ЧАСТЬ 1: Храм Занны. Глава 1

Киона Адэала

— Вы очень ошибаетесь, если считаете, что я буду сидеть здесь тихо, сложа руки! — я грозно сжала кулаки.

— Ваше «черное высочество»! Комната амагична! Делайте что хотите! — раздалась напоследок презрительная усмешка фаворитки короля эльфов.

Эльфийка поправила обожженную шевелюру и захлопнула за собой дверь. Громыхнул засов с последующим скрежетом ключа.

— Чертовка, — буркнула я ей вслед своим тонким голосом.

Так получилось, что унаследовала я целый букет магических способностей от отца и неизвестной мне родной матери. Сила в порыве эмоций часто выходила из под моего контроля. Вот и сейчас, стремясь оградить родителя от очередной охотницы за состоянием эльфийского государства, я разыграла целое представление, и благодаря мне весь замок стоит на ушах, исправляя последствия моего взбунтовавшегося колдовства.

Мой отец — император светлых эльфов, а маму я не знала. И да, я внебрачная дочь. Если все считают, что эльфы брезгливы, холодны и тактичны, то они жестоко ошибаются. Скажите, ну у какой расы мужик не гуляет на стороне? И вы считали, что эльфы исключение? Особенно императоры. Спуститесь с небес на землю. Откуда тогда я? И это при здравствующей императрице и двух своих детях, которым уже по несколько сотен лет. А вот я — результат развеивания застоявшейся жизни одного бессмертного царя с безродной дамой, неизвестного происхождения, предположительно человечкой. Отсюда я и получила прозвище «черная принцесса».

Несмотря на то, что император меня безмерно любит, одаривает отеческой заботой, допускает в круг юных фрейлин королевства, и императрица смотрит на меня равнодушно, дворянки меня так и не приняли. Где я, и где они? Я — метр с табуреткой и они златокудрые тысячелетние березы. Эти дамочки слишком высокого о себе мнения, ни одна береза столько не живет. Мои черные волосы доходят длиной до колен, излучая в момент колдовства сапфировое сияние. Из-за них я выгляжу в толпе контрастно, так как все аристократки и эталоны местной красоты обладают светлыми волосами, от искристо-белых до кипельно-рыжых оттенков. Хотя один плюс, вызывающий зависть у местных красавиц, у меня все же есть. И это грудь! Не поймите меня не правильно, но в свои семнадцать (почти восемнадцать) она уже достаточно привлекательна. Хотя фигуре еще предстоит формироваться какое-то время.

Что касается моей магии: перешла мне она от обоих родителей сразу. От отца я унаследовала все четыре стихии, плюс способность к целительству и повелеванию пространством. Далее информация для всех засекречена. Ибо от матери я получила что-то необычное, и делиться этим с окружающими я не спешила. Как-то заикнувшись отцу о своих подозрениях, он приложил свой палец к моим губам и дал строгий наказ молчать о них. И если пользоваться даром отца меня худо-бедно учили, то материнский мне приходилось осваивать самостоятельно. Пока мои успехи заканчивались на чтении всех языков этого мира. Но что-то еще кипело внутри и ждало входа. Знать бы что!

Местом моего временного заключения стала просторная комната, с узкими окнами, кроватью, стулом и парой тумб. Помещение изолировано от магии, в нем обычно держат напроказничавших подростков, в частности — меня. Это то, что называется "в угол поставили". Никаких бьющихся и острых предметов. Кто знает, на что подростки способны в ярости.

Еще эта фаворитка, Криснэль Элементаль, все так и норовит унизить меня публично. И все ей мало, ведь и так для общества я как приблудный котенок с коготками. Объект для насмешек, гадкий птенец, цветущий сорняк… Перечислять можно до бесконечности.

Через час скрежет замка и грохот засова предупредили меня о приходе посетителя в мой воспитательный «приют». В дверях показалась Шиана, моя камеристка, приспешница[1], и единственная подруга. Из груди вырвался вздох облегчения, ее приход немного остудил мой пыл. Приспешница быстренько вошла, и заперты мы оказались уже вдвоем.

— Ши, твое существование — это все, что держит меня в рамках, — произнесла я мягко, приобняв подругу за плечи.

— Иначе бы дворец вообще взлетел на воздух, — хохотнула та, и принялась рассказывать последние новости. — К сожалению, Крысна уже отрастила себе новые волосы в салоне. Но стены ее опочивальни до сих пор скоблят от нашей экспериментальной смолы и розового пуха. Коридоры было решено перекрасить в зеленый окончательно. На кухне про соль прознали, и ее уже утилизировали. А моцареллу в саду так никто и не отловил. Она до сих пор носится с куском ткани в зубах. Леди Элементаль придется пополнять свой гардероб новым платьем.

— Новости из мира есть? — спросила я в предвкушении.

— А то! Объявлен набор отряда в рейд на Храм Занны! Точную дату рейда я еще не выяснила.

— Я пойду! — решительно заявила я.

— И как ты это сделаешь? — вздернула бровь моя камеристка.

— Легко! Итак, нам надо научиться ставить мороки. Возможно, придется накладывать их на тебя. Будем надеяться, что месяц заклинание продержится. Ну а я буду Крисом Адамантским.

Мой голос был полон решимости, воодушевления и обожания к носителю данного очаровательного имени.

— Прямо как в любимом романе, — хохотнула Шиа.

— А что. Внешность брутального блондина с трехдневной щетиной не привлечет особого внимания. Тоже полуэльф, этим можно оправдать щетину и наличие магии целительства, если придется ее продемострировать по ситуации.

— А про свой эльфийский клинок ты подумала? — вздернула бровь подруга, примостившись на кровати.

— Нет, — я взволновано мерила шагами комнату. — А что если взять приличный человеческий в арсенале у отца? Должен подойти.

— Человеческий и заговоренный. Сама знаешь, гравировка не наш уровень. Пару простеньких каверзных заклинаний это все, что мы пока умеем.

— Ну и пара фаерболов с молниями, — отмахнулась я рукой. — Думаю, этого будет достаточно. Ведь там нас будет целая толпа.

— Поберегись дорогая, — грозно ткнула в меня пальцем подруга. — Может стоит пойти туда в качестве целителя, а не война? По крайней мере, именно это у тебя и выходит без осечек.

— Слишком открыто это будет выглядеть. Ведь целителей моего ранга очень мало. Разоблачат на раз-два. И все равно пойду. Награда ожидается колоссальной, а мне, как черни, свой бюджет не помешает.

С кровати послышался обреченный вздох.

— Ну, будем надеяться, что сбор произойдет после твоего дня рождения, — напомнила мне Шианна. — Не хотелось бы торчать перед всеми на виду вместо тебя.

— Это не так уж и страшно. Черной принцессе кроме отца и братьев подарка никто не преподнесет. Осталось выучить заклинания мороков и иллюзий.

Я облокотилась на подоконник и устремила взор вдаль, поверх кроны деревьев.

— Ты только не учла три факта, — в голосе камеристки проскочила ирония.

— Какие же?

— Первый и не столь глобальный: это то, что семнадцатилетняя девушка без особого магического обучения, хоть и не плохой дуэлянт, идет одна без свиты в оскверненный храм. Второй: что берут только тех, кто пережил отборочный спарринг. И третий, самый страшный, — она нарочно выждала паузу. — Это то, что твой отец сильнейший маг, и кровь у вас одна и та же. Он распознает меня под твоим мороком в два счета. Это все равно, что посмотреть сквозь занавеску.

— Два первых не проблема. А на счет третьего… будем молиться, чтобы сбор рейда был значительно позже. Иначе, — тут уже паузу выдержала я, а потом загадочно улыбнулась, — я все равно туда сбегу.

Шиана обреченно хлопнула себя ладонью по щеке, дернула ушками и нервно забила длинным хвостом по одеялу. Второй рукой она скомкала белый передник, в предвкушении неприятностей. Когда тишина совсем затянулась, приспешница вдруг произнесла:

— Нас накажут.

Вечером того же дня, отец позволил мне покинуть место своего заключения и вернуться в комнату.

— Милая, ты перегнула палку, — начал император Алистриэль серьезный разговор.

Чистокровный эльф сидел у меня в комнате, вальяжно развалившись в кресле, тем самым говоря, что он в добром расположении духа. Его длинные волосы слегка открывали острые уши и были рассыпаны по плечам поверх белоснежной рубашки с золотой вышивкой, расстегнутой до середины груди. Голову охватывал платиновый обруч с сапфиром, в цвет его глаз. Коричневые брюки, сшитые по фигуре, заправлены в высокие сапоги на небольшом каблуке. Красавец. И оба сына похожи на него, за исключением глаз. Мне нравится его образ.

— Прости, отец, но я не обязана терпеть унизительные замечания свой адрес. И должна как-то выражать свой характер. А когда я начинаю декламировать своим писклявым голосом правила поведения взрослых женщин, на до мной лишь смеются. Ты слышал, как они меня называют? Куст росянки среди чайных роз. По эльфийским понятиям это оскорбление. А без свидетелей вообще начинается травля.

Эмоции полились из меня бурной волной. Длинное, искристо-белое прямое платье с отрытым декольте путалось в моих ногах, мешая гневно расхаживать по комнате.

— Киона, сядь! — спокойным, и в то же время не терпящим возражения, тоном велел отец.

Повинуясь указанию, я задрала подол юбки выше колен, забралась на свою кровать, скрестив босые ноги, и притянула к груди большого мягкого медвежонка, напуская на себя вид оскорбленной невинности.

Император лишь тяжело вздохнул, наблюдая за этим копошением. "Годы идут, а она все такая же маленькая. Очень похожа на мать и ростом, и фигурой, и манерой поведения. И житья ей здесь не будет. Слишком уж она другая мо местным меркам".

— Если ты не перестанешь куролесить, я буду вынужден тебя наказать. — Немного помолчав, он добавил: — Тебя и твою камеристку.

— Она здесь не причем! Она лишь выполняла мои приказы! — заступилась я за Шиану.

— Ты ей не приказываешь с самого момента вашей связи. Это просто не в твоем духе, принуждать кого-либо к чему-то, даже собственную приспешницу. Соответственно, следующий раз наказание будет одинаково для вас обеих! Или я не король эльфов! Итак, я очень тебя прошу больше не причинять ущерб дворцу, иначе мы разоримся на ремонтах. Договорились? — вздернул вопросительно он бровь.

— Но Крысне то можно? — с тоской, растягивая слова, спросила я.

— Крысне? Крысне можно! — с серьезным видом кивнул император, лучезарно улыбнувшись. — Ей давно пора утереть нос. Что-то загостилась она у моих покоев. И да, от Эливиэль тебе большая благодарность. Моя супруга по достоинству оценила твой шедевр на ее голове.

Я издала победный клич, счастливо потерев ладони. Алистриэль откинул искристо-белые волосы назад, поднялся с моего дамского кресла синего цвета, и, чмокнув меня в лоб, направился к двери.

— Что бы кто ни говорил, а тебя я люблю. Но правила дворца для знати едина. Еще один прокол и мне придется принять крайнюю меру. — Вот так, вроде бы и поругал, но в то же время похвалил.

После этого он покинул комнату. Из тайного хода появилась Шиана и пристроилась рядом со мной, протянув одну из булок с маком. Мы обе не сомневались, что император знал о ее незримом присутствии. В конце концов, то, что Ши всегда рядом со мной, это в порядке вещей.

— Хорошо, что он про наши планы на рейд не знает, — произнесла я.

— Кстати, об этом, — трагичным голосом начала подруга. — Дата отбора в рейд выпадает примерно на твой день рождения.

— По-па-ли…