Глава 41

Геракл

Алкей-Геракл шёл рядом с Аглаей и думал, насколько она необычная. При воспоминании том, как она отчитала гиатроса Лазаруса, улыбка сама собой возникала на губах. Ему понравилась ей праведная ярость. Ни единым физическим ударом, только используя богатую витиеватую речь (которая точно не могла принадлежать простой рабыне, даже имеющей третий доро), она однозначно нанесла гордости и самолюбию Лазаруса непоправимый ущерб.

И ещё странный язык, мастерски вплетённый в тираду, был ему смутно знаком. Так говорили народы на другом конце света.

- Откуда ты? - спросил он, как можно более бесстрастно.

- Я? - отвлекаясь от своих мыслей, подняла на него блестящие задумчивые, огромные глаза, девушка. - Не помню. Пираты захватили корабль, на котором я куда-то плыла, пытаясь убежать, поскользнулась, если верить рассказам очевидцев, и сильно ударилась головой о палубу, - закончила она рассказ.

Аглая шла, не отставая от него ни на шаг, легко ступая, с гордо расправленными плечами.

- В своей стране ты не была рабыней, - продолжил развивать свою мысль Гер, - скорее всего, ты знатного происхождения. Возможно, тебя ищут родные. Завтра я отправлюсь к стратегу, заберу оставшиеся свитки и пойду в выделенное мне поместье. Приму дела и войска под своё начало, а там пошлю запрос на поиски твоих родственников.

Геракл думал, что девушка обрадуется, но она была задумчива и печальна.

- Ты не рада? - удивлённо вскинув брови, уточнил он.

- Я? Рада, конечно! Было бы замечательно отыскать близких и вспомнить, кто я и откуда, - вяло закончила она, - устала я очень, мне нужно отдохнуть, - через секунду добавила Аглая, тяжело вздохнув.

- Прости, - что-то кольнуло в районе груди, и Алкей не удержавшись сжал хрупкое девичье плечико.

- Ничего, - улыбнулась она в ответ, - сон и еда - лучшие помощники в восстановлении сил.

С этим он был полностью согласен, хотя не так давно его организм месяцами мог обходился без сна и еды. Теперь же это тело стало смертным и требовало ухода за собой.

До дома Автолика добрались, когда все порядочные люди уже видели десятые сны.

Дверь им открыли тут же, стоило Геру постучать по внушительной деревянной двери, словно их ждали.

- Проходите, господин, - распахивая шире створку, низко поклонился раб-слуга. - Хозяин ждёт вас.

Пересекли перистиль и вошли в главную залу на мужской половине дома.

Лекарке, несмотря на то, что она стала свободной гражданкой, туда вход был заказан, и прежде чем её увела расторопная служанка, Геракл сказал ей на прощание:

- Спокойно ночи, Аглая! Пусть тебе приснится живительный, восстанавливающий сон.

- Спасибо, - улыбнулась девушка, - и вам того же. Ах, да, - словно вспомнив о чём-то важном, она обернулась к Алкею, смущённо улыбнувшись, пояснила, - девушек-рабынь зовут Ирина и Поликсена, они там единственные с такими именами. А жену гиатроса Иринеоса Пенелопа.

Алкей-Геракл кивнул, давая понять, что запомнил, Аглая легко помахала ему на прощание и устремилась в дом. Воин смотрел вслед уходящей девушке и задавался вопросом отчего так спокойно становиться на душе, когда она рядом с ним? Почему её улыбка согревает заледеневшее нутро? А уж когда он смотрит в эти невероятные зелёные глаза, так и вовсе сердце сходит с ума, ускоряя свой бег.

- Что же это со мной творится? - подняв голову к звёздному небу, тихо произнёс он, одна, самая яркая звезда, пару раз мигнула, словно пытаясь ему ответить.

Автолик ждал его полулёжа на сиденье-апоклинтре, низкие столики были уставлены множеством чаш с горячей едой и закусками, кувшинами с вином и чистейшей, прохладной воды.

- Приветствую, Гер! - улыбнулся ему старик и приглашающе повёл рукой.

Алкей не стал ждать второго приглашения, тем более есть хотелось просто с чудовищной силой. За весь день он только выпил кружку воды и то на ходу: настолько спешил вручить свиток свободы Аглае.

- Как прошёл день? - поинтересовался Автолик, приступая к еде.

- С пользой, - кивнул Геракл, с удовольствием вгрызаясь в сочную ножку неизвестной ему птицы. Даже зажмурился от удовольствия. Вкусно! - Купил свободу одной очень талантливой гиатрос. Пришлось, правда, пригрозить её хозяину, но он иных вариантов не хотел рассматривать.

- Ха! - разулыбался хозяин дома, - узнаю твои радикальные методы.

Дальше трапеза продолжилась в тишине и спокойствии.

- Просьба у меня к тебе будет, - вытирая руки о поданное рабом полотенце, обратился к другу Гер.

- Интересно, какая? - подслеповато прищурившись, заинтересованно спросил Автолик.

- Если тебя не затруднит, дружище, сходи завтра в дом усопшего этнарха Менедема. Скорее всего Джонас, его брат, уже будет там. Насколько помню, всё движимое имущество умершего либо распродаётся, либо новый хозяин берёт на себя полную ответственность. Но это крайне затратно, посему, если я правильно определил тип этого человека, то он будет счастлив избавиться от лишних ртов. Так вот, выкупи у него двух рабынь: Ирину и Поликсену. Я не могу этого сделать сам, - озорная улыбка мелькнула на красивых губах, - он мне точно откажет, ха-ха!

Высоко подскочившие брови Автолика, подсказали насколько просьба Алкея его удивила. А уж его смех и вовсе ошеломил! Но, нужно отдать должное старику, лишних вопросов задавать он не стал.

- Сделаю, - кивнул он. - Познакомишь с той, что заставила тебя целый день посвятить решению её проблем? - хитро прищурившись, попросил Автолик.

- Да, завтра сразу же после утренней трапезы, - ответил Геракл, поднимаясь. - Я пойду. И спасибо тебе за всё, дружище.

Автолик махнул рукой:

- Ты столько сделал для меня когда-то, что предоставить тебе кров и хлеб - меньшее, чем я могу тебя отблагодарить, Гер.

- Спокойной ночи! - Алкей подошёл к другу и сжал тому плечо, когда-то оно было почти таким же крепким и широким, как у него, сейчас же остались кожа да кости, мышцы дрябло обвисли.

- И тебе, Гер, и тебе, - улыбнулся ему Автолик.

Эта ночь для Геракла прошла гораздо спокойнее всех предыдущих. Знание, что Аглая наконец в безопасности, что Афинам пока не угрожают враги, помогли ему унять душевные метания и переживания.

- Гер, - ласковый голос, вторгся в его сознание, — это я Геба...

Геаркл стоял посреди пушистых белоснежных облаков, из снопа яркого света к нему шагнула прекрасная Богиня юности.

- Я просила за тебя Богиню Тихе, чтобы она помогла тебе в борьбе за свободу Греции, - ласково продолжала говорить она, подходя ближе. - Ты уже помог афинянам. Может, вернёшься на Олимп, а дальше эллины справятся сами? - продолжала сладко говорить она.

Геракл смотрел на красавицу и впервые не чувствовал к ней влечения. Он и раньше сторонился этой прекрасной женщины, всё же она была его сестрой, только по отцу, но тем не менее, его этот факт сильно настораживал. И сейчас, когда он не ощутил к Гебе ничего, облегчённо выдохнул.

- Нет, Геба, - улыбнулся он, а богиня оторопело на него уставилась, раньше Геракл только хмурился и отвечал резко, односложно, - я ещё не все свои земные дела закончил. У меня их так много, что и смертной жизни может не хватить.

Пока Богиня юности думала, что ответить мужчине, любовь к которому давно поглотила её душу, он быстро сказал:

- Мне пора, дела зовут! - и, развернувшись к ней спиной, исчез.

Геба не могла следить за ним в его смертном воплощении, долго находиться на земле боги не могли. Поэтому она не знала точно, что сейчас происходит в жизни Геракла.

- Что же такого ты там нашёл, что я более тебя не привлекаю? - прошептала задумчиво богиня, истаивая.

Проснулся Алкей-Геракл выспавшимся, полным сил и неясного нетерпения. Ему скорее хотелось увидеть Аглаю, поговорить с ней, утонуть в её лучистых глазах.

Спустившись в купальни, отказался от помощи рабов, и быстро ополоснулся в небольшом прохладном бассейне. Вода освежила, взбодрила, и Гер был готов горы свернуть.

Завтракал он один, у себя в комнате. Автолик, как ему сообщили, всё ещё спал.

Выйдя в перистиль, присел на каменную скамью у фонтана, подставив лицо ласковым лучам утреннего солнца.

- Позови госпожу гиатрос Аглаю, - сказал он слуге, замершему поодаль.

Лёгкие девичьи шаги он услышал через эйко ле.

- Привет! - странно поздоровалась с ним девушка. - То есть доброе утро! - тут же поправилась она и присела на скамью рядом с ним. - День обещает быть чудесным, - вдохнув шумно свежайший воздух, сказала она.

Алкей приоткрыл один глаз и посмотрел на точёный профиль Аглаи: она также, как и он, подняла лицо к небу и прикрыла веки, наслаждаясь погодой.

Одета девушка была в белую тунику, подвязанную красным широким отрезом прямо под грудью, что выглядело очень необычно, но красиво. Теперь она могла носить любой цвет, кроме грязно-коричневого (для рабов) и неопрятного серого (для свободных слуг).

Залюбовавшись молодой лекаркой, не сразу понял, что она у него что-то спросила.

- Прости, задумался, - встряхнулся он, такое состояние было для него несвойственно и вообще опасно для жизни (вдруг не услышит, как подкрадывается враг?). - Что ты сказала?

- Раз вы мой работодатель, то хотелось бы уточнить, не будете ли вы против, если я иногда буду ходить в асклепион лечить людей?

- Нет, - твёрдо ответил он, - ты теперь свободна в своих решениях, и если вдруг захочешь там проводить какое-то время, то возражать не стану.

- Замечательно! - довольно потирая руки, воскликнула она, и добавила заинтересованно: - какие у вас планы на сегодня?

- Мне нужно решить вопросы, связанные с должностью полемарха, - Алкей-Геракл впервые так много говорил, но что ещё неожиданнее - ему нравилось беседовать с Аглаей.

- Хорошо, - сказала она, и легко соскочила со скамьи, - пока вы не ушли, нужно кое-что сделать. Идите за мной!

- Куда? - ошарашенно спросил Гер, подозревая какой-то подвох, подтверждая его опасения, глаза лекарки озорно блеснули.

- Раз я теперь ваша гиатрос, то мне нужно вас осмотреть.