. Отец Насти все это время молчит. Только взгляд у него какой-то потерянный.

— Пап, ну скажи… — Настя все еще надеется на хорошее.

— Прости, дочь. Но завтра утром нам нужно уезжать.

Настя резко встает из-за стола и ни слова не сказав, выходит из кухни. Мне жутко неудобно за ее поведение.

— Кушай, Вик. Не обращай внимания — вздыхает Роза, устраиваясь напротив меня. — И когда мы успели вырастить из нее такую эгоистку?

— Когда покупать начали все, что ей вздумается. По первой просьбе. Когда, разрешать стали все что ей хочется, — проговорил недовольно отец.

Настина мама огорченно вздыхает.

— Прости, Вик. Кушай. Это наши проблемы, семейные. К тебе никак не относятся.

Я кивнула, но аппетита уже не было. Съев пару кусочков отбивной, чтобы не обижать родителей Насти, я поблагодарила их за обед и поднялась к подруге.

Настя лежала на кровати, ее плечи подрагивали от рыданий.

— Насть, ну ты чего? Родители ведь тоже не по своему желанию так решили…

— Да ну их к черту, Вик! Они одной мне не дают никуда поехать! Ни на черное море, ни заграницу! И сами как сычи в этом городе сидят. Все за фирму свою трясутся!

— Насть, зря ты так. Фирма эта приносит в вашу семью доход. На эти деньги ты одеваешься и гуляешь. У отца проблемы, вы должны поддерживать его всей семьей…

Подруга поднимает на меня обиженный взгляд, но не говорит ничего. Знает, как я реагирую на эту тему. В моей семье все было совсем по-другому. Мы работали сплоченной командой, когда в дом пришла беда. Вот только не удалось нам одержать победы…

— Ладно, хорошо, — бурчит она под нос, будто сама себя уговаривает. — Раз завтра уезжаем, то сегодня отрываемся до утра. Сейчас отдыхаем, а потом красимся, одеваемся и на охоту. Этой ночью я буду в объятиях горячего красавца.

Я смеюсь с ее настроя.

— И не смейся, — Настя выставляет вперед ладонь. Ты тоже сегодня будешь не одна…

— Насть, полегче…

Он подходит ко мне.

— Ничего не «полегче», — Настя забирает из моих рук телефон.

— Думаешь, я не вижу? Ты все эти дни сидишь и кукуешь над телефоном. Ждешь звонка от придурка этого, Бондарчука!

— Почему он придурок?

— Потому что сбежал! И даже не подумал защитить тебя! Хочешь правду? А я бы на твоем месте замутила с тем бандитом. Классный он парень. Понравилась девка, лоха в сторону.

Я не верила своим ушам. Что она такое несет?

— Насть, это бред. Не стала бы ты мутить с таким как этот Илья. Ты бы видела, как они Кирилла унижали. И людям кино не давали смотреть.

Настя смотрела на меня как на идиотку.

— Знаешь что, Вик. Ты моя лучшая подруга и я тебя безумно люблю. Но иногда ты такая нудная задница, что прибить тебя охота.

***

Мне не нравился настрой Насти. Он был опасным. Подруга собиралась во что бы то ни стало найти себе пару на эту ночь.

Я не против веселья, но ведь и проблемы нам не нужны.

В клубе уже было полно народу. Выпив по коктейлю, мы отправились на танцпол. Настя отрывалась на полную. За время того, как мы были на танцполе, к ней подкатило парня три. Но ни одному из них она не отдала предпочтения.

После третьего коктейля, подруга совсем разошлась. Я же просто немного расслабилась. Из головы не шли тревожные мысли об отце. А еще игнор Кирилла выводил из себя. Нет, я не жду от него ничего. И совершенно не оправдываю его за тот поступок в кинотеатре. Но, хотя бы написать и спросить как я? Добралась ли домой после нашего горе-свидания. Он просто не посчитал нужным. Поверить не могу, что я целый год сохла по такому как он.

Настя снова идет танцевать, а я остаюсь за столиком. Неспешно потягиваю алкоголь, наблюдая за обстановкой. Прохожусь бездумным взглядом по пространству вокруг, вдруг замечаю чей-то взгляд на себе. Не пьяный взгляд, а сосредоточенный, жесткий. Вспыхиваю тут же. Отворачиваюсь, чувствуя как он нервов начинают потеть ладони. Делаю глоток напитка и, словно невзначай, смотрю в ту сторону. Мужчина с другой стороны зала у столика. Как только я поднимаю на него глаза, он тут же отворачивается, делая вид, что ничуть не интересуется мной.

Это странно. Высокий, широкоплечий, с огромными бицепсами. Одет хорошо. Что ему нужно? Почему так внимательно смотрит? Почему пытается сделать вид, словно я ему не интересна?

— Ви-и-к, — раздается довольный голос подруги. Она вернулась в сопровождении парня. Высокий блондин по-хозяйски держит ее за талию, прижимая к себе.

— Это моя подруга Вика, а это Андрей, — Настя поворачивается к своему новому знакомому и парочка сливается в жарком поцелуе. Отвожу глаза, хихикая. Настя сегодня точно не упустит кавалера.

— Что будете пить, девчонки? — он поднимает на меня глаза. Я показываю ему свой коктейль. На сегодня это последний бокал. Должен ведь кто-то из нас быть трезвым.

— Как ску-учно, — хмурится подруга. — Андрюш, а я шампанского хочу.

Парень удаляется в сторону бара. А я обнимаю подругу, шепча ей на ухо.

— Насть, не натвори глупостей.

Настя делает обиженную моську.

— К черту твою правильность, Вика! Был бы сейчас телефон твоего красавчика-бандита, я бы ему позвонила!

Я удивлена.

— Зачем?

— Затем, чтобы сказать, что ты дурочка! Зря кинула его со свиданием. И очень увидеться с ним вновь!

Я закатываю глаза. Подруга вошла в кураж, и теперь ее ничто не остановит.

— Ты представляешь, как он должен быть зол? — смеюсь, думая о том, как вчера Илья пришел к кинотеатру и зазря прождал меня.

— Настя отворачивается к танцполу и, прикрыв глаза, начинает двигаться в такт музыке. А я замечаю странную картину. К бару подходит тот самый в красной футболке, что недавно пялился на меня. Здоровяк наклоняется и что-то говорит на ухо Андрею. Последний поднимает на него глаза, я не вижу… но могу поклясться, чувствую испуг парня.

А потом происходит совсем странное. Они выходят из клуба! Оба!

— Ну, где он? — бурчит недовольно Настя, поворачиваясь ко мне.

— Кажется, Андрея ты больше не увидишь, — произношу, задумчиво глядя в сторону выхода. Никак не могу понять, что здоровяку потребовалось от Настиного ухажера.

— Это почему? — возражает подруга.

— Его только что вывел из клуба огромный бугай.

Настя оборачивается, смотрит в толпу, словно надеясь увидеть там Андрея.

— Какого черта происходит, почему все против меня?! Единственный прикольный парень и тот кинул! — взрывается она в недовольстве.

Я смеюсь. Обнимаю ее за шею, утягивая к выходу.

— Пойдем к морю, подруга. Погуляем, проветримся…

Настя смотрит на меня расстроено.

— А знаешь, что? Пойдем! Только шампанское я, все-таки, куплю!

***

Пляж уже закрыт. Но мы знаем все тайные лазейки и в два счета перелезаем через небольшую дыру в ограждении.

Стягиваю с ног басаножки и, подняв длинный подол юбки, захожу в воду. Приятная прохлада окутывает тело. Небо сегодня звездное, ясное. Задумчиво смотрю на звезды.

— Держи, подруга, — Настя протягивает мне бутылку шампанского. Делаю глоток из горла, колючие пузырьки приятно щекочут небо.

— О чем думаешь? — она обнимает меня, целует в щеку.

— О том, что она видит меня. В такие моменты, мне кажется, что она рядом со мной.

В глазах Насти появляется грусть. Она кивает. Подруга заменила мне родную сестру. И пока болела мама, Настя неизменно была со мной. Сложное было время, тяжелое. Даже родственники от нас отвернулись, а она нет. Все мои истерики, и колючесть — на все глаза закрывала. А ведь могла бы послать к чертям и уйти.

— Она с нами, Викуль. Она всегда будет с нами… — шепчет она, поглаживая меня по голове. — Я помню ее добрый голос… помню, как играли в детстве, читая по ролям пьесы. Твоя мама дала мне больше тепла, чем моя собственная.

Я кошусь на нее.

— Не говори так никогда. Твои родители стараются для тебя, Насть. Они любят тебя. Просто все люди разные.

Настя хмурится, отвернувшись. Я знаю, для нее это больная тема. Но от своей обиды страдает в первую очередь сама Настя. А я не хочу, чтобы ей было плохо.

— Волшебная ночь. Может к черту родителей, останемся здесь до конца месяца? — ее губы кривит улыбка. Я смеюсь. Было бы здорово, если бы не тысяча пресловутых «но».

Вдруг начинает звонить телефон. Настя отстраняется, дав мне достать гаджет из сумки.

— Кто там? — заглядывает подруга. А у меня сердце замирает от волнения.

— Неизвестный номер, — поднимаю на нее растерянный взгляд. Кто может звонить так поздно? Уже почти полночь!

— Ну, так бери…

Я принимаю вызов, а в следующую секунду слышу хрипловатый мужской голос.

— Привет, малая. Как водичка в море? Теплая?